Древнегреческий эпос. Илиада. Одиссея. Теогония - Гомер - Страница 17

130 К телу касаться; ее отражает, как нежная матерь

Гонит муху от сына, сном задремавшего сладким.

Медь направляет богиня туда, где застежки златые

Запон смыкали и где представлялася броня двойная:

Бурно пернатая горькая в сомкнутый запон упала

135 И насквозь просадила изящно украшенный запон,

Броню насквозь, украшением пышную, быстро пробила,

Навязь медную, тела защиту, стрел сокрушенье,

Часто его защищавшую, самую навязь пронзила

И рассекла, могучая, верхнюю кожу героя;

140 Быстро багряная кровь заструилась из раны Атрида.

Так, как слоновая кость, обагренная в пурпур женою,

Карскою или меонской, для пышных нащечников коням,

В доме лежит у владелицы: многие конники страстно

Жаждут обресть; но лежит драгоценная царская утварь,

145 Должная быть и коню украшеньем, и коннику славой, —

Так у тебя, Менелай, обагрилися пурпурной кровью

Бедра крутые, красивые ноги и самые глезны.

В ужас пришел Атрид, повелитель мужей Агамемнон,

Брата увидевши кровь, изливавшуюсь током из язвы.

150 В ужас пришел и сам Менелай, воеватель отважный;

Но лишь увидел шипы и завязку пернатой вне тела,

Вновь у Атреева сына исполнились мужества перси.

Тяжко стеная и за руку брата держа, Агамемнон

Так между тем говорил, и кругом их стенала дружина:

155 «Милый мой брат! на погибель тебе договор заключил я,

Выставив против троян одного за данаев сражаться:

Ими пронзен ты; попрали трояне священную клятву!

Но не будут ничтожными клятва, кровавая жертва,

Вин возлиянье и рук сопряженье на верность обета.

160 Если теперь совершить Олимпийский Зевес не рассудит,

Поздно, но он совершит, – и трояне великою платой,

Женами их и детьми, и своими главами заплатят.

Твердо уверен я в том, убеждаяся духом и сердцем,

Будет некогда день, как погибнет высокая Троя,

165 Древний погибнет Приам и народ копьеносца Приама.

Зевс Эгиох, обитатель эфира высокоцарящий,

Сам над главами троян заколеблет ужасным эгидом,

Сим вероломством прогневанный: то неминуемо будет.

Но меж тем, Менелай, и жестокая будет мне горесть,

170 Если умрешь ты, о брат мой, и жизни предел здесь окончишь.

Я, отягченный стыдом, отойду в многожаждущий Аргос!

Скоро тогда по отечестве все затоскуют ахейцы.

В славу Приаму и в радость троянам, здесь мы оставим

Нашу Елену, и кости твои середь поля истлеют,

175 Легшие в чуждой троянской земле, не свершенному делу.

Скажет тогда не один беспредельно надменный троянец,

Гордо на гроб наскочив Менелая, покрытого славой:

– Если бы так над всеми свой гнев совершал Агамемнон!

Он к Илиону ахейскую рать приводил бесполезно;

180 Он с кораблями пустыми в любезную землю родную

Вспять возвратился, оставивши здесь Менелая героя. —

Скажет, – и тогда расступися, земля, подо мною!»

Душу ему ободряя, вещал Менелай светловласый:

«Брат, ободрися и в страх не вводи ополчений ахейских;

185 В место мне не смертельное медь вонзилася; прежде

Пояс мой испещренный ее укротил, а под оным

Запон и навязь, которую медники-мужи ковали».

Быстро ему отвечал повелитель мужей Агамемнон:

«Было бы истинно так, как вещаешь, возлюбленный брат мой!

190 Язву же врач знаменитый немедля тебе испытает

И положит врачевств, утоляющих черные боли».

Рек – и к Талфибию вестнику речь обратил Агамемнон:

«Шествуй, Талфибий, и к нам призови ты Махаона мужа,

Славного рати врача, Асклепия мудрого сына.

195 Пусть он осмотрит вождя аргивян, Менелая героя,

Коего ранил стрелою стрелец знаменитый ликийский,

Или троянский, на славу троянам, ахейцам на горесть!»

Рек – и глашатай немедленно слову царя повинулся:

Быстро пошел сквозь толпы, по великому войску данаев,

200 Окрест смотря по рядам; и героя Махаона видит:

Пеш он стоял и кругом его храбрых ряды щитоносцев,

Воев, за ним прилетевших из Трики, обильной конями,

Став близ него, устремляет Талфибий крылатые речи:

«Шествуй, Асклепиев сын; Агамемнон тебя призывает;

205 Шествуй увидеть вождя аргивян, Менелая героя,

Коего ранил стрелою стрелец знаменитый ликийский,

Или троянский, на славу троянам, ахейцам на горесть!»

Так говорил он, – и душу Махаона в персях встревожил.

Быстро пошли сквозь толпы по великому войску данаев,

210 И, когда притекли, где Атрид Менелай светлокудрый

Был поражен, где, собравшись, ахейские все властелины

Кругом стояли, а он посреди их, богу подобный,

Врач из плотного запона стрелу извлечь поспешает;

Но, когда он повлек, закривились шипы у пернатой.

215 Быстро тогда разрешив пестроблещущий запон, под оным

Пояс и повязь, которую медники-мужи ковали,

Язвину врач осмотрел, нанесенную горькой стрелою;

Выжал кровь и, искусный, ее врачевствами осыпал,

Силу которых отцу его Хирон открыл дружелюбный.

220 Тою порой, как данаи заботились вкруг Менелая,

Быстро троянцев ряды наступали на их щитоносцев;

Снова данаи оружьем покрылись и вспыхнули боем.

Тут не увидел бы ты Агамемнона, сына Атрея,

Дремлющим, или трепещущим, или на брань неохотным:

225 Пламенно к брани, мужей прославляющей, он устремился.

Коней Атрид с колесницею, медью блестящей, оставил;

Их браздодержец могучий держал недалеко, храпящих,

Муж Эвримедон, потомок Пираосов, сын Птолемеев:

Близко держаться Атрид заповедал, на случай, когда он

230 Члены трудом истомит, обходящий и строящий многих.

Сам, устремившися пеш, проходил он ряды ратоборцев.

Где поспешавших на бой находил аргивян быстроконных,

Духа еще им, представ, придавал возбудительной речью:

«Аргоса вои, восполните ныне кипящую доблесть!

235 Нет, небожитель Кронид в вероломствах не будет помощник

Первых, которые, клятвы поправ, нанесли оскорбленье, —

Белое тело их, верно, растерзано вранами будет;

Мы же супруг их цветущих и всех их детей малолетних

В плен увлечем на судах, как возьмем крепкостенную Трою».

240 Но, встречая мужей, на печальную битву коснящих,

Сильно на них нападал, порицая жестокою речью:

«Аргоса вои, стрельцы презренные, нет ли стыда вам?

Что, пораженные страхом, как робкие лани, стоите?

Лани, когда утомятся, по чистому бегая полю,

245 Купой стоят, и нет в их персях ни духа, ни силы, —

Так, пораженные, вы здесь стоите и медлите к бою.

Ждете ли вы, чтоб трояне до самых рядов приступили

Наших судов лепокормных, на береге моря седого,

Там чтоб увидеть вам, вас ли рукой покрывает Кронион?»

250 Так он, начальствуя, вкруг обходил ратоборные строи.

Скоро приближился к критским, идя сквозь толпу ратоборцев:

Критяне строились в бой вкруг отважного Идоменея;

Идоменей впереди их подобился вепрю, могучий;

Вождь Мерион у него позади возбуждал ополченья.

255 Их усмотревши, наполнился радостью царь Агамемнон

И предводителя критян приветствовал ласковой речью:

«Идоменей, тебя среди сонма героев ахейских

Чествую выше я всех, как в боях и деяниях прочих,

Так и на празднествах наших, когда благородным данаям

260 К пиру почетного чермного чашу вина растворяют;