Вперёд в СССР! Том 4 (СИ) - Глебов Виктор - Страница 17

Вот Гаспарян нащупал нужный центр и принялся его раздражать, вызывая в объекте сомнение. Это выглядело как увеличение светящейся точки в сложной паутине чувств и полученных при воспитании социальных установок.

Мужик вдруг замер, оставив кулёк в покое, и покосился на валявшуюся на земле бумажку. Вздохнул и отвёл взгляд. Центр запульсировал, сопротивляясь влиянию извне. Вардан добавил раздражения. От точки побежали расходящиеся светящиеся линии. Объект снова посмотрел на бумажку и нервно заёрзал. Ему становилось неуютно.

Мой ученик добавил воздействие на центр стыда. Мужику становилось всё тяжелее игнорировать собственный проступок, на который ещё минуту назад ему было наплевать. Но он не желал вставать и исправлять содеянное. Это казалось ему слабостью.

Гаспаряну пришлось поднажать. Он накинул раскаяние, и мужик медленно, нехотя поднялся. Его словно обуревали сомнения в том, что он действительно собирается подобрать мусор. Сунул кулёк в карман и быстро осмотрелся, словно опасаясь, что кто-то может увидеть его действия. На мгновение его взгляд задержался на нас, но в этот момент Вардан увеличил давление на центр раскаяния. Объект больше не мог терпеть. Он испытывал неодолимый зуд. Скомканная бумажка вызывала у него теперь острый дискомфорт.

Мужик направился к бумажке, замер на секунду, словно принимая последнее решение, и вдруг наклонился, протянув руку.

Пора!

Я грубо вмешался в действия Вардана, разом убрав давление с центра раскаяния.

Мужик застыл, а затем начал медленно распрямляться.

Гаспарян пробормотал какое-то ругательство и взялся за дело всерьёз. Потушенная мной точка снова вспыхнула и засияла пуще прежнего. Мужик наклонился и взял бумажку.

Я отключил центр стыда. Объект застыл в нерешительности. Центр раздражения начал разгораться красным: мужик злился на себя.

Вардан накинул предвкушение эмоциональной разрядки и ожидание удовлетворения от правильного поступка. По его виску скатилась капелька пота. Менталисту приходилось прикладывать кучу усилий и полностью концентрироваться на своих действиях. То, что я проделывал легко, ему давалось с огромным трудом. Но всё же, для такой короткой тренировки совсем неплохо.

Я отключил своё блокирующее воздействие, и все нужные центры в сознании объекта вспыхнули, словно фонари. Мужик поспешно бросил мусор в урну, вздохнул с облегчением и бодро пошёл прочь.

Вардан улыбнулся и открыл глаза.

— Ну как, шеф?

— Долго. Были какие-то трудности?

— Он сопротивлялся. Похоже, совершенно маргинальный тип.

— Большинство наших противников не обременены страстным желанием поступать правильно, — сказал я.

Гаспарян кивнул.

— Я понимаю. Нужно больше тренироваться.

В этот момент к нам подошли трое парней в спортивных куртках и массивных берцах. Судя по их физиономиям, они вышли не просто свежим воздухом подышать. Искали жертву. И решили, что мы вполне подходим.

Вот и причина, по которой я велел Бурундукову привезти нас вечером именно в этот район на окраине. Место пользовалось дурной славой, и вероятность встретить тут в позднее время людей вроде этих троих была довольно велика.

— Эй, мужики, есть телефон позвонить? — с гнусной ухмылкой поинтересовался тот, что стоял в центре.

Я многозначительно посмотрел на Вардана. Сказал:

— Вот тебе ещё одно упражнение.

Гаспарян с сомнением окинул взглядом троицу.

— Многовато, шеф…

Я откинулся на спинку скамейки.

— Ну, это зачёт. Никто не обещал, что будет легко.

Глава 9

— Эй, что ты лепечешь, паря? — уставился на меня бритоголовый крепыш справа. — Откуда вы? С какого района?

Мы могли раскидать это отребье за считанные секунды, даже не напрягаясь.

Проблема в том, что Гаспарян сдавал зачёт.

Я не должен был вмешиваться. Нельзя никого бить, калечить. И мне манипулировать этими отбросами тоже нельзя. Всё должен сделать мой ученик.

— А вы с какой целью интересуетесь? — уточнил я, выигрывая время для напарника.

— Борзый? — ощерился тот, что в центре.

— Вы не представились, — я прижал взглядом главаря. — С кем мы трём сейчас?

А в следующую секунду в игру вступил Гаспарян.

Я уловил тонкие нити воздействия, протянувшиеся к самому молчаливому и опасному гопнику из этой троицы. Опасному, потому что он таскал с собой нож и постоянно держал это в уме.

— Пацаны, забейте, — сказал молчаливый. — Пусть живут.

— Ты у них папочка, Миха? — презрительно скривился главарь.

— Закрой пасть! — огрызнулся гопник с ножом.

Я приготовился перехватить управление, если что-то пойдёт не по плану. Трупы нам не нужны. Максимум — разбитые морды и пацанские обидки.

— Чё сказал, падла⁈ — главарь развернулся к своему подельнику.

— Бугор, харе, — встрял низкорослый ушлёпок. — Что с этими делать?

Кивок в нашу сторону.

— Я падла⁈ — взревел тот, что с ножом.

И врезал Бугру под дых.

Хорошо так, технично врезал.

Главарь согнулся пополам, исторгая трёхэтажные маты.

Я улыбнулся. Мой ученик давил на центры насилия и скрытые противоречия в стае. Тот, что с ножом, Миха, давно рассчитывал бросить вызов своему вожаку и занять его место.

— Чё творишь, дебил⁈ — возмутился первый гопник. — Своих⁈

Миха попытался двинуть лысому, но тот увернулся и неожиданно чётко прописал коллеге апперкот в челюсть. Миха, так и не успев достать нож, осел на асфальт. И в этот момент Бугор выписал ему «бычка» в переносицу. Брызнула кровь. Туша Михи завалилась в траву, едва не зацепив перерабатывающую урну.

Я покосился на Гаспаряна.

Тот выглядел напряжённым, по вискам стекал пот, глаза неотрывно смотрели на гопников. Вардан расходовал прорву пси-энергии, а эффективность оставляла желать лучшего.

Бугор выпрямился, продолжая материться.

— Чего не помогал⁈ — рыкнул он на лысого. — Совсем уже берега потеряли?

Лысый впал в ступор.

И в этот момент Вардан принял единственно верное решение — отпустил главаря и переключился на его «шестёрку». Усилил агрессию, добавил капельку личной неприязни и желания самоутвердиться…

— Охренел⁈ — лысый сжал кулаки, его лицо побагровело. — Я ж за тебя вписался, урод!

Бугор нанёс прямой удар в переносицу лысому. Тот выставил блок и прописал оппоненту короткую «двойку». Бугор устоял и тут же пнул лысого в колено. А потом добавил локтем в челюсть.

Прямо боевик какой-то!

Не хватает попкорна.

Гопники обменялись серией смазанных ударов. В итоге главарь остался на ногах, а лысый, скрючившись и постанывая, украсил собой тротуар.

И в этот момент на Бугра обрушилась волна паники.

Гопник испуганно посмотрел на нас. Затем — на окна многоэтажки. И тут же словил животный страх. Бежать, транслировал в пространство Гаспарян. Как можно дальше. Появятся сильные самцы в форме, побьют палками. Упекут в «обезьянник». Бежать!

Бугор развернулся и заковылял прочь, поминутно оглядываясь.

— Он должен забыть о нас, — тихо сказал я. — Выбросить из головы.

Вардан коротко кивнул.

Гопник продолжил свой путь, а я с интересом наблюдал за тем, как работает ученик.

Тела, валявшиеся неподалёку, что-то невразумительно мычали и пробовали подняться.

— Идём, — я хлопнул менталиста по плечу. — Засиделись мы тут.

Когда мы покинули двор, я сказал:

— Неплохо для первого раза. Анимансеры именно так и работают. Ситуация была форс-мажорная, но ты сориентироваться. Проблема в том, Вардан, что ты проводил манипуляции… на грани. Посмотри на себя.

— Я вымотан, — признал ученик.

— Разумеется. Потому что волновался, не уделял внимание технике, отсюда — перерасход пси-энергии. Повышенная нагрузка на узлы.

— И что делать?

— Продолжим тренировки.

— Знал, что ты это скажешь.

Двор с избитыми гопниками остался позади.

Мы обогнули угол многоэтажки и сейчас шли по узкому тротуару, вдоль непомерно разросшегося палисадника.