Вечные Пески. Том 7 (СИ) - Сухов Лео - Страница 32

Поля тянулись до самого горизонта. Ровные, разделённые полосами деревьев, с аккуратными грядками и оросительными канавами. Кое-где ещё стояли снопы, не убранные до конца, но большинство полей уже опустело. Урожай сняли до нас и, похоже, увезли с собой.

Поселения встречались часто. Деревни и сёла, каждое на полсотни-сотню дворов. Дома здесь строили из сырцового кирпича. Стены были толстыми, желтовато-серыми, с плоскими крышами. Над крышами возвышались плетёные из прутьев навесы, крытые соломой. Такая конструкция давала тень в жару, при этом укрывая от дождей. Двери везде были распахнуты, окна темнели пустыми проёмами.

Последний факт оказывал гнетущее впечатление. Я заглянул в один из домов, когда мы остановились на короткий привал. Внутри было пусто, однако не разорено. Мебель — грубые столы и лавки — стояла на местах.

На полке у очага осталась пустая глиняная миска, заботливо прикрытая тряпицей. Хозяева ушли организованно, забрав только самое ценное и нужное. Следов грабежей видно не было, и это обнадёживало. Впрочем, рассказу купца про бандитов я тоже верил. Не бывает так, чтобы вокруг бардак и безвластие, и обошлось без разбоя.

Дважды за первый день нам встречались караваны беженцев. Первый — несколько телег, запряжённых гнурами и гружённых домашним скарбом. Крестьяне, заметив наше приближение, съехали на обочину, но останавливаться не стали. Просто молча пропустили мимо.

Второй — целая колонна, растянувшаяся на полсихана. Люди шли пешком, неся узлы на плечах, и вели за собой скотину. Завидев наше войско, они сперва явно испугались, но, быстро осознав, что мы не разбойники, успокоились. Я приказал не мешать им, но и не задерживаться. Беженцев мы обгоняли, не вступая в разговоры — если сами вдруг не попросят помощи.

Попадались и воинские отряды. Сперва нас обогнала группа всадников на переханах: человек двадцать, в лёгких доспехах. Они проехали мимо, обменявшись со мной взглядами и короткими приветствиями. Затем — пеший отряд, сотня копейщиков с потрёпанными щитами. Эти брели медленно, устало, и вид у них был такой, будто недавно вышли из боя. Оказалось, примерно так оно и есть. Командир, с перевязанной рукой, сообщил, что они отступают от Царского Сбора, того самого, который держал границу с Приозёрьем.

К вечеру третьего дня мы встали лагерем на лугу у реки. Неподалёку горели костры: там расположился местный воинский отряд в сотню человек. Я подошёл к ним, когда солнце уже село, и разыскал командира. Им оказался немолодой регой с седыми висками и усталым, но цепким взглядом. Он сидел у костра, вытянув длинные ноги в пыльных сапогах, и что-то пил из жестяной кружки.

Я назвал своё имя. Регой представился Ивраном из Эпара. Спросил, кто мы и откуда. Я коротко объяснил: наёмники, идём с севера, воевали на западе и в Приозёрье, теперь ищем своих, готовы встать в строй. Ивран выслушал, хмыкнул и поделился новостями. Царский Сбор, прикрывавший границу, скорее всего, уже оставлен войсками. Демоны вот-вот хлынут на юг, и орду решено встретить на линии трёх крепостей: Варии, Замостье и Темерите. Все три города хорошо защищены и какое-то время продержатся, пока беженцы будут переправляться через реку.

— Там, — он махнул рукой куда-то в темноту, — собирают всех. Ополчение, наёмников, гарнизоны из мелких фортов. Какое-то время продержимся… А потом, наверно, отступим к Туармиту и Эпару.

— Понял, — сказал я и пошёл обратно к своему лагерю.

Война ещё не докатилась до Междуречья, но стояла на пороге. И если я хотел найти своих и понять, что делать дальше, мне нужно было попасть в Ферунд. А пока был смысл двигаться в сторону Варии. До неё ещё пару дней пути. Так что стоило набраться сил. А на ночь попросить Ферта подержать защиту.

Я проснулся, когда дозорные подняли тревогу. Стоило выйти из шатра, как уши уловили звуки битвы, доносившиеся со стороны лагеря Иврана. Там, где горели его костры, метались тени и слышался звон оружия. Схватившись за амулет ночного зрения, я выждал положенное время, чтобы видеть в темноте.

Накрытый куполом из чёрного песка, наш лагерь был невидим для демонов. А вот солдатам Иврана повезло меньше. На их лагерь демоны хлынули всей массой, жадно сжимая кольцо. Я насчитал несколько сотен песчаных людей и около ста Кровавых Перстов. Впрочем, я мог и ошибаться, даже с ночным зрением видимость была так себе.

Солдаты Иврана, уняв волну паники, встали кругом. Прижавшись спинами друг к другу, выставив копья и щиты. Они держались — пока. Но Кровавые Персты уже продавливали строй. А песчаные люди просто брали массой и количеством.

— Илосцы, приозёрцы, в седло! — скомандовал я. — Готовность полчаши. Тадар, отправляй своих вперёд. Пусть обходят с двух сторон и метят в спины.

Мои люди действовали быстро, без суеты. Кочевники Тадара, вскочив на переханов, вылетели из-под купола и, разделившись на две группы, поспешили вперёд. Илосцы и приозёрцы, забравшись в сёдла, сбились в острый клин. Я подъехал на самое острие строя, предварительно взяв длинное копьё в обозе. А затем поднял его и махнул вперёд, одновременно поддав перехану в бока.

Свист воздуха в ушах, острый запах мужского пота. За полсотни шагов от первых демонов я вновь поднял копьё, целя во врага, и заставил перехана перейти в галоп. Вслед за мной разогнались и мои верные бойцы. Топот сотен копыт разорвал ночную тишину.

Первый удар смял ряды демонов, как забродивший фрукт. Копья вонзились в песчаные тела, а твари немедля рассыпались чёрным песком, освобождая древки. Мы прошли сквозь толпу врагов, как нож сквозь гнилую ткань, и вырвались с другой стороны. Я проскакал полсотни скачков и принялся разворачивать перехана, попутно оглядывая своих людей. Потерь не было. Даже копья уцелели почти у всех.

— Второй заход! — скомандовал я, и мы снова стали набирать разгон.

Демоны едва успели снова сбиться в плотную толпу, как мы опять взрезали их строй, оставляя за собой одни лишь кучи чёрного песка.

Те бойцы, кто потерял копьё в гуще боя, а таких было немного, отъезжали в сторону. А поодаль, между тем, кружили кочевники, останавливаясь лишь, чтобы выстрелить. Их стрелы били в спины демонов, заставляя тех разворачиваться в поисках нового врага. И это неплохо так снизило давление, которое твари оказывали на отряд Иврана.

После третьего захода я приказал спешиться. Илосцы и приозёрцы спрыгнули с переханов, встали в пеший строй и двинулись добивать выживших. Вернее, в случае демонов — уцелевших. Я работал топором, рассекая вражеские тела. Песчаные люди массово рассыпались под ударами. Даже Кровавые Персты падали один за другим. Мы набили руку на убийстве демонов. С этой задачей справлялись отлично. А тут ещё и кочевники присоединились. Наскакивали на отбившихся от стаи демонов с бодрым гиканьем и со своими кривыми мечами.

Когда последний из врагов рухнул чёрной кучей, я опустил топор и огляделся. Лагерь Иврана был разорён, но люди уцелели, на удивление, все до единого. Сотня солдат, измотанных и израненных, стояла среди чёрного песка и смотрела на нас с плохо скрытым изумлением. Сам Ивран, прихрамывая, подошёл ко мне. Его седые виски были мокры от пота, а на щеке алела неглубокая царапина.

— Уводи людей в наш лагерь, — сказал я, не дожидаясь благодарностей. — Там защита. Демоны больше не нападут. Нормально отоспитесь.

Он кивнул, глянув на меня как-то странно, и начал раздавать приказы. Мы вернулись под купол, где Ферт и Расис уже готовили места для раненых. Солдаты Иврана, ещё не отошедшие от боя, рассаживались у костров. Сам регой подошёл ко мне, когда я снимал доспех у шатра и протирал лицо от пыли.

— Ни разу не видел такой тактики, — признался он, глядя на меня с уважением и, в то же время, удивлением. — Вы били с переханов длинными копьями… И ведь сработало же!..

— Сработало, — согласился я. — Демоны пока не знают, как в таком случае бороться. Низшие, вроде песчаных людей и Кровавых Перстов, беззащитны против этой тактики.

Ивран покачал головой: