Вперёд в СССР! Том 4 (СИ) - Глебов Виктор - Страница 29

— Вадимыч, план полное говно! Ты же и сам понимаешь, что нам придётся возиться с этой парочкой слабосилков. А это здорово снижает шансы на успех. Зато здорово повышает риск не вернуться. Чем глубже уровень подсознания, тем опаснее тамошние твари. Мы можем угодить в настоящую мясорубку. Кто знает, что в башке у этого… как его там?

— Галода, — подсказал Брянцев. — Но выхода нет, Жабыч. Придётся помочь.

— Я прошу занести в протокол заседания мой официальный протест! — насупился фамильяр. — Чтобы потом в случае чего ко мне не было претензий. Я отвечать за этих двоих не собираюсь.

— За нас не надо отвечать! — обиженно набычился Чупа. — Мы и сами за себя постоять можем. Вы нам только помогите пробраться, куда нужно.

— Поможем, — кивнул Брянцев. — Но вам придётся поработать вместе. Готовы?

Фамильяры переглянулись, даже не пытаясь скрыть взаимную неприязнь.

— Только если ради общего дела! — буркнул Жабыч.

— Только ради него, — кивнул Чупа.

— Ну, вот и договорились, — улыбнулся Брянцев. — Давайте, парни! Хватит слов — пора действовать.

Оба фамильяра уселись напротив друг друга, закрыли глаза и развели передние лапы. Зрелище было бы уморительным, если бы не факт, что мы отправлялись на битву с эмиссаром на его территорию, где он, если нам не повезёт, сможет контролировать пространство, превращая его в любое оружие на своё усмотрение.

Вокруг нас поднялся ветер. Он быстро крепчал, поднимая и закручивая в золотистые вихри тучи песка, пока видимость не стала нулевая. Мы оказались внутри ревущего кокона. А затем провалились вниз и понеслись по образованному песчаным смерчем извивающемуся тоннелю!

Чупа нёсся впереди, словно огненный метеор. За ним неотступно следовал Жабыч, тоже светящийся, как маленькая звезда. От их сияний на стенах смерча плясали мерцающие отблески. Мы с Брянцевым летели за фамильярами, которые указывали пути, одновременно продлевая тоннель сквозь мир духов.

И вот, наконец, мы достигли горловины и выпали из смерча на покрытое белой, сверкающей солью пространство.

Прямо перед нами над горизонтом светило яркое зелёное солнце с острыми, как пики, лучами. Они дрожали, становясь то длиннее, то короче.

Справа же располагалась устремлённая ввысь башня с острыми вытянутыми зубцами и стрельчатыми окнами. Она отбрасывала на соляную равнину длинную чёрную тень, которая казалась бездонным провалом, расщелиной, в которую никогда не падал свет.

Мы двинулись вдоль тени к башне. Идти пришлось минут пять. Только добравшись до строения, мы поняли, насколько оно велико.

— Мда-а… — протянул Брянцев, окидывая башню взором. — Старый некрод вам попался. Поживший. Представляю, как глубоко уходят нижние этажи.

Я невольно опустил взгляд на искрящуюся соль. Да, учитель был прав: к подсознанию коллективной памяти роя придётся пробиваться долго. И будет это ой как непросто.

— Ну, готов? — обратился ко мне Брянцев.

— Конечно, — ответил я. — Не зря же мы пришли.

Учитель кивнул.

— Не сомневался. Что ж, идём.

Мы двинулись к огромному крыльцу. Поднявшись по ступенькам, оказались перед высокой стрельчатой дверью. Брянцев навалился на одну из створок. Раздался натужный скрежет, затем — скрип, но дверь не подалась. Я присоединился к учителю, и вместе мы слегка приоткрыли створку. Изнутри потянуло напитанной затхлостью прохладой.

Брянцев протиснулся первым, — я за ним. Наши фамильяры вошли вслед за нами и взмыли над плитами пола, освещая царивший внутри сумрак.

— Впечатляет, — проговорил Брянцев, вертя головой. — Только почему-то нет никого. Мне это не нравится.

— Ловушка, — веско изрёк Жабыч, плывя над полом. — Как пить дать. Предлагаю одуматься и валить, пока не поздно.

— Ссыкло! — процедил Чупа.

— Я не потерплю нарушения моих личных границ! — тут же возмутился Жабыч. — Это токсичный диалог, и мне он не нравится!

— Какие мы нежные, — с явным наслаждением протянул Чупа.

— Хватит! — цыкнул на них Брянцев. — Тихо вы! Отвлекаете. Влад, нужно внедриться в это пространство и построить ментальную ловушку. Без этого мы далеко не продвинемся.

— Согласен, Алексей Вадимович, — кивнул я. — Вы начинайте, а я подключусь.

— Добро, Влад.

Брянцев начал совершать руками сложные пассы.

Интерьер задрожал, теряя чёткие очертания. Пол под нами слегка завибрировал, где-то загудело, заскрежетало, и издалека донёсся протяжный вой.

В полу образовалось квадратное отверстие. Брянцев сразу направился к нему. Я пошёл следом, фамильяры плыли по воздуху, словно странные воздушные шарики.

В образовавшемся проёме была видна лестница. Мы побежали по ней вниз, пока не достигли подвала, в котором были рядами расставлены продолговатые сосуды, похожие на глиняные кувшины.

— Здесь! — сказал Брянцев, осматриваясь. — Это хранилище памяти. Нужно только отыскать то, что нам нужно. Влад, сделать это придётся тебе. Сформулируй запрос и сосредоточься на нём.

Так я и поступил. Ментальный поиск — штука сложная. Запрос состоит из фрагментов, и чем их меньше, чем они чётче, тем проще найти искомое.

К счастью, за последнее время я существенно прокачался, и мне не нужно было перебирать сосуды памяти, как в прошлый раз. Сейчас я мог внедриться в подсознание пленного эмиссара и запустить поиск.

Сосуды на полу вспыхивали один за другим. Это означало, что они проверены, и совпадений не найдено. Но их было слишком много. А наверху уже раздавались шаркающие шаги неведомого чудовища, которое некрод создал для защиты от вторжения.

— Присоединяюсь, — объявил Брянцев. — Давай поднажмём, Влад!

Огоньки стали вспыхивать быстрее.

— Тварь уже спускается по лестнице, — сказал вдруг Жабыч. — Я её чую.

— Я тоже, — проговорил Чупа.

Пришлось немного отвлечься от поиска, чтобы исказить пространство и развернуть лестницу так, чтобы она увела монстра в другую сторону. Впрочем, этого фокуса надолго не хватит.

— Есть! — вдруг воскликнул Брянцев и указал в сторону сосуда, который окутался стабильным голубым свечением.

Я немедленно бросился к нему, поднял с пола и выдернул пробку.

Из узкого горлышка заструился прозрачный дымок — прямо как в сказке про джинна.

В воздухе соткалась картинка: сине-зелёное пятно на светло-коричневом фоне. Не сразу я сообразил, что вижу карту! Вернее — небольшой её фрагмент.

Я всматривался в неровные очертания странного водоёма, стараясь их запомнить в деталях. Что это? Море? Озеро? Какое-то водохранилище?

— Аральское море, — раздался вдруг справа голос подошедшего учителя. — Почти пересохло, но всё ещё узнаваемо.

— Уверен? — спросил я.

Брянцев кивнул.

— На все сто.

В этот момент чудище прорвалось-таки сквозь выстроенную мной ловушку и буквально вкатилось в подвал, опрокидывая сосуды.

— Нужно спуститься глубже! — быстро сказал я.

Брянцев заставил пол перед монстром изогнуться, перекрывая ему проход, а затем присел и коснулся кончиками пальцев пола. Каменные плиты расступились, и в лицо нам повеяло сырой прохладой.

— Готов? — спросил Брянцев.

— Готов! — кивнул я.

Мы прыгнули в отверстие ровно в тот момент, как созданная учителем преграда разлетелась на куски, и чудовище с низким рычанием ринулось к нам.

Брянцев приземлился на пол первым, я — за ним. Фамильяры чуть задержались, закрывая проход над нами.

— Этого надолго не хватит, — задрав голову, проговорил учитель. — Времени мало, но мы там, где нужно.

Я быстро огляделся.

Помещение с низким сводчатым потолком напоминало средневековый погреб, только было создано из скреплённых сухожилиями костей. Мы словно оказались в сюрреалистичном фильме ужасов. Но интерьер меня не интересовал. В отличие от нескольких рядов каменных каноп, стоявших по периметру комнаты. Свет исходил от установленных на стенах факелов. Пахло смолой и гнилой водой, сочившейся между костями и собиравшейся на полу в лужицы, которые постепенно уходили сквозь щели между плитами пола.