Арт 1 (СИ) - Калбазов (Калбанов) Константин Георгиевич - Страница 40

Определившись с квартирой, подняли в неё все вещи. И Фросин плетёный короб в том числе. Его она сразу препроводила в кладовку, располагавшуюся между умывальной комнатой и кухней. Такие вот реалии, мне одному три просторные комнаты, ей конура, пусть и достаточно просторная, чтобы не сворачиваться калачиком.

Впрочем, это только до той поры, пока матушка не уедет. После я определю её во вторую спальню. Как-то плевать на статус и тому подобную дребедень, не будет у меня человек в конуре ютиться, коль скоро есть возможность жить нормально. И всеми остальными услугами будет пользоваться на общих со мной основаниях.

Это я про клозет, если что. А то, ведь это господский трон, и дворне там делать нечего, для них во дворе имеется объект типа сортир. К слову, наши окна как раз во двор и выходят. С видом на улицу обойдётся на пять рублей дороже. Оно бы и чёрт с ним, но с деньгами у меня сейчас туго.

На обустройство ушёл весь оставшийся день. Фросе пришлось малость помудрить приноравливаясь к чугунной варочной плите. Так-то в поместье тоже не в русской печи готовят, но функционал и характер у этого чуда литья и инженерной мысли отличается, а потому сходу не разберёшься.

Между прочим, ни разу не ирония. Я был в шоке когда увидел такую, в смысле покруче конечно, плиту на кухне в усадьбе и осознал всю продуманность конструкции и виртуозность исполнения. А блюда в них получаются такие, что никаким напичканным электроникой из моего мира и не снилось.

Вселение в квартиру началось с генеральной уборки, в которую включилась и матушка. Досталось и лакею, кучер своевременно свалил в закат, в смысле кинулся обслуживать нашу карету. Даже меня припахали, наплевав на все мои планы и пожелания.

Спал я на новом месте как убитый, без сновидений, но, как ни странно, проснулся полностью отдохнувшим и готовым к великим свершениям. К каковым тут же и приступил. Не успев толком позавтракать, тупо сбежал из дома, сославшись на занятость. И, между прочим, ни разу не соврал. Мне, если что, пора зарабатывать на жизнь в большом городе. Я ещё по родному миру не привык считать копейки, не собирался делать это и в этом.

Ну и конечно же, прихватил карету с кучером, чему тот только обрадовался, ибо подозревал, что уж сегодня-то его точно припашут в продолжающейся генеральной уборке. Вообще-то, если бы пробежался на своих двоих, то получилось бы не в пример быстрее. Но бегать оно как-то несолидно. Так-то, в гимназистской форме и не особо зазорно, но кто же станет всерьёз говорить с таким клиентом, да ещё и запыхавшимся. Поэтому я отправился на охоту при полном параде.

Первым делом заглянул в книжную лавку, в которой заодно торгуют и канцтоварами. За время каникул я извёл практически все карандаши, а потому не помешает восполнить запасы. Ну и заодно озаботиться рекламой, для чего прихватил с собой рамку с изображением дворовой под стеклом.

— Простите, а вы не откажетесь мне поспособствовать в одном необременительном деле, к обоюдной выгоде? — спросил я владельца лавки, уже закупившись бумагой и карандашами.

— Смотря какая просьба и о какой выгоде речь, сударь, — ответил благообразный старик.

— Я хотел попросить вас повесить вот этот рисунок на видном месте. Вам немного красивого и светлого, а мне, если кого-то это заинтересует, заказчика написание на портрета.

— Хм. Мне ещё не доводилось видеть светопись такого исключительного качества. Она прямо как живая, а эти капли воды в полёте… Как такое вообще возможно? Каким аппаратом снимали? Полагаю английским? Или французы сумели сподобиться?

— Вот точно такими же карандашами нарисовал собственными руками, — ответил я.

— Это рисунок?

— Я ведь так и сказал.

— Не может быть. Я ничего подобного никогда не видел.

— И тем не менее.

— И сколько вы желаете за такую работу?

— Сто рублей. Без торга, скидок и уговоров.

— Однако! — не сумел он сдержать своего удивления.

— Но вы ведь сами сказали, что ничего подобного никогда не видели. И уверяю вас, не только вы.

— Я не знаю… — начал было старик.

— Просто повесьте над полкой с карандашами, мол, вот что могут сотворить с их помощью умелые руки, — перебил его я.

Между прочим, ход вполне себе проверенный. Никто из помещиков так и не сподобился заказать у меня портрет. Дорого. Зато сразу три купца попались на крючок именно в книжной лавке. Так что, старания окупились сторицей.

Впрочем, основная ставка у меня на Настю. Я нарисовал ещё один её портрет, в лучах утреннего солнца. Получилось очень удачно. Настолько, что она отказывалась брать его с собой в гимназию, для демонстрации ученицам. Пришлось пообещать ей, что в случае порчи рисунка, я обязуюсь нарисовать точно такой же или другой, на выбор.

— Прошу прощения милостивый государь, а у вас есть ещё такие рисунки? — спросил лавочник.

— Ещё два. Я хотел навестить другие книжные лавки со схожими предложениями.

— Если вы принесёте их мне на продажу, то я могу гарантировать, что реализую их по десять рублей.

— Благодарю, но давайте сделаем иначе. За каждый заказ, пришедший через вас, вы получите пять рублей премии.

— Хм. Мне нравится ваш подход. Договорились.

Не сказать, что лавочник загорелся идеей, но предложение ему явно пришлось по душе, и при случае, он непременно укажет покупателям на такую диковинку. Он протянул мне руку и я, не чинясь, скрепил сделку рукопожатием. Что так же понравилось старику.

Покинув лавку, мы направились к следующей, где я намеревался действовать по той же схеме. В конце концов, канцтовары лишними не будут, и поначалу, пока я не заработаю хоть какой-то капиталец, расходоваться будут быстро. Вот когда в моём распоряжении окажется солидная сумма, тогда можно будет начать перебирать заказы.

Глава 19

От клозета до стволов

— Только учти, размеры должны быть именно такие какие я тебе дал, не больше, не меньше и не так сойдёт, — глядя в глаза плотнику уже не в первый раз произнёс я.

— Говорил уж, барич, я всё услышал, к чему повторять-то? — недовольно буркнул мужик.

— К тому, что привыкли вы всё делать на глазок. Вон твои оконные рамы, они вроде одинаковые. Так? — ткнул я в угол мастерской, где у стены стояло несколько новеньких изделий.

— А разве ж не видно, что одинаковые? — фыркнул плотник.

— Давай разберём рамы, перемешаем все детали, а после как бог на душу положит соберём опять.

— К чему это глупость такую делать? — удивился он.

— А что, разве не получится?

— Получится, но подгонять надо будет. А что-то и вовсе не встанет. Мороки, чтобы разобрать что откуда много выйдет.

— Вот и я об этом. Ты собираешь только корпус из дерева. В слесарной мастерской делают механизм разбрасывания. Меднику я заказал короб и флягу. Всё это должно уместиться в твой ящик и потом работать как надо. И что получится, если всяк из вас станет делать как ему видится? — и сам же ответил на этот вопрос. — А ничего не получится. Одна сплошная морока. Потому и говорю, коли в размеры не попадёшь, я тебе за работу и полушки* не заплачу.

*Полушка — ¼ копейки

— Да-а-а, барич, ох и задачки ты ставишь.

— Но и плачу честную цену, — надавил я.

— Надбавить бы.

— За что?

— Так ить требуешь эвон чего?

— Я только хочу чтобы ты сделал всё как должно? А без доплаты, стало быть ты халтуришь? Я думал, что пришёл к мастеру. Или полагаешь кроме тебя иных плотников нет? Так ты только первый, и далеко не последний. А халтуру я и сам, вот этими руками выдать могу.

— Ох барич и привереда же ты.

— Берёшься или нет.

— Ты ить ещё и по городу понесёшь, что Фадей, мол, криворукий?

— А какой мне с того прибыток? Не хочешь, так я к другому пойду, мне без разницы кому серебро ссыпать, главное, чтобы дело сладили.

— Хорошо, барич. Сделаю всё ладно. Не сомневайся.