Рысюхин, правильный ящик - 20 бутылок! (СИ) - "Котус" - Страница 29

Я же пребывал в прострации. Из первых восьми все четыре были сделаны хорошо, только на одном смазка в узле крепления двуноги выглядела подозрительно густой и слишком тёмной, то во второй партии уже наблюдалось явное нарушение –упрочнение в казённой части оказалось в полтора раза хуже, чем положено. В третьей партии упрочнение съехало ещё больше, вместо него на ствол сзади надели ещё одну стальную трубу с толщиной стенки в сантиметр, в нижней части вместо штатного казенника вкрутили просто сплошную пробку, без ударника и без отверстий для тяг и проводов вспомогательных механизмов, на дульном срезе отсутствовала наружная резьба для установки механизма предотвращения двойного заряжания, а вместо транспортного колпачка, кто должен на эту резьбу накручиваться, защищая заодно и её — в ствол вбит деревянный чопик. Хорошо так вбит, у одного ствола даже геометрию чуть-чуть повело.

Те, что остались на стеллажах, были точно такими, это я проверил, просто прикоснувшись рукой к торцевым частям. И вот, пока я думал, куда звонить: Прокречетову, в Корпус или сразу в СИБ, сзади раздался голос с каким-то странным акцентом:

— Любуетэсь?

— Можно и так сказать. Скорее — пребываю в изумлении.

— Тогда, может быть, сразу подпишете документы? — тот же голос с тем же акцентом.

— Какие ещё документы⁈ — я обернулся, чтобы увидеть странную особь: молодой мужчина, с набелённым лицом, немецкими усиками щёточкой, в британских клетчатых штанах и такой же кепке, почему-то с галльским помпоном на макушке.

— На усовершенствование и упрощение конструкции, а также упрощение технологического процесса изготовления этих вот кожухов! — с апломбом заявило это нечто со всё тем же акцентом, таким же странным, как его одежда: не прибалтийский, не немецкий, не английский…

— Кто здесь главный? — решил пока игнорировать странное явление.

— Я! — вперёд вышел вполне типичный приказчик в столь же типичной тройке. — Управляющий заводом, Ма…

— Господин пока ещё управляющий, потрудитесь ответить на несколько вопросов. От ваших ответов зависит, пойдёте вы отсюда к себе домой или в камеру. Во-первых, что вот это за явление и является ли данный субъект подданным Империи?

— Конечно! Это наш инженер завода, Лопатин Сергей Иванович.

— Тогда откуда акцент⁈ Ладно, это мелочь. Сергей Иванович, я не вижу у вас академического знака. Какое учебное заведение заканчивали?

— Политехнические курсы в Мюнхене! — безо всякого акцента (!) ответил носитель гибридной англо-галльской кепки.

— Трёхдневные, видимо?

— Трёхмесячные! Я…

— Неважно. Кто все эти люди? — За спиной управляющего толпилось человек восемь-десять. — Отставить! Не так.

Я глубоко вздохнул.

— Начнём сначала. Я –гвардии инженер-полковник, граф Рысюхин, Юрий Викентьевич. Флигель-адъютант Его Императорского Величества, отвечающий за развитие артиллерийского дела и производство перспективных артиллерийских систем. Здесь нахожусь с инспекцией по личному повелению Его Императорского Величества, вот документы, подтверждающие мои полномочия.

Бумаги я отдал управляющему ещё во время представления, и сейчас он их не то изучал, не то просто пытался собраться с мыслями.

— Прошу остаться здесь управляющего, инженера завода, начальника охраны и представителя ГАУ или того, кто его заменяет. Всех остальных, кроме заведующего складом, прошу очистить помещение.

Я подождал три-четыре секунды, и, не увидев энтузиазма в движении на выход, надавил:

— Мне лично всех лишних отсюда вывести? Или ускорить процесс?

В итоге на складе остался, кроме уже знакомых лиц, только один человек, крепкий мужчина лет сорока-сорока пяти на вид, если смотреть по тому, как стареют «нулёвки». На мой вопросительный взгляд он ответил:

— Поручик запаса Почкин, Игорь Иванович. Начальник охраны.

— А от ГАУ представителя нет?

— Порфирий Никодимович болеют. Подагра-с.

— И давно?

— Уж две недели с лишком.

— Ясно, кот из дома — мыши в пляс. Итак, Игорь Иванович, слушайте задачу. Господина пока ещё управляющего и вроде как инженера — под домашний арест. Все документы, касающиеся производства миномётных стволов калибра сто миллиметров: конструкторские, технологические, бухгалтерские — упаковать в коробки, опечатать, сложить в охраняемом помещении. Восемь годных стволов из старой партии, — я указал рукой, что я имею в виду, — оставить на складе, они годные. Остальные — брак. Одна партия, на первый взгляд, может быть доработана и исправлена, со второй возни намного больше. Брак вынести в отдельное закрывающееся помещение, запереть, опечатать, приставить охрану. Исполняйте.

— Есть!

— Н-но я же хотел, как лучше!

— Это не в вашей компетенции! В любом случае, даже будь вы настоящим инженером! Задача инженера завода — организовать производство и обеспечить соответствие выпускаемых изделий требованиям. Всё! Особенно если понятия не имеете, что это и для чего предназначено!

— Н-н-но я…

— Следователю расскажете.

Я отошёл в сторонку, набрал Семёна Аркадьевича и кратко рассказал ему ситуацию.

— Не знаю точно, вызывать следователя из Корпуса или из СИБ. И где их искать? Из всей столичной СИБ у меня только телефон князя Медведева, но, думаю, это будет перебор.

— Это уж точно! Можете задержаться на заводе? Я поручу найти номер ближайшего отделения Службы и вызову к Вам следственную группу.

— Разумеется, я подожду.

Время до прибытия следователя я провёл всё там же, на складе, изучая более подробно все сорок восемь стволов и изо всех сил сдерживая себя от того, чтобы поправить найденные огрехи. Наконец, дверь открылась и вошёл чиновник в мундире СИБ с двумя сопровождающими в штатском и начальником охраны.

— Добрый день. Господин Рысюхин?

— Так точно. С кем имею честь?

— Следователь СИБ Кочетков Аркадий. Что тут у вас?

Я ещё раз рассказал, что происходит и о своих распоряжениях.

— В целом — разумно. И что требуется от меня?

— Найти ответ на несколько вопросов. Самое главное: это клинический идиотизм или всё же диверсия. Ну, и детали: как лицо без профильного образования стало инженером казённого завода, как и почему именно этот завод получил заказ на изготовление деталей к новому оружию, может ли завод в принципе выполнить заказ и, заодно, исправить брак — ну, и прочее, что всплывёт по ходу расследования.

— Достаточно разумно и не представляется слишком сложным. Доклад?

— По подчинённости. Мне доведут, в части касающейся, сам же не планирую вмешиваться в расследование.

В этот момент следователь в чине, равном поручику, заметно расслабился.

— Уж поверьте, у меня своей работы хватит. Да, для наглядности. Вот эти восемь стволов сделаны хорошо. Не отлично, я сам сделал бы лучше, но это ожидаемо: я автор конструкции и маг металла уже почти пятого уровня. Однако — соответствуют всем требованиям и с гарантией выдержат назначенный ресурс в десять тысяч выстрелов. Эти двадцать — хуже, магическое упрочнение казённой части выполнено формально, «чтоб отцепились». В таком виде использовать можно, но больше шести тысяч выстрелов я бы из них делать не рискнул. Можно сравнительно легко исправить, даже не слишком сильный маг Металла или Тверди сможет «растянуть» упрочнение вглубь материала.

Я дождался кивка от следователя.

— Но их можно использовать как эрзац военного времени, например, или для продажи не слишком нужным туземцам. Ну, а в этих двадцати, помимо отсутствия упрочнения и некачественной термообработки, внесены существенные изменения в конструкцию, которые вообще не позволяют использовать изделия по назначению. Это стопроцентный брак, и я даже не уверен, что проще — исправить это, или же распылить на компоненты и сделать всё заново.

— А если всё же отправить их на сборку орудий?

— Получим муляж. Причём один важный узел вообще не встанет, нет резьбы. Кстати, вот ещё один вариант, помимо отправки в утиль: изготовить муляжи для установки на ложных позициях, чтобы вражеской артиллерии было чем безвредно поразвлечься.