Корпорация Охотники I. Бес - Грохт Александр - Страница 4

— Не пялься, — не разжимая губ, обронил Диего. — Завтрак — это не еда. Это смотрины. Сейчас весь блок решает, кто ты такой. Ешь спокойно, будто тебе плевать. Им такое нравится меньше всего.

Бес ел спокойно. Ему и правда было почти плевать.

Когда подносы опустели, Диего закурил, прикрывая огонёк ладонью, и кивнул в дальний угол.

— Видишь худого? С петлёй наколотой на шее?

— Туге.

— Зовут Рей. Должен мне два куска. Висит должок уже третью неделю, а как припёрло — паренёк подсуетился и откупился, лёг под бритых. Теперь он вроде как под их крышей, и руками я его не достану — лезть в драку из-за такой мелочи глупо, окса того не стоит. — Диего повернулся к Бесу, прищурился. — А вот ты — человек новый. Тебя они ещё не считают за нашего. Подойди, да напомни парню, что долги имеют свойство возвращаться. Без крови. Просто поговори.

— И мне с этого что? — спросил Бес. Он не отказывался. Он торговался. — Задаром, hermano, только дураки работают.

— Половина, — без раздумий сказал Диего. — Честно делю.

— Половина так половина.

Бес поднялся неспешно, будто шёл просто размять ноги. По дороге он, не глядя в упор, прочитал расстановку: при Рее двое бритых, оба заняты — давят друг другу руки на спор, гогочут, и в его сторону пока не смотрит никто. Хорошо. Чем позже заметят, тем меньше слов.

Заметили, когда он был уже в трёх шагах. Один из бритых толкнул Рея в плечо, тот обернулся и вопросительно уставился на Беса.

— Чего надо, новенький?

— Диего привет передаёт, — ровно сказал Бес. — Говорит, пора отдавать бабки.

Рей сплюнул на пол, прямо Бесу под ноги.

— Передай своему Диего, пусть идёт к чёрту. Никому я не должен. А кому был должен — тому прощаю. — Он осклабился, чувствуя за спиной поддержку. — А ты, árabe, греби отсюда, пока цел.

Двое бритых поднялись, обозначая стену. Один сунул руку в карман — там у него лежало что-то: то ли заточка, то ли кастет, по движению не разобрать.

Бес вздохнул. Внутри что-то устало шевельнулось — не страх, а скука. Почему они всегда выбирают трудную дорогу?

Он двинулся — и в этом движении не было ни замаха, ни предупреждения. Локоть влетел в челюсть первому бритому; того отбросило назад, металлически звякнула об пол заточенная стальная ложка. Стопа — в колено второго; сухой хруст, короткий вой, и громила сложился, обхватив ногу. Рей рванулся прочь, но было поздно. Бес поймал его за шею сзади, длинные сильные пальцы слайдера легли точно на сонную артерию, и под ними тихо щёлкнули позвонки. Он впечатал Рея лицом в стену и держал на отлёте, продолжая давить.

— Cinco segundos, — выдохнул он Рею в ухо. — Пять. Либо отдаёшь, либо я тебе пересчитаю рёбра. Рука у меня свободная, удар сильный. Реконструкция печени обойдется тебе точно дороже двух "косых". Выбирай, pendejo.

— Ладно! Ладно! — прохрипел Рей; лицо его наливалось синевой. — Отпусти! Заплачу!

Бес разжал хватку. Рей переломился пополам, хватая воздух, потом дрожащими руками выудил из кармана несколько кредитных меток и сунул их Бесу.

— Два куска. Бери и проваливай.

Бес ссыпал метки в ладонь, развернулся и пошёл обратно — не оглядываясь, спокойно, будто отлучался за солью.

На галереях наблюдали. Не вмешивались. Пока никого не убили — для охраны это была обычная утренняя возня, привычный шум двора. А вот когда от стола бритых дёрнулись было ещё двое, сверху коротко рявкнули — и тех осадило на месте, как собак на цепи. Бес отметил и это: значит, наверху кто-то решает, кому сегодня бить, а кому терпеть. Полезно знать.

Рей проводил его злым взглядом. Бес ответил самой добродушной из своих улыбок — и от этой улыбки Рею, кажется, стало совсем нехорошо.

Диего встретил его, расплывшись.

— Быстро. Чисто. — Он принял протянутые метки, отсчитал ровно половину и вернул Бесу. — Твоя доля, hermano. Вот видишь, как тут устроено. Пока ты не убиваешь - охране плевать. Оксавласть. У кого она — тот и человек.

Бес сунул свою часть в нагрудный карман. Кусок кредитов. Там, наверху, под настоящим небом, это были бы не деньги, а смех. Но здесь, где личные счета заморожены и недоступны, такая горсть стоила немало. На неё брали курево, спирт, дурь — если знаешь нужных людей. Или копили — на то, что в этих стенах ценится дороже любой дури.

На информацию.

— Ещё подзаработать хочешь? — Диего прищурился, и золото блеснуло в углу рта.

— Смотря какая паша, — отозвался Бес. — Что делать-то?

— Ничего хитрого. — Диего понизил голос, хотя рядом никого не было. — Есть тут один вертухай, Смитти. Молодой, жадный, graciasбогу за таких. Раз в неделю таскает мне с воли всякое. Сегодня как раз его день. Надо забрать посылку на складе. Курьер мой обычный отлёживается в лазарете, а мне нужен человек, которому я могу доверить. Заодно засветишься как мой. Дело пустое — там всё схвачено, кого надо подмазали, камеры в нужную минуту ослепнут. Ты только дойди да возьми.

Бес кивнул.

— Хорошо. После обеда. Скажешь охраннику, что идёшь на уборку. Смитти будет ждать тебя там.

После обеда Бес подошёл к охраннику у входа в служебный коридор:

— На уборку в складское помещение. Приказ старшины Диего.

Охранник, молодой парень с прыщавым лицом, скучающе кивнул и пропустил его. Коридор был пуст и тихо. Только гул вентиляции и далёкие голоса из камер. Складское помещение находилось в конце коридора, за металлической дверью с табличкой "Персонал".

Бес вошёл. Помещение было заставлено стеллажами с коробками — запасы еды, одежды, моющих средств. В дальнем углу стоял Смитти — молодой охранник лет двадцати пяти, нервно переминающийся с ноги на ногу.

— Ты от Диего? — спросил он, увидев Беса.

— Да.

— Вот, быстро бери. — Смитти протянул ему свёрток, завёрнутый в тряпку. — Передай Диего, что со следующей недели ценник вырастет на десять процентов. И скажи, что в следующий раз за срочность буду брать сверху, ясно?

Бес взял свёрток, кивнул и направился к выходу.

И тут дверь распахнулась.

В помещение ворвались трое. Впереди — Руст, лидер арийцев, высокий и жилистый, с лицом, на котором ненависть была написана как татуировка. За ним — двое его людей, оба крепкие, с заточками в руках.

— Ты сломал ногу Бену, и изуродовал Илая — громко и звучно сказал Руст, останавливаясь в нескольких шагах. — Это мои люди, и их нельзя трогать. А еще ты ограбил Рея, который заплатил мне за защиту. За это тебя тоже нужно проучить. Два косяка в один день, недочеловек. По–моему, перебор.

Смитти, увидев заточки, побелел и рванул к боковой двери, споткнувшись по пути. У него не возникло даже тени мысли о том, что он бросил человека в беде. Впрочем, крыса она и есть крыса, другие редко идут в вертухаи.

Бес бросил свёрток на ближайший стеллаж, с хрустом размял пальцы, и встал, широко расставив ноги.

— Трое на одного, — спокойно сказал он. — А вы смелые, парни.

Руст усмехнулся:

— Мы не ищем справедливости, араб. Мы ищем возмездия. Здесь не работают камеры, так что никто не помешает. А твой сверточек будет компенсацией от Диего, чтобы в следующий раз этот червяк думал, с кем водить дружбу.

– Правда? Камеры не работают? – деланно удивился Бес. – Что ж…тем хуже для вас.

Арицы атаковали одновременно, явно не раз практиковались. Два быка с заточками разошлись вправо и влево, Руст по центру, с голыми руками — он явно рассчитывал на то, что его люди отвлекут Беса. Похоже, парень считал себя мастером рукопашной схватки.

Бес качнулся влево, заставив отпрянуть противника, стоявшего там. Ухватив с края стеллажа коробку с моющим средством, он метнул ее в лицо правому арийцу. Тот инстинктивно поднял руки, защищаясь, и в тот же миг Бес достал его, практически размазавшись в глазах всей тройки от скорости — удар ногой в пах, тут же второй удар коленом в лицо. Ариец упал, заточка перекочевал из его руки к Бесу, и тут же воткнулась хозяину за ухо. Тот лишь дернулся, захрипев, и обмяк.