"Фантастика 2026-123". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Принц Джулия - Страница 256

— Хм, я понял, — запустив пятерню в уложенную прическу, аспирант разлохматил затылок и воодушевленно закивал. — Я сделаю таблицу!

Он показал на листок, где Образцова показывала способы подачи информации. Там же были нарисованы пули, автоматы, танки, платья с костюмами, машины, сумки-тележки, кассовые аппараты, телефоны, зубные нити и ирригаторы, игрушки, пробки для бутылок, подгузники и прочее, что пришло ей в голову во время расспросов.

Совушкин хватался за любое новое слово и впивался как клещ, проясняя непонятное и только ещё больше застревая в мире незнакомых предметов. А Образцова ещё рассказала об улучшении свойств известных материалов при помощи вулканизации, электролиза и электроэрозии. В этой сфере она путалась, но направление для исследований задала.

Чуть более подробно рассказала о безотходной обработке нефти. Аспирант был в шоке, что в этом процессе ничего не идёт на выброс, и особенно его поразило, что из нефти в её мире научились делать ткань. Образцова заикнулась, что нефть идёт и на изготовление продуктов — и чуть не потеряла доверие своих слушателей!

— Да, пожалуй, таблица будет наиболее показательна, — одобрил Головин. — Особенно если вы расположите в порядке возрастания требуемых материалов, которые у нас ещё не изобретены. Начинайте с простого и двигайтесь к сложному, но обязательному для нас.

— Немедленно приступлю к работе! — отозвался Игнат, сообразив, что держит в своих руках финансовое благополучие отдела и, соответственно, своё.

Аспирант начал собирать исчерканные записями листы, мысленно уже решая поставленные задачи. Он одобрял, что советник не собирается полагаться на милость покровителя и имперских чиновников. И невольно подумал о том, что в академии могли бы поступать точно так же, а не ходить с протянутой рукой.

Студенты постоянно что-то изобретали и бежали хвастать в научное сообщество, а оно грабило их! Однако, возмущаться было не принято и даже чревато осуждением. Но никого ничему это не научило. Каждый новый изобретатель был уверен, что с ним этого не случится и мотыльком летел к мнимому признанию, чтобы опалить свою душу чужой расчётливостью и беспринципностью.

Игнат даже замер, осознав, что только в научных кругах многоголосо воспевают мировую общественность, наделяя её высокими моральными качествами, а остальные просто работают, подсчитывают доходы и убытки, планируют развитие своей идеи и защищаются от конкурентов.

Аспирант даже посмотрел в окно, ища взглядом родную академию, где столько сил уходит в пустословную говорильню. А люди дела находятся вне её!

Ольга услышала, что ее гости начали собираться, вышла, чтобы проводить. Увидев, что молодой ученый чем-то расстроен, она ободряюще похлопала его по плечу:

— Вы отдохните, прежде чем продолжать разбирать бумаги, — посоветовала она ему.

— У нас мало времени, — хмуря брови, возразил ей аспирант. — Господину статскому советнику нужны результаты, а я только первое звено в его цепочке.

— Да? Ну, конечно же, — не особо понимая, что имеет в виду Совушкин, Ольга всё-таки одобрительно кивнула.

— Надолго не прощаюсь, — твёрдо произнёс Игнат и убежал, прижимая к груди папку.

— Всеволод Аристархович! — обратилась Ольга.

Она заметила, что советник не подходит к вешалке, где висит его пальто и поэтому предложила:

— А мы с вами поужинаем, да? Демьян сегодня колдовал на кухне и обещал чем-то удивить.

— Может, в ресторан? — с тревогой поглядывая в сторону кухни, тихо предложил Головин.

— С удовольствием бы, но не сегодня, — со вздохом отказала она. — Ваш протеже выжал из меня все соки! Не помню, когда мне приходилось столько говорить.

— Но вы рассказали много полезного!

— О, да! — усмехнулась Ольга. — Особенно про электрические звонки и коды на дверях парадной. Мне не могло прийти в голову, что это может стать одним из первых доходных проектов.

— Трудно будет найти мастера, но я постараюсь. Главное, что это реализуемо без особых затрат.

— Всеволод Аристархович, пусть мастер сделает звонок и продумает подключение, а потом научит молодых ребят. Там нет ничего сложного и им не трудно будет бегать по электрифицированным домам и квартирам, подключая их. А вот мастеру такая работа не по чину. Нам впоследствии понадобиться скорее организатор, чем электромонтер. И на приличные доходы я не рассчитываю. Всё-таки электричество у вас ещё мало распространено.

— Зря не рассчитываете! В столице многие захотят поставить на двери электрические звонки и закрыть парадные на кодовый пароль. Это может стать модным, особенно, где один консьерж на весь дом. К тому же мы можем охватить современные дома в других городах.

Ольга тепло улыбнулась и, махнув ладошкой, произнесла:

— Дай-то бог! А то нам останется совершенствовать дужки для очков или патентовать так называемый английский замочек на сережках.

— Я не заметил, чтобы вы молились своему богу, но часто упоминаете его.

— А-а, это по наследству! Мама без конца упоминала боженьку, вот и я невольно повторяю. Нехорошо это — поминать всуе, но…

Оба повернулись в сторону вошедшего в гостиную унтера. Он в руках держал поднос, на котором были выложены свернутые в рулончик лепёшки.

— Вот! — торжественно объявил он. — Еда для благородных людей — шаверма! Всё сделал, Ольга Дмитриевна, как вы рассказывали.

— Ох, да это царская еда! — засмеялась Оля. — Налетайте, Всеволод Аристархович! — не дожидаясь его, она схватила завернутое в лепёшку мясо и впилась зубами. — М-м-м, — с блаженством замычала и поспешила вновь укусить, а потом потребовалось слизать потёкший соус и сразу же поправить лепёшку, подобрать выпавший кусочек мяса и вновь укусить.

Головин с Васильчиковым замерли, впервые увидев, с каким аппетитом может есть женщина, одновременно сглотнули и приступили к еде — советник за столом в гостиной, а унтер ушёл на кухню и там зверски расправился с «царской едой». И только когда облизывал пальцы, то с усмешкой подумал, что барыня распалила советника, и сейчас он тоже звучно втягивает соус.

— Уф, — сыто отвалившись, Оля потянулась к стоявшему на отдельном столике чайнику. — Вкусно, но теперь пить хочется. Я думала вам кофейку сварить, но предлагаю чай.

— Согласен, — вытирая пальцы салфеткой, Головин отодвинул тарелку и с предвкушением смотрел, как Ольга разливает чай по чашкам.

— Нам бы поллитровые кружки сюда, а не эти, — она приподняла мелкую чашечку, недовольно смотря на неё.

Губы советника дрогнули в улыбке.

— Я подарю вам стаканы, — пообещал он.

— У вас их уже изобрели? Надо же, а я не видела. Скажите, а подстаканники у вас есть?

— Деревянные подставки под стакан, чтобы не портили стол?

— Нет, такой… — Ольга замялась, не зная, как описать подстаканник. Она поднялась, взяла лист и нарисовала: — Вот, смотрите. Эта часть обхватывает низ стакана, а это удобная ручка, чтобы не обжечься. У нас делали из мельхиора и нержавейки.

— Нержавейки?

— Ох, Всеволод Аристархович, только не уподобляйтесь вашему Совушкину! Он сегодня из меня всю душу вынул, прополоскал и запихал обратно с угрозой вернуться и всё повторить. И меня аж трясёт, когда я слышу его слова «безмен уже изобрели», «спичками пользуются несколько десятилетий», «самовары уже вышли из моды».

— Я предупрежу его, чтобы он больше так вас не мучал.

— Ай, да пусть спрашивает, — смилостивилась Оля. — Я же понимаю, что это польза для всех нас! Сама я сижу и ничего путного не могу выудить у себя из головы, а он вон сколько всего выцепил.

Чай в чашках немного остыл, и Ольга с гостем принялись за него.

— Всеволод Аристархович, а вы часто в храм ходите?

Прежде чем ответить, он надолго задумался.

— Кажется, на день летнего солнцестояния… и кажется, что два года назад …

— Ого! А я думала, что у вас с этим строго.

— Строго, но моё положение достаточно высоко, чтобы на меня косились из-за отсутствия рвения.

— Хм, — коротко прокомментировала Ольга.