"Фантастика 2026-123". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Принц Джулия - Страница 178

Она смотрела на него своими огромными изумрудными глазами и Верлицкий понял, что потерял нить разговора. Точно околдованный, он протянул руку. Но не ту, с флаконом, чтобы отдать ей, а другую, свободную, которая сама по себе тянулась к белоснежной коже её лица.

– А веснушки? Они были ненастоящие? – невпопад спросил он.

Ведьма долго молчала. Он уже решил, что она начнёт насмехаться над ним по своему обыкновению, но она снова удивила его:

– Настоящие.

– Почему ты их убрала? – спросил, а непослушная рука уже сама провела по нежной женской щеке.

Ведьма не отпрянула, но высокомерно, будто копируя его самого несколько мгновений назад, подняла изящную бровь:

– Вы уверены, что вас именно это интересует?

– Да, – с готовностью ответил Верлицкий.

Ему казалось, что сейчас живёт и действует за него кто-то другой. Но при этом он чувствовал себя удивительно свободно и раскованно.

Не убирая руку, он запустил её в рыжие локоны и придвинул ведьму к себе.

– Тогда, можно я тебя снова арестую? Навсегда? – фактически прошептал он этот бред ей прямо в губы. Он почти ощущал её малиновый аромат на своих губах.

– Нет.

Ведьма отстранилась. Сама забрала флакон со святой водой из его бессильно повисшей руки, и взмахнув огненной гривой, вышла за дверь.

Что это было? Какое-то специальное ведьмино колдовство? Или это он полный дурак и совершенно растаял от взгляда прекрасных глаз?

Что бы это ни было, он получил отказ. Отказ от ведьмы.

Глава 18. Зелье для истинной пары

Я выскочила из лаборатории Верлицкого так, будто три сотни подземных демонов бежали за мной! Казалось, сердце сейчас выскочит из груди и пустится в пляс!

«Я отказала инквизитору! Я отказала Тёмному инквизитору!» – эта мысль сама по себе стучала молотом у меня в голове.

– Мяу! Молодец, Каролина! Горжусь тобой! – вокруг моих ног Чер вился чёрной блестящей шубкой.

– Да я сама собой горжусь, – пробормотала я. – Наверное…

Ощущение некой свободы от унижений прошлого разливалось по моему телу. С одной стороны, отказать мужчине – невесть какое большое достижение. Но для меня, отказать Верлицкому, было значимо. Как он смотрел на меня! Это невозможно сыграть! Всё же не зря я сюда приехала и тут осталась. У меня вышло поставить точку в наших странных отношениях, которые и отношениями-то сложно назвать. Так, стремление переиграть друг друга, замешанное на страстном желании.

Я расправила плечи и гордо пошла по коридору. Радость «победы» слегка портила нотка сожаления.

Святую воду я добавила в зелье, готовить не долго, но перед варкой его нужно было долго настаивать, чтобы все компоненты пришли в согласие друг с другом. Желательно ещё и варить при свете полной луны (заморочки для оборотней), но так как времени у нас столько не было (рождение новой луны только началось), то я обошлась словом заветным. Благо, всё в природе можно обмануть. И заставить розы цвести зимой и подснежники летом. Главное: создать условия подходящие, а физически или магически, уже не так важно.

Знала я одного цветовода (не мага, прошу заметить), который потрясающие живые картины создавал у себя в теплице из южных растений на крайнем севере. Или наоборот, мага пчеловода, у которого пчёлки нектар со снежных вершин собирали. Мёд выходил восхитительный, только жаль, летом таял.

Вот и я создала свет полной луны посреди белого дня, исключительно для зелья волшебного.

Но настаивать его три дня и три ночи всё же пришлось. Не всех эффектов можно добиться с помощью магии или обмана.

Все эти дни мы с Верлицким тщательно избегали друг друга. Как-то у нас получалось ходить по коридорам академии не пересекаясь, будто бы кто-то на нас заклятие наложил.

Увы, так не получалось с матерью юного Ферфакса, герцогиней Алиной. Она подстерегала меня и в столовой, и у кабинета ректора, и даже возле моей собственной комнаты. Откуда я не стала съезжать даже после изменения образа, а оставила вредного ректора разбираться с работниками и преподавательским составом академии. Студентов, кстати, вообще никто предупреждать не стал. Пропала и пропала рыженькая новенькая. Мало ли в семье у неё дела какие! А то, что появилась взрослая красивая ведьма, с её пропажей никто не соотнёс. Приписали, наверное, тому, что вызвали специалиста для заболевшего Ферфакса.

Я иногда позволяла себе позабавиться. Проходя мимо Николаса Айндервуда, что неприлично отвесил челюсть при виде по-настоящему прекрасной женщины (меня, то есть), сделала ему подножку волшебную. Внезапно поскользнувшись и упав на ровном месте, он вызвал смех у всех присутствующих «преданных» ему студентов. А нечего на ведьм за бесплатно пялиться.

С герцогиней же Ферфакс вышла у меня история поинтереснее.

Дама эта, подкараулив меня перед кабинетом ректора, начала обвинениями и оскорблениями кидаться.

Я, спокойно выслушав все её инсинуации, открыла дверь и предложила зайти:

– Раз вам так хочется со мной разбираться, давайте сделаем это при свидетелях. Пусть они рассудят. Зовите вашего мужа.

Та прошла, гордо подняв голову, и заняла единственное свободное кресло для посетителей.

Генрих Арундел был не сильно рад нас видеть, но и ему пришлось смириться. Сам ведьму пригласил, сам пусть и расплачивается за последствия.

Мы дождались сиятельного супруга и отца и приступили к разбирательствам.

– Что вы имеете против нашего приглашённого специалиста, леди Алина? – спросил ректор, водрузив на свой короткий толстый нос очки (он снова был в образе румяного толстячка-старичка).

– Эта ведьма, – последнее слово герцогиня прямо-таки выплюнула нам на ковёр (как кошка невоспитанная, честное слово) – околдовала моего сына! А вы ей ещё и дозволяете ходить тут по академии, как честному человеку! Это немыслимо!

– Леди Алина, – спокойно, устало и в сотый раз ответил ей ректор, – инквизиция провела самостоятельное, прошу заметить, расследование и постановила, что уважаемая – теперь ректор отдельно выделил это слово, – ведьма не имеет никакого отношения к плачевному состоянию вашего отпрыска. И это помимо меня! Мага, прошу заметить высшей квалификации! Вы же, леди Алина, академии не оканчивали?

– Нет. Но я окончила школу для леди! – высокомерно ответила эта… леди, прости меня тёмные боги.

– Так с чего вы решили, что в вашей компетенции обвинять уважаемую госпожу Каролину в том, чего не было?

– Но мой сын…

– Ваш сын наполовину оборотень! И спрос тут с вас и ваших предков! А не с постороннего человека! – уже не выдержал Арундел.

– Джейсон! Твою жену позорят, причём из-за какой-то ничтожной простой ведьмы! Меня! Леди благородного рода!

Да уж, плохо, что девочек-аристократок в принудительном порядке учиться в нормальные заведения не отправляют. Вот такие… леди и получаются. Хотя, судя по всему, она и в своей школе плохо училась. Результат, так сказать, налицо.

Герцог попытался обуздать кричащую герцогиню, но куда там! Тёмному магу трудно справиться со светлой магианой, которая не умеет управлять ни своей магией, ни нервами.

Всплеск магической энергии из герцогини мог бы разрушить кабинет и неплохо так поджечь её собственного мужа. Если бы не «простая ведьма». Я шепнула слово заветное и герцогиня застыла с открытым ртом. А выплеск её сил развеял уже ректор.

– Приношу свои извинения, – проговорил ошеломлённый герцог Ферфакс, – я не думал… что нервы Алины расшатались до такой степени.

А что он думал? Видимо, ничего: подкаблучник, он подкаблучник и есть. Все решения жена принимает в таких семьях. Что среди простого люда, что у знати.

Ректор сурово посмотрел на обоих супругов:

– Вот письмо с рекомендациями от министра темномагических искусств Максимилиана Тара, – начал перечислять Арундел, выкладывая на стол официальные бумаги, – вот приказ его величества императора Альтеры, а вот письмо от Тёмной Владычицы вам, лорд Ферфакс.