Чужая территория (СИ) - Панченко Андрей Алексеевич - Страница 20

— Кстати, Петрович. Помнишь ту историю перед армией?

Он сразу посерьёзнел.

— С общаком? Конечно помню, и что я тебе тогда советовал и говорил тоже помню. Ты про это спросить что-то хотел?

— Угу. — Кивнул я, напряженно глядя в глаза сторожу.

Старый опер затянулся сигаретой и некоторое время молчал.

— Что тебя конкретно интересует?

— Что-нибудь всплывало за эти годы?

— Нет.

— Совсем?

— Совсем. — Он выбросил окурок и наступил на него подошвой. — После того обыска в гараже твоего деда никто больше не появлялся. Ни милиция, ни другие мутные личности.

Я молча слушал.

— Тебя, кстати, с розыска тоже быстро сняли. Как только из военкомата пришёл ответ, что гражданин Серёгин призван в вооружённые силы и проходит службу по месту назначения.

— Настолько просто? — Удивился я — Ведь сразу два розыскных дела было.

— А что тут сложного? — Пожал плечами Петрович — Ты же не убийца и не государственный преступник. Уголовное дело закрыли за смертью подозреваемых, к тебе у следствия вопросов не было, а розыск по заявлению родителей закончился, как только твоё место положение было установлено. Ты оказался жив, здоров, к тому же уже не ребёнок, восемнадцать лет тебе стукнуло.

— А бандиты?

Петрович покачал головой.

— Тоже тишина. Первое время в городе по поводу пропавшего общяка ещё шумели, потом всё постепенно сошло на нет.

— Совсем забыли?

— Серый, таких историй в городе десятки. Сегодня ищут общак, потом кого-нибудь посадят, кого-нибудь зарежут, кто-нибудь ограбят. Появляются новые слухи, которые люди мусолят. Жизнь идёт дальше. Ты правильно сделал, что послушал моего совета и исчез на время, как раз всё и забылось — Он посмотрел на меня внимательно. — Или нет? Ты чего вдруг этим снова заинтересовался?

К этому вопросу я был готов.

— Домой вернулся. Решил разобраться, не тянется ли за мной какой-нибудь старый хвост. Хочу жить спокойно и не ждать звонка в дверь от ментов, или ножа в спину от братвы.

Петрович медленно кивнул, ответ выглядел вполне логичным.

— Насколько я знаю, не тянется.

— Насколько знаешь или уверен?

Старый опер усмехнулся.

— А вот это уже хороший вопрос. — Он немного подумал. — Слушай, связи кое-какие у меня ещё остались. Не такие, как раньше, конечно, но кое с кем я до сих пор общаюсь. Могу поспрашивать.

— Было бы неплохо.

— Не темни Серёга, всё же ты опасаешься чего-то — Внимательно посмотрел на меня Петрович.

Я пожал плечами.

— Просто хочу понимать обстановку.

— Разумно. — Петрович снова достал сигареты. — Ладно. Поговорю с людьми. Если где-то кто-то про тебя вспоминает, информация рано или поздно всплывает.

— Спасибо. — От души поблагодарил я Петровича.

— Да пока не за что. — Он прикурил и внимательно посмотрел на меня поверх струйки дыма. — Только вот что я тебе скажу, Серый. Если бы за тобой действительно кто-то серьёзно охотился, то в первый же день как ты в городе появился, тебя бы нашли.

В его словах была логика, но я слишком хорошо помнил дельту реки, Егорыча, того мутного типа, что приперся за мной аж в Чирчик, драку на глухой улочке этого узбекского городка, где меня едва не убили. Возможно, история и закончилась, и мне в это очень хотелось бы верить, но теперь, когда общак оказался у меня в руках, проверять эту теорию на собственной шкуре желания не было. Петрович между тем сменил тему.

— А жить где собираешься? — Сторож хитро прищурился — Опять в дедовском гараже?

— Пока у бабушки. — Засмеялся я — Хватит с меня пока спартанской жизни, хочу на нормальной кровати поспать.

— Это правильно. — Кивнул Петрович — А дальше, что делать думаешь?

— Пока просто отдыхать, а дальше видно будет.

— Работа нужна?

Я невольно усмехнулся.

— Уже вербуешь?

— А почему нет? Столяр ты отличный, да и ночной сторож из тебя выйдет хороший. После армии небось привык по ночам не спать?

— Это как раз та привычка, от которого я сейчас пытаюсь избавиться.

Петрович рассмеялся.

— Ладно, не буду настаивать. Но если что — заходи.

— Кстати, а как дедов гараж? — Вспомнил я ещё один вопрос, который меня интересовал — Стоит?

— А что ему сделается? — Усмехнулся Петрович — Стоит. Закрытый, как положено.

— Ну и отлично, а то я завтра на рыбалку хочу сходить, удочки и лопату взять оттуда хотел.

— Дело хорошее, — Кивнул Петрович, а потом заржал — Тем более, что ты рыбалку любишь, как я помню.

Мы проговорили ещё почти час. Потом я сходил к дедову гаражу. Ключи лежали там же, где я их спрятал два года назад. Зайдя внутрь, я долго не задержался, усилием воли подавив в себе желание сесть на когда-то сделанную мною табуретку и поностальгировать. Схватив первую же попавшуюся мне под руку удочку, из тех, что я в свое время не взял с собой на реку, а оставил висеть на стене, и сунув под мышку саперную лопатку, я закрыл гараж и вернулся к мужикам. Еще через пол часа, когда уже начало темнеть, я засобирался домой. Петрович проводил меня до выхода из ряда гаражей.

— Через несколько дней загляни.

— Думаешь что-то узнаешь?

— Не знаю, но я попробую, раз обещал.

Мы пожали друг другу руки. После разговора со стариком стало немного спокойнее. Ничего не прояснилось, никакой новой информации я не узнал, просто ещё один человек подтвердил то, что я и сам видел: за два года история с исчезнувшим общаком практически умерла. Почти.

Но вот это «почти» мне всё равно не нравилось. Поэтому расслабляться я не собирался. Тем более что теперь у меня появилась куда более важная задача — незаметно вывезти бидон со всем содержимым на свой новый участок раньше, чем кто-нибудь случайно найдёт его вместо меня.

Домой я вернулся уже поздно вечером. После разговора с Петровичем на душе стало немного спокойнее, хотя расслабляться я всё равно не собирался. Слишком хорошо помнил, чем обычно заканчивается самоуверенность. Особенно когда речь идёт о больших деньгах и людях, которые ради них готовы убивать.

За ужином я предупредил бабушку, что утром собираюсь на рыбалку и выйду ещё затемно. Она только покачала головой, услышав про подъём в четыре утра, но спорить не стала. Всю жизнь она прожила с заядлым рыбаком, и знала, что эта мужская болезнь не лечиться. Тут проще не возражать и поддерживать, чтобы жить спокойно, ведь рыбака всё равно будет тянуть на реку, несмотря на скандалы с родственниками. Даже еще больше, если ему мозги будут сношать. На реке спокойно, не то что дома… Так что бабушка не возражала, она наоборот, достала из шкафа старую дедову одежду, которую тот когда-то надевал на рыбалку и в лес за грибами.

— Всё равно без дела лежит, — сказала она. — А тебе подойдёт.

Подошло действительно неплохо. Куртка была мне немного коротковата в рукавах, зато штаны сидели почти нормально. Со стороны я теперь выглядел не как недавно демобилизовавшийся солдат или модный фраер в импортном шмотье, а как обычный мужик, решивший провести выходной с удочкой на берегу водоема.

Лёг спать я рано, но заснул далеко не сразу. Мысли снова и снова возвращались к сегодняшнему дню. Вроде бы всё было продумано. Никто о находке не знает, место для тайника выбрано удачно, участок теперь официально принадлежит мне. И всё равно внутри сидело неприятное чувство, будто я оставил где-то без присмотра не деньги, а взведённую мину.

Подъём получился даже раньше намеченного времени. Проснулся я сам, без будильника. За окном ещё стояла глубокая предрассветная темнота, в квартире царила тишина. Быстро одевшись, я выпил кружку чая, которую налила мне тоже проснувшаяся бабушка, взял приготовленные ей бутерброды с маслом и плавленым сыром, варенные яйца, собрал приготовленные с вечера вещи и вышел из дома.

Кроме старой одежды, в мой маскарад входили та самая удочка и саперная лопатка для червей, что я взял из гаража, складной стульчик, и почти пустой старый дедов рюкзак. Со стороны всё выглядело совершенно естественно. Таких рыбаков в любом городе тысячи. Мужик едет на реку, чтобы встретить рассвет с поплавком в воде. Никто даже не посмотрит второй раз, если увидит.