Безликий (ЛП) - Юань Е - Страница 14

Крошечные частицы переливались холодным металлическим блеском, источая поистине непередаваемую, завораживающую красоту.

Размахнувшись, «Повешенный» Элджер швырнул эти гранулы прямо в бушующий ветер.

Ву-у-ух!

Шквальный ветер взвыл с новой, пугающей силой, однако утратил свою былую, режущую жестокость. Воздушные потоки причудливо окрасились в два цвета — серебристо-белый и беспросветно-черный.

Беспрестанно сталкиваясь и сливаясь воедино, эти разноцветные вихри ринулись прямо в пламя свечи, символизирующей Шута. Огонь мгновенно раздулся, с треском разрывая пространство и порождая иллюзорные врата человеческого роста, на поверхности которых был высечен тот самый таинственный символ, только что начертанный Элджером.

Тем временем Клейн, восседая в чертогах над серым туманом, воочию наблюдал, как за спинкой его почетного кресла проступают те самые призрачные, подернутые дымкой врата, что он уже видел прежде. Одновременно с этим он физически ощущал, как мощь чужой духовности накатывает волна за волной, тревожа и стимулируя это таинственное измерение.

«Кажется, может сработать…» — в голове Клейна вспыхнуло внезапное предчувствие. Не теряя ни мгновения, он высвободил собственную духовность, вплетая ее в этот резонирующий, вибрирующий поток.

Лязг!

Под этот глухой, отдающий нереальностью звук призрачные, подернутые дымкой врата медленно, со скрипом распахнулись!

В тот же миг Элджер, всё так же находясь в капитанской каюте, узрел, как иллюзорная арка, сотканная из вихрей и света, распахнула свои створки. За ними зияла бездонная, первобытная тьма, кишащая мириадами неописуемых, почти бесплотных теней. Там то и дело вспыхивали переливающиеся лучи кристально чистого света, таящие в себе колоссальные, непостижимые знания. А над всем этим хаосом клубилась густая серая мгла, в недрах которой возвышался монументальный древний храм, с презрительным величием взирающий на реальный мир.

Созерцая подобную картину, Элджер не смог совладать с собственным телом — его пробила крупная дрожь. В ней причудливо сплелись воедино первобытный, леденящий душу страх и необъяснимый, бьющий через край восторг.

Торопливо подхватив загодя приготовленный гипофиз семицветного ящеровидного дракона, моряк благоговейно опустил голову. Сжимая этот кусок плоти обеими руками, он бережно поднес его к иллюзорным вратам. Эта мягкая, покрытая бороздами и размером едва ли с ладонь железа безостановочно переливалась всеми мыслимыми цветами.

Внезапно из-за створок вырвалась мощная втягивающая сила, которая исчезла так же стремительно, как и появилась. Руки Элджера мгновенно лишились груза, а кожа перестала ощущать то легкое, колющее покалывание, что исходило от гипофиза семицветного ящеровидного дракона.

Он так и стоял, не смея поднять голову, пока до его слуха не донесся раскатистый, низкий баритон Шута:

— Весьма недурно.

— Для меня это великая честь, — без малейших колебаний отозвался Элджер.

Наконец осмелившись взглянуть вперед, он обнаружил, что призрачные врата бесследно исчезли. Ревущие вихри стихли, а пламя свечи вернуло себе привычный, ровный вид.

Действуя строго по алгоритму, «Повешенный» Элджер загасил свечи и завершил ритуал. Опустившись на стул, он со сложным, трудночитаемым выражением лица беззвучно пробормотал себе под нос:

«На первых порах Он мог лишь затаскивать наши духовные тела в чертоги над серым туманом… Спустя какое-то время — научился улавливать мольбы и посылать ответы… А теперь Ему под силу принимать подношения и совершать дарования… Неужто господин Шут и впрямь шаг за шагом сбрасывает с себя незримые оковы, дюйм за дюймом просачиваясь обратно в реальный мир?»

Эти смелые догадки и пугающие выводы породили в душе Элджера дикую смесь из первобытного страха и тревоги, к которым почему-то примешивалась толика радостного предвкушения.

«Как ни крути, а я — полноправный член Клуба Таро, причем стоявший у самых его истоков…» — с тяжелым, протяжным вздохом успокоил он сам себя.

…………

В монументальных чертогах над серым туманом Клейн задумчиво вертел в руках гипофиз семицветного ящеровидного дракона. На его лице причудливо играли отблески света, непрерывно сменяя друг друга во всем многообразии оттенков.

Кожу ладони слегка покалывало. Грудь юноши распирало от пьянящего, бьющего через край чувства триумфа, и на его губах наконец-то заиграла искренняя, ничем не прикрытая улыбка.

— Отныне Клуб Таро обретет воистину непостижимую, «чудотворную» мощь… — с чувством пробормотал он. Высвободив духовность, Клейн послал мысленный импульс прямо в сердцевину той самой темно-красной звезды, что символизировала мисс «Справедливость».

Тем временем Одри, благополучно вернувшись в свою спальню, не могла найти себе места. То присаживалась на край кровати, рассеянно перелистывая лежащую на подушке книгу, то принималась блуждающим, расфокусированным взглядом изучать собственное отражение в зеркале.

В ее душе боролись два жгучих чувства: она сгорала от предвкушения успеха ритуала жертвоприношения «Повешенного» и до смерти боялась, что затея обернется крахом.

«Великий император Рассел как-то изрек: сталкиваясь с судьбоносными решениями, надлежит сохранять абсолютный покой… Давай же, Одри, сделай пару глубоких вдохов… А может, пойти поиграть с собакой? Хотя нет, Сьюзи теперь умеет говорить и размышлять, она — мыслящее существо с чувством собственного достоинства, просто так ее не потискаешь…» — мысли девушки неслись вскачь, путаясь и блуждая, пока ее руки на автомате теребили искусно сшитую, разодетую в шелка мягкую игрушку.

Одному богу известно, сколько минуло времени, как вдруг прямо перед ее глазами из пустоты вынырнула густая, клубящаяся серая мгла, в самых недрах которой возвышалось величественное кресло.

Восседающий на нем «Шут» с легкой улыбкой произнес:

— Мисс Справедливость, эксперимент увенчался успехом. Вы уже подготовили материалы, наделенные духовностью?

«Просто потрясающе! Как и ожидалось от господина Шута!» — Одри мигом выкинула из головы все мысли о «Повешенном» и, титаническим усилием воли обуздав рвущийся наружу восторг, ответила:

— Да, подобные ингредиенты всегда находятся у меня под рукой.

И это было сущей правдой: даже до вступления в Клуб Таро у нее не было отбоя от подобных вещиц. Вот только в те беззаботные времена девушка понятия не имела, какие именно материалы таят в себе искру духовности, и просто горстями таскала из семейной сокровищницы всё подряд, слепо следуя рецептам благовоний и эфирных масел.

Клейн благосклонно, едва заметно кивнул:

— И когда же вы намерены провести ритуал?

— Главное условие — убедитесь, что поблизости нет ни единого Потустороннего.

«А Потусторонняя собака в этот список входит?..» — Одри с затаенным чувством вины покосилась на наглухо запертую дверь спальни и ответила:

— Я готова приступить прямо сейчас.

Клейн издал утвердительный звук:

— Алгоритм таинства ни на йоту не отличается от того, что я описывал ранее. Единственное — вам придется слегка изменить слова молитвы:

— Ваш преданный слуга молит о Вашем взоре;

— Молит распахнуть врата Вашего царства;

— Молит даровать ему силу.

— И еще одно: используйте бинарный метод ритуала.

Одри мысленно прокрутила наставления в голове и, титаническим усилием воли подавив порыв закивать словно болванчик, приступила к подготовке таинства.

Когда иллюзорные створки распахнулись настежь, явив взору картину, куда более фантастическую и чарующую, чем само звездное небо, девушка почувствовала, как ее тело и разум буквально пьянеют от восторга.

«Вот он, тот самый таинственный мир, который я так отчаянно искала! Вот оно, то самое чувство, о котором я так долго грезила!» — от всего сердца вознесла она хвалу господину Шуту.

«К Богине я испытываю веру, а вот к господину Шуту — истинное благоговение и трепет…» — мысленно, не без доли смущения, оправдалась Одри сама перед собой.