Безликий (ЛП) - Юань Е - Страница 269

— Однако в подавляющем большинстве случаев мастера высших эшелонов не станут марать руки и бить в лоб. Руководствуясь собственными темными мотивами, они предпочтут использовать вас втемную.

— Вы обязаны сохранять маниакальную бдительность и не позволять дурить себе головы. Вот несколько классических, выведенных кровью сценариев.

Сидящий на задних рядах Леонард слушал старшего дьякона с легкой улыбкой, впитывая каждое слово с предельной, пугающей сосредоточенностью. Ведь мишенью его кровавой вендетты был именно Потусторонний высших эшелонов!

Крестей Сесима выдержал короткую, многозначительную паузу и продолжил:

— Сценарий первый. Некоторые Потусторонние высших эшелонов обожают рядиться в шкуры таинственных, скрытых сущностей. Суля золотые горы и щедрые дары, они будут хитростью вынуждать вас произносить их почетные имена и титулы.

— Сценарий второй. Иной раз мастера высших Последовательностей оказываются наглухо скованы печатями и брошены в заточение. В таких случаях они виртуозно притворяются безобидными диковинами, исполняющими заветные мечты, дабы вашими руками вырваться на волю. Взять хотя бы классические байки про волшебную лампу с джинном, дарующую три желания, или чудотворный колодец.

— И, наконец, сценарий третий. Существует высшая Последовательность, чье зелье носит говорящее имя «Паразит». Эти мерзавцы обожают заливать в уши сказки о том, что лишились собственной плоти и теперь обречены ютиться в вашем духовном теле. Они будут божиться, что всецело зависят от вас и не способны причинить ни малейшего вреда. А затем начнут щедро осыпать вас тайными знаниями, рецептами эликсиров и прочими благами, уверяя, что лишь жаждут сделать вас сильнее ради грядущего воскрешения или мести.

— Вот только суровая правда такова: любой Потусторонний, пустивший в себя такого паразита, неминуемо станет для него лишь безвольным сосудом и сочным куском мяса, чьи жизненные соки пойдут на поддержание существования этой твари.

Внимая этим словам, Леонард почувствовал, как улыбка медленно сползает с его лица.

Глава 365

Вампир со специфическими вкусами

Безмятежный храм под покровом ночи казался по-особенному прекрасным, безупречно гармонируя с парящей в вышине багровой луной, чье ледяное сияние безмолвно озаряло землю.

Леонард вошел в свою скромную одиночную комнату. Стянув обе красные перчатки, он небрежно швырнул их на деревянный стол.

С мрачным, окаменевшим лицом он опустился на стул перед украшенным узорами окном. Сидя спиной к улице, поэт-полицейский с головой погрузился в струящийся лунный свет.

Выдержав глухое молчание в добрый десяток секунд, он внезапно произнес — едва слышно, едва ли не скрежеща зубами:

— Так ты, оказывается, «Паразит»!

Его собственный голос слабым эхом отдавался в ушах, тая в себе с трудом подавляемую ярость, колоссальное напряжение, растерянность и первобытный страх.

В то же мгновение в его сознании раздался хрипловатый, слегка старческий голос:

— Можно сказать и так.

— Чего ты, черт возьми, добиваешься? Внедрился в мое тело, чтобы высасывать жизненные соки? Или же выжидаешь, пока я наращу мощь, дабы затем разом поглотить мою Потустороннюю характеристику, словно выращиваешь в моем лице живой эликсир? — Голос Леонарда упал до свистящего полушепота, однако слова вылетали стремительно, словно пули.

Старческий голос в его голове лишь тихонько рассмеялся:

— Я — твое благословение судьбы, твой уникальный шанс. Разве ты не верил в это всё время? Мнил себя исключительным, главным героем этой грандиозной эпохи…

На самом же деле твои показные надменность и высокомерие — лишь пыль в глаза. Ты ни на секунду не переставал подозревать меня. Хех, стоило мне преподать тебе метод «отыгрыша», как ты даже не попытался копнуть глубже. Ограничился самыми примитивными, поверхностными попытками, потратив уйму времени на то, чтобы с горем пополам переварить зелье. Да еще и намеренно скрывал свой прогресс, отчаянно затягивая поиски формулы «Кошмара».

И лишь когда судьба столкнула тебя с отпрыском «Истинного Творца», когда ты получил столь сокрушительный удар, только тогда ты соизволил шагнуть на седьмую Последовательность. Ты сожалел о своей медлительности так яростно, что едва не сорвался в галлюцинации.

Леонард, пораскинь-ка мозгами. Неужто ты всерьез полагаешь, что я не ведаю, как устроена Церковь Богини Вечной Ночи? Да когда я скрещивал с ними клинки, твоего хваленого Чаниса еще и на свете не было!

Неужто я не в курсе, что псы Богини прекрасно осведомлены о повадках «Паразитов»? Или, по-твоему, мне не хватило ума догадаться, что «Красные перчатки» обладают скрытыми тайнами, призванными отсекать любые попытки проникновения со стороны Потусторонних высших эшелонов?

Но разве я хоть пальцем пошевелил, чтобы отговорить тебя от вступления в их ряды?

Лицо Леонарда несколько раз конвульсивно дернулось. В конце концов он погрузился в глухое, звенящее молчание, так и не найдя что ответить.

Голос в его голове разразился очередным смешком:

— Чувствуешь ли ты себя старше своих лет? Сильно сомневаюсь. В запасе у меня имеется как минимум целый век, так что высасывать жизнь из своего носителя я совершенно не спешу.

Что же до твоей Потусторонней характеристики… Хмф, наши Пути даже не являются смежными и не подлежат взаимозамене. Проглотить ее для меня — всё равно что хлебнуть отборного яда. Я мигом сорвусь в полубезумие, а риск потери контроля взлетит до небес. По-твоему, я похож на самоубийцу?

Путь «Ночи» сплетается воедино с «Гигантом» и «Смертью». А вот моя стезя нацелена исключительно на «Ученика» и «Провидца».

Глядя на собственный силуэт, отбрасываемый багровым лунным светом, Леонард надолго погрузился в тяжелые раздумья, после чего задал новый вопрос:

— Чего же ты всё-таки добиваешься? Какова твоя истинная цель?

Старческий голос в голове горестно вздохнул:

— Разве я не поведал тебе об этом с самого начала?

Я понес чудовищный урон. Лишь укрывшись в теле носителя, я способен крупица за крупицей восстанавливать былую мощь. К тому же мне жизненно необходимо затаиться от одного поистине устрашающего врага… И Ночные Ястребы вкупе с Церковью Богини Вечной Ночи — просто идеальное убежище.

Запрокинув голову, Леонард пару секунд безмолвно сверлил взглядом потолок, а затем глухо выдавил:

— Тебя способны засечь архиепископы, старшие дьяконы или какие-нибудь запечатанные артефакты?

Старец отозвался с пугающей, расслабленной безмятежностью:

— Если бы «Паразита» было так легко вытащить на свет божий, тот самый старший дьякон Сесима сегодня не ограничился бы одними лишь словесными предупреждениями, а погнал бы вас всех на тотальную проверку.

Разумеется, присутствие «Паразита» всё же оставляет кое-какие следы, и в арсенале Церкви Богини имеются способы их вычислить. Вот только методы эти донельзя сложны и муторны, они влекут за собой определенные потери и таят нешуточный риск. Вполне вероятно, что подобное вмешательство затронет и саму Богиню. Так что до тех пор, пока ты не дослужишься до старшего дьякона, не войдешь в высший Синод Церкви и не получишь доступ к запечатанным артефактам нулевого класса, можешь спать спокойно.

Да и когда этот день настанет, я наверняка уже окончательно исцелюсь и отправлюсь в свой собственный путь.

Впитывая каждое слово с предельной, мрачной сосредоточенностью, Леонард выдержал паузу и произнес:

— Твой устрашающий враг… кто он?

Хриплый голос издал глухой смешок:

— Его точное имя мне неведомо, зато я прекрасно знаю фамилию…

— И какую же? — нетерпеливо допытывался полицейский.

Голос старца внезапно упал до леденящего шепота:

— Амон.

…………

Южный район Баклундского моста, дом сорок шесть по авеню Ривер-Бенд.

Безмятежно наслаждающиеся ужином хозяева особняка вдруг услышали заливистый перезвон дверного колокольчика.