Темный Лорд Устал. Книга IX (СИ) - Сказ Алексей - Страница 29

Губы Александра тронула жесткая полуулыбка.

Воронов искренне думает, что уже победил. Унизил Императора своими снисходительными вопросами и показательным презрением. Что ж, пусть думает. Пока этот самонадеянный выскочка беззаботно жарит мясо в своих горах, Александр выжжет всю гниль из своей Империи калёным железом. А когда кровавая чистка закончится, и ключевые посты займут лояльные Трону, голодные до работы люди… вот тогда они поговорят с Эдемом снова.

И этот разговор будет вестись совершенно на других тонах.

Он сидел на древнем троне, растворяясь в глубокой темноте кабинета. Написанные маслом портреты предков едва виднелись в тусклом свете тактического терминала. Отец, дед, прадед. Все они до ужаса боялись всесильных кланов и послушно играли по их правилам, довольствуясь крохами власти.

Александр закрыл глаза, чувствуя, как внутри разливается пьянящее спокойствие.

Впервые за всю свою жизнь он чувствовал себя настоящим, полновластным Императором.

И ему было абсолютно плевать на то, что огромный дворец за его спиной стоял тёмным, холодным и пугающе тихим, как склеп. Склеп, в котором он остался совершенно один…

Глава 15

Орлов

Завершив сеанс связи с Императором, Орлов на негнущихся ногах вернулся к горячим источникам. Он совершенно не помнил, как миновал каменные террасы и снова опустился в парящую чашу — тело действовало на чистых рефлексах, пока оглушённый разум тщетно пытался переварить масштаб развернувшейся катастрофы. Планшет с погасшим экраном так и остался лежать на столе рядом с нетронутыми тарелками.

Горячая вода мягко обнимала тело, пар поднимался к вечернему небу, а сквозь верхушки сосен умиротворяюще мерцали звёзды. Эта идеальная, идиллическая картина совершенно не вязалась с тем хаосом, который творился в голове премьер-министра. Ещё минуту назад на экране он видел искажённое унижением и гневом лицо Александра, чей мир только что стёрли в порошок. А Орлов сам, своими руками, отключил его, словно захлопнув дверь перед носом собственного монарха, желая лишь одного: побыстрее закончить эту изощренную пытку.

Что теперь будет? Александр молод, горяч и до одури склонен к резким решениям, которые в моменте кажутся ему гениальными. Он точно не станет сидеть сложа руки после такого показательного позора. Мальчик обязательно сделает что-нибудь отчаянное, о чём потом горько пожалеет… если, конечно, доживёт до этого «потом».

А он, премьер-министр Империи и правая рука Трона, сидит по шею в горячей луже посреди вражеской территории, будучи не в силах изменить ровным счётом ничего.

Шаги и кряхтение за спиной вырвали старика из мрачного оцепенения. По мокрым камням, бережно прижимая к груди водонепроницаемый планшет, спускался Степан Васильевич. Вполголоса распекая каких-то невидимых строителей за сорванные сроки, мэр Воронцовска с блаженным вздохом плюхнулся в воду, пристроил свой гаджет на плоском валуне и принялся яростно тыкать в экран толстым пальцем.

— Виктор Петрович, — мэр поднял голову, окинув гостя сочувствующим взглядом. — Вы как-то совсем побледнели. Может, коньяку принести? У Анатолия припрятан отличный, двадцатилетней выдержки.

— Благодарю, не стоит, — Орлов покачал головой, хотя крепкий алкоголь сейчас пришёлся бы как нельзя кстати.

— Как хотите, — вздохнул Степан Васильевич, возвращаясь к экрану. — Чёртовы строители, третий раз срывают сроки по жилому кварталу. Карбон-полимерных панелей им, видите ли, не хватает! А беженцы прибывают каждый день тысячами, их же расселять куда-то надо, не в палатках же людей держать.

Слушая эти до боли знакомые чиновничьи жалобы, Орлов почувствовал странный укол ностальгии. Тот же усталый тон и злость на логистику, вечные проблемы с поставками и нехваткой материалов. Он сам распекал подчинённых точно такими же словами на бесконечных совещаниях в Столице.

— Централизованные поставки? — спросил Орлов чисто машинально, включаясь в привычную аппаратную игру.

— Какое там! — Степан Васильевич в сердцах махнул рукой, едва не уронив планшет в воду. — Заводы работают на пределе возможностей, транспортники банально не успевают за темпами строительства. Мы три новых района за полторы недели поднимаем, у меня толковых людей не хватает даже на базовую координацию.

— Попробуйте параллельные цепочки, — Орлов с удивлением отметил, насколько спокойно и по-деловому звучит его собственный голос. — Разбейте поставки на несколько независимых потоков, каждый со своим персональным ответственным. Это радикально снизит нагрузку на центральный распределительный узел и уберёт «узкие места».

Степан Васильевич оторвался от отчётов и посмотрел на столичного гостя с неподдельным интересом, будто только что увидел его в новом свете.

— А ведь это дельная мысль, Виктор Петрович. У нас же три производства панелей раскиданы по разным секторам Эдема. Если каждое начнёт работать напрямую со своим строящимся кварталом, минуя центральный склад…

— Именно. Меньше бюрократических согласований, короче плечо доставки, кратно быстрее оборот.

Широко улыбнувшись, бойкий мэр провинциального городка принялся быстро набивать сообщение в планшете, возбуждённо бормоча себе под нос цифры и номенклатуры.

Наблюдая за ним, Орлов с горькой иронией осознал: впервые за этот безумный день он говорит с человеком, который его по-настоящему понимает. Ведь тот, как и он сам явно был тем еще прожженным бюрократом, всю жизнь тащивший на своих плечах неповоротливые государственные системы.

Отложив планшет на сухой камень, Степан Васильевич посмотрел на Орлова уже без протокольной вежливости, а с искренним профессиональным уважением.

— А ведь вы светлая голова, Виктор Петрович. Я ваши экономические реформы пятнадцатилетней давности читал лично. Умные были бумаги, смелые. Жаль только, что Совет Кланов вам их на корню зарубил ради сохранения своих монополий.

Орлов горько, привычно вздохнул.

— Система-с, Степан Васильевич. Слишком много интересантов, слишком длинные и жадные цепочки согласований.

— А у нас тут системы пока нет, — мэр Эдема с наслаждением потянулся в воде, разминая затекшие плечи. — Точнее, мы её сами прямо сейчас конструируем. С абсолютно чистого листа. Без Долгоруких, без откатов и без оглядки на то, чей племянник должен выиграть жирный тендер. Знаете, Виктор Петрович, как это окрыляет? Когда ты подписываешь проект завода, и через месяц он уже выдает первую готовую продукцию, а не тонет в трехлетних арбитражных судах за кусок земли.

Орлов промолчал, почувствовав острый, почти болезненный укол профессиональной зависти. То, о чём говорил этот полноватый мэр, было хрустальной мечтой любого истинного государственника — строить страну без чугунных бюрократических гирь на ногах.

— Оставайтесь, а? — вдруг совершенно серьёзно предложил Степан Васильевич. — Я с господином Вороновым переговорю. Наш Хозяин предельно прагматичный человек, ему глубоко плевать на прошлые регалии и флаги. Нам управленцы с вашим колоссальным опытом сейчас нужны позарез. Эдем растёт быстрее, чем мы успеваем чертить генпланы. Дадим вам целый департамент, кабинет с панорамным видом на горы. Вспомните молодость, Виктор Петрович! Вспомните то время, когда хотелось реально строить будущее, а не перекладывать пыльные бумажки, угождая капризным аристократам.

Орлов опешил. Прямая вербовка? Вот так просто, сидя в горячем источнике? Инстинктивно выпрямив спину, он попытался включить защиту своего статуса.

— Степан Васильевич… я действующий премьер-министр Империи. Я приносил присягу. У меня есть нерушимые обязательства перед монархом и…

Мэр Эдема лишь грустно усмехнулся.

— Вы сейчас серьезно, Виктор Петрович? Присягу кому? Истеричному мальчишке, который сегодня утром прислал вас на убой с унизительным, оторванным от реальности предложением? Или государству, которого уже, считай, нет на политической карте? Вы же умный мужик и сами прекрасно видите: у нас тут фундамент заливается из сверхпрочного бетона, а у вас там всё держится на гнилых, трухлявых досках. Но нет, я ни в коем случае не давлю. Просто знайте: у нас санатории отличные строятся, воздух горный и лечебный. Приезжайте хотя бы в гости, нервы после Столицы подлечите.