Ты не заслуживаешь любви (СИ) - Катаева Татьяна Анатольевна - Страница 59

— Здравствуйте, — говорю я первая, когда гости входят в дом, — добро пожаловать.

Мама Дани обнимает меня, потом сына, и сразу же отправляется на поиски внуков. Конечно же, ведь это первая встреча вживую с дедом. Даниил Владимирович несмело входит внутрь. С виду он такой крепкий и грозный. Но я вижу по его глазам, что...

— Спасибо тебе, — первое, что он говорит мне, когда замирает напротив. — За внуков спасибо. И ещё я хочу попросить прощения у тебя...

— Не стоит, — перебиваю я его. Он на секунду аж теряется. Наверное, подумал, что я не смогу его простить. Но это не так. Давно простила. Я так рада, что кровной мести удалось избежать. — Я не держу на вас зла. Что было, то было. Давайте просто наслаждаться настоящим.

— Спасибо, дочка, — неожиданно говорит он, и теперь моя очередь застывать от неожиданности. — Жаль, что я не сумел раньше разглядеть в тебе этот стержень. Ты же прирождённая Ахматова, — с улыбкой тянет. А я тянусь и обнимаю его. Вот так просто.

— Де-д-а-а, — летит навстречу Рамиль, и Валерий Владимирович приседает, чтобы поймать его. Я украдкой вытираю слёзы и смотрю на Даню, который держит на руках Рузану. Она смотрит тоже на деда, но, в отличие от Рамиля, бежать к нему не собирается. Любовь этой принцессы ещё заслужить надо.

— Привет, Рузана, — подходит к ней Валерий Владимирович и тянет руки, чтобы она шла к нему. Но что делает дочь — горделиво отворачивается и обнимает Даню. — А хочешь, я куплю тебе настоящего пони?

Дочь сразу поворачивает лицо к деду. Пони — её слабость. Она их обожает. А дед знает, чем подманить самую неподступную Ахматову. Валерий Владимирович берёт Рузану на руки и уносит на улицу, где уже стоит живой пони. С розовыми бантами и шарами. Ой, мамочки. Я сойду с ума.

— Без паники, любимая. Всё хорошо, — обнимает Даня меня из-за спины.

— Ты уверен? Я что-то не очень.

— Уверен. Ты главное верь мне.

— Всегда.

— Знаешь, — тянется он к моему уху, чтобы совсем тихо и очень интимно прошептать: — Я тут подумал, может, нам ещё третьего завести?

— Что? — резко к нему поворачиваюсь. — Даже не смей думать об этом. Я с двумя не справлюсь.

— Ты наговариваешь на себя, — улыбается он. И я понимаю, что он не шутит, вполне серьёзно это предлагает.

— Послушай меня, Даниил Ахматов, если хотя бы один твой сперматозоид попадёт в мою матку, я лишу тебя секса до восемнадцатилетия малышни. Я не шучу. Клянусь тебе.

— Чёрт, ты такая сексуальная, когда злишься. Хочу тебя, — уже мне прямо в губы шепчет.

— Даня, ты с ума сошёл. У нас полный дом гостей. Двое именинников, за которыми нужен глаз да глаз. А ты...

— Вот полный дом гостей пусть и смотрят за именинниками. А я хочу свою жену. Прямо сейчас. Мы быстро вернёмся, никто и не заметит.

И пока никто не видит, он подхватывает меня на руки и несёт на второй этаж. Тихо нашёптывая слова любви. И это тихо — громче любых серенад. Потому что такие мужчины, как Даниил Ахматов, любят тихо, но так, что даже на секунду не сомневаешься в его любви.

И в этот момент я понимаю, что всё, через что мы прошли, вся боль, страх, потери — всё это было дорогой к этому дню. К этому дому. К этим людям, которые рядом. К этому мужчине, который рядом со мной и в горе, и в радости, и в самых горячих и сильных объятиях.

И самое главное — к нашей любви, которая всё-таки победила.