Тайная красота - Райли Люсинда - Страница 7

– Оставь, ей за это платят, – заявила Миранда, подняв на кровать ноги.

Вручив Лие последний осколок фарфора, поднятый с пола, Бретт заметил, как в карих глазах вспыхнул гнев.

– Вот и все, – выпрямляясь, подытожил он.

– Пойду за веником и тряпкой, чтобы убрать остальное. Будете завтракать здесь?

Бретт заглянул в ясные глаза Лии – завтрак его уже не волновал.

– Нет, поем внизу.

Лия кивнула, подобрала поднос и вышла из комнаты.

– Кто это? – спросил он у Миранды.

– Лия Томпсон, дочь нашей экономки. Во время каникул помогает матери, – пренебрежительно отмахнулась Миранда. – Поговорим о более важном. Чем мы с тобой сегодня займемся? Рози назначила меня главой комитета по развлечениям Бретта Купера, и я намерена проследить, чтобы ты не оставался в одиночестве ни минуты.

Бретт даже растерялся от решительности в ее глазах. Он не привык общаться с ровесницами – учился в школе для мальчиков, а каникулы проводил в основном со взрослыми. Миранда смерила его взглядом, и Бретт почувствовал, что краснеет.

– Ну? Чем ты хочешь сегодня заняться?

– Я… ну… я..

– Верхом ездишь?

Бретт сглотнул.

– Да.

– Вот и договорились. Когда будешь готов, пойдем к старине Моррису и возьмем пару лошадок покататься рысцой по пустошам. Глядишь, и познакомимся поближе.

Миранда провела рукой по волосам и уставилась на него.

– Замечательно. Э-э, не подскажешь ли мне, где у вас ванная? Мне бы помыться и переодеться.

– По коридору вторая дверь слева. Что с тобой случилось вчера вечером? Я специально нарядилась к ужину…

– Я… ну… устал с дороги.

– Надеюсь, обычно ты не спишь в одежде. – Миранда спрыгнула с кровати. – Я подожду тебя внизу. Не задерживайся, пожалуйста.

Она исчезла из комнаты.

Бретт собрался с силами и побрел по коридору. Вскоре он нашел нужную комнату и открыл краны, чтобы наполнить ванну. Вода в трубе кряхтела, шипела и, когда наконец появилась, была необычно желтой.

Он снял мятую одежду и залез в ванну, изо всех сил стараясь не обращать внимания на коричневый песок на дне старинной железной посудины. Бретт закрыл глаза, и перед ним возникло видение – Лия, стоящая в дверях его спальни. И одновременно с этим он ощутил огромное разочарование оттого, что каникулы проведет не с ней.

Через двадцать минут он сидел в уютной кухне и ел огромную яичницу с беконом. Миранда энергично болтала о планах на предстоящие два месяца, а Лия помогала матери вытирать посуду.

– Ну что же, нам пора, – пригласила Миранда. – До фермы идти полмили. Если хочешь, поедем на велосипедах.

– Нет, я бы лучше прогулялся.

Миранда повела его из кухни, и Бретт остановился и оглянулся:

– Пока, Лия. До встречи.

– Пока, Бретт.

– Как ты считаешь, мне надо поздороваться с тетей… с Роуз перед тем, как уйдем? – спросил Бретт Миранду, которая быстрым шагом спускалась с холма.

– О боже, нет. Она заперлась в студии и беспокоить ее запрещено под страхом смертной казни. Она выходит только поесть.

– Что за студия?

– А разве ты не знаешь? Рози раньше была знаменитой художницей, давно, еще в темное средневековье. Она не рисовала целую вечность, но пару лет назад выкинула хлам из комнаты внизу и превратила ее в студию. В следующем году у нее запланирована выставка в Лондоне. Ее большое возвращение, как-то так. Лично мне кажется, что она зря теряет время. Ну кто вспомнит о ней? Прошло двадцать лет, – фыркнула Миранда.

Бретт спускался с холма, и все быстро становилось на свои места.

Тот запах масляной краски, когда Роуз его обняла, картины на стенах гостиной и ее лицо… ну конечно!

– Ее фамилия – Деланси?

Миранда кивнула.

– Да, а что?

– Миранда, могу сообщить тебе, что двадцать лет назад твоя мать была знаменитостью в мире искусства. Вероятно, самой известной художницей в Европе, а потом вдруг исчезла со сцены.

Миранда поморщилась.

– Лично я ее картины не выношу. Они такие необычные. А ты, я так понимаю, о ней наслышан. Интересуешься искусством?

– Ну, вообще-то, да.

Бретт разволновался, но в то же время озадачился. Почему это, черт возьми, отец никогда не упоминал, что Роуз Деланси – его сестра? Этим можно было ужасно гордиться, так?

– Рози наверняка выкроит пару секунд, чтобы обсудить с тобой свою любимую тему. Что ж, посмотрим, какой из тебя наездник. Мерин – блестящий скакун, но непредсказуемый, а кобыла… ну, если ты боишься трудностей, выбирай ее.

Они дошли до конюшен, и Миранда повела его вдоль денников.

– Спасибо, Миранда, я возьму кобылу.

Лошадей оседлали, и еду для пикника, которую для них приготовила миссис Томпсон, положили в седельный вьюк мерина. Миранда и Бретт неспешной рысью отправились к пустошам.

– Даже не верится, что это то же самое место, куда я приехал вчера вечером. Тогда все было черным и мрачным. И меня это угнетало.

– Здесь так всегда. Погода меняется мгновенно. Удивительно, что при свете солнца пустоши преображаются, – согласилась Миранда.

– Кто же владеет всей этой землей? – поинтересовался Бретт.

– В основном фермеры. Они пасут здесь овец.

– Кажется, что пустоши простираются на много миль.

Бретт окинул взглядом долину. Они выехали на пастбище и стали подниматься по холму.

– Так и есть. По ту сторону водохранилища – Блэкмор. Он тянется до самой границы Хауорта, в трех милях отсюда. Зимой здесь довольно одиноко. Нас сотни раз заносило снегом.

Бретт внезапно обрел уверенность в себе. Он был рад, что приехал. Ему не терпелось поскорее вернуться и поговорить с тетей.

– Ох, – сказала Миранда, вытирая лоб. – Ну и жара. Доберемся до перевала, нужно передохнуть и чего-нибудь попить.

– Хорошо.

Через пятнадцать минут Бретт и Миранда привязали лошадей и, лежа в траве на холме, начали пить кока-колу.

– Смотри-ка! – Миранда резко вскочила. – Там внизу, на коне – Майлз.

Бретт сел и посмотрел на долину, куда показала Миранда. Вдали он увидел маленькую фигурку, рысью скачущую по пустоши на черном коне.

– Когда он возвращается из университета, то почти все время ездит верхом по пустошам, – тихо, с оттенком задумчивости, сообщила Миранда.

– Что он изучает?

– Историю. Когда его нет, я по нему скучаю. – Миранда выдернула пучок травы. – Раньше мы проводили вместе много времени. Майлз не такой, как все… очень молчаливый… – Она замолчала, потом повернулась к Бретту и – куда только делась ее серьезность? – широко улыбнулась. – А я люблю людей, полных жизни, много шума и веселья. Как только закончу школу, уеду в Лондон. Здесь так скучно – никогда ничего не происходит!

– По-моему, здесь очень красиво, – пробормотал Бретт.

– Да, но тебе не приходилось тут жить. Ну в смысле, ты все время ходишь на модные вечеринки и в известные рестораны.

Бретт вспомнил те случаи, когда его выставляли напоказ на приемах Дэвида Купера как элитного пуделя, отчаянно стремящегося домой, чтобы скинуть тесный парадный костюм, в котором он нравился отцу.

– На самом деле, Миранда, все это не так приятно, как кажется.

– Ну, я бы хотела сама попробовать. Хочу однажды стать очень богатой, накуплю всего, что пожелаю. Целую комнату дизайнерской одежды и туфельки ей в тон. А еще огромный дом, «Роллс-Ройс» и…

Бретт лег на траву и задумался, почему же все считают, что деньги приносят счастье. Он знал, что это не так.

Позже они проехали верхом по пустошам к конюшням и вернулись домой.

Миссис Томпсон готовила на кухне ужин.

– Хорошо покатались?

Она улыбнулась.

– Спасибо, великолепно, – ответил Бретт.

– Миссис Деланси распорядилась опять накрыть в столовой, вчерашний ужин вы пропустили. К восьми все будет готово. Как насчет чашки чая?

В восемь вечера Бретт спустился в столовую. Там было пусто. Он сел в старое кожаное кресло у большого венецианского окна.

Вошла Лия с подносом, на котором стояли тарелки с супом, и поставила его на поцарапанный дубовый стол.