Вперёд в СССР! Том 4 (СИ) - Глебов Виктор - Страница 26

Спустя полчаса после окончания совещания четыре нагруженных оружием, боеприпасами и экзодоспехами машины выехали с парковки Управления и одна за другой начали нырять в открытые водителями порталы.

Очень хотелось верить, что по ту сторону нас ждёт машина эмиссаров, и нам удастся уничтожить её, положив конец планам галодов по вторжению.

Когда машина, в которой я находился, въехала в портал, я испытал тревожное сосущее ощущение под ложечкой.

Глава 13

Сколько себя помню, метеостанции строились ради прогнозирования погоды. Я в этих вещах не разбираюсь, но ожидал увидеть нечто вроде антенн с солнечными панелями, белых «скворечников» на металлических «ножках» и тому подобных артефактов. Ну, и флюгеры какие-нибудь, чтобы вычислять силу ветра.

В этой версии СССР погоду не предсказывали.

Её создавали.

И да, я успел заглянуть в сеть и посмотреть фотоснимки станций Климатической Службы. Там была целая навороченная система, включающая наземные установки, орбитальные спутники и целый рой дронов, бороздящих просторы нашей необъятной Родины.

Чтоб вы понимали, основная работа ложится на плечи климатологов. Это такие менторы, которые с помощью пси-энергии воздействуют сразу на атмосферные фронты, циклоны и антициклоны. Масштаб потрясает воображение, а сами климатологи — одни из сильнейших одарённых планеты. Я даже слышал о международной конвенции, подписанной большинством стран, которая запрещала погодные войны на самом высоком уровне. А все эти приспособления, включая дроны и спутники, позволяли климатологам вмешиваться в реальность с максимально возможной, ювелирной точностью.

То, что я увидел, не имело никакого отношения к климатическому контролю.

Холм посреди леса.

А на холме — ЭТО!

Разросшееся до неприличия многоступенчатое сооружение, не имеющее аналогов вообще ни с чем. Казалось, объект целиком состоит из грифельно-серых граней, квадратов и треугольников, громоздящихся в хмурое осеннее небо. Вся эта несусветная дичь была облеплена строительными лесами, по которым ползали человеческие фигурки, смахивающие на муравьёв. Рядом стоял кран, вокруг располагались бытовки, штабеля непонятным прямоугольным блоков, арматуры и устройств совершенно невообразимого назначения.

Наши фургоны выпали из порталов у самого подножия холма.

Здесь уже всё было залито бетоном. Я заметил несколько грузовиков и бетономешалок. На холм проложили извилистую дорогу, при этом никто даже не озаботился ограждением. Да и зачем? Вокруг на многие километры — лес. Разве что у самого горизонта виднелась полоска воды.

Честно говоря, я думал, что окрестности Байкала — это сплошная сейсмоактивная зона. И строить тут сооружения выше двух-трёх этажей сомнительная перспектива.

Но и объект, который мы видели, не имел ничего общего с людскими постройками.

От многоугольной башни за версту веяло чужеродностью.

— Максимильяныч, — сказал я. — Это похоже на метеостанцию?

Бурундуков, сидевший за рулём нашего бронированного монстра, криво ухмыльнулся:

— Дорогой вы мой товарищ! Сие чудо инженерной мысли напоминает метеостанцию не более, чем кукурузный початок — ядерную ракету.

Я вновь посмотрел на простирающийся перед нами комплекс.

По документам здесь возводилось совсем другое. Мои аналитики раздобыли проект, и там обычная метеостанция. А вот спутниковых снимков у меня нет. И это очень странно. Потому что получить подобные материалы Проект 786 может без особых проблем. Обычно.

А знаете, что меня поразило сильнее всего? Отсутствие линий электропередач. То есть, никаких столбов, проводов, трансформаторных будок… Может, я чего и не понимаю, но чем эта башня будет питаться? Явно не святым духом.

И да, я колебался до того, как мы сюда приехали.

Не был уверен в том, что всё понял правильно.

Сейчас — другой разговор.

— Начинаем штурм, — сказал я. — Готовность номер один.

Вика Сотникова, телепат из группы поддержки, кивнула и начала передавать моё распоряжение командирам групп. Со мной отправились полностью сформированные штурмовые отряды под командованием Инги Зиминой, Дениса Жукова, Иры Рудницкой и Димы Михайлова. Четыре бронированных, защищённых рунами фургона, напичканных оружием и матёрыми спецназовцами с боевым опытом. Некоторые из моих подчинённых уже столкнулись с живыми эмиссарами, но большинство всего лишь проходили обучение на полигонах.

— Объект захватить, — поставил я первую боевую задачу. — Гражданских, если найдём, не трогать. Эмиссаров уничтожать. Если не сумеем захватить пленного — ничего страшного. Приоритет — остановка стройки. Приказ понятен?

Вика передала всем моё сообщение.

Через минуту командиры групп отчитались о готовности выполнить поставленные задачи.

Мы уже выпали из порталов в заданных точках. Проколы были сделаны таким образом, чтобы распределить группы по четырём направлениям.

— Турели фургонов приготовить к бою, — распорядился я. — Бейте по дальним целям на вершине холма. Не допустите попадания своих под дружеский огонь. Применяем базовую тактику открытой местности. Без приказа не начинать.

Базовая тактика предполагала слаженное взаимодействие всех менторов, включая бойцов, которым предстоит сегодня работать в экзодоспехе.

Я не сомневался, что эмиссары знают о нашем присутствии.

Решили обороняться на холме?

— Погнали.

Ну, а чего тянуть.

Ключевой приказ я отдал уже по рации.

Энергеты ударили первыми.

У нас в команде имелись два дистанционных пирокинетика и один контактный электрик. Огневики работали почти вслепую, поэтому били по навесной траектории, целясь в бытовки. Я спокойно наблюдал за тем, как огненные болиды, зародившись в нескольких метрах над землёй, устремились в воздух. Устремились, вычертили красивые пламенеющие дуги и с гудением обрушились на контейнеры строителей. Через минуту к цели отправились ещё два болида. С вершины холма донёсся гул, смешанный с треском. Вверх взметнулись языки пламени.

— Хорошо горит, — оценил Бурундуков.

Я поднёс к глазам полевой бинокль.

Участок, по которому мы ударили, был в огне. Существа, которые монтировали башню, ползая по лесам, начали спускаться. При увеличении было видно, что эти твари не имеют ничего общего с людьми. Они даже лестницами не пользовались — перепрыгивали с яруса на ярус, демонстрируя чудеса ловкости.

Мне предстояло вести наблюдение за штурмом из кабины броневика.

Впервые за всё время своей карьеры в КГБ.

После огненной атаки командиры групп отдали новый приказ. В воздух взвились дроны поддержки, которые тут же принялись нарезать виражи вокруг башни. Операторы намечали цели и потенциальные очаги сопротивления. Судя по переговорам командиров, никто не понимал, что происходит. Спецназовцы были уверены, что орда чудовищ сейчас ломанётся с холма вниз, а мы будем их расстреливать из турелей. Тех, кто добежит, пришибём вручную. Но так это не работает. Эмиссары наделены разумом, у них есть тактическое мышление.

К нам никто не бежал.

Дроны начали транслировать с разных ракурсов весьма необычную картину. Твари возводили некое подобие баррикад. Втыкали в землю штыри, между которыми начинали расти не то лианы, не то электрические кабели. Всё это сплеталось, создавая заграждение.

— Так не пойдёт, — сказал я по общему каналу. — Уничтожить эту хрень.

По заграждениям начали работать турели.

Спаренные крупнокалиберные пулемёты, выдвигающиеся из специальных гнёзд на крышах фургонов. Цели задаются голосом или ручным вводом с сенсорной панели. Дальнейшая наводка — на автомате. Опять же, есть опция, при которой наведением занимаются дроны, получающие команду от операторов.

Бурундуков потянулся к приборной панели, чтобы врубить звукоизоляцию.

Обожаю технологии этого мира!

Шквал беззвучного огня обрушился на щиты, которые выставляли эмиссары. То, чем они занимались, выглядело детской забавой, вот только… Вдоль уже выставленных конструкций образовалась зона непонятного искажения. Словно мираж в пустыне. И наши пули, судя по всему, отклонялись этой областью пространства.