Пятнадцать (СИ) - Шопперт Андрей Готлибович - Страница 51

Дмитрий Иванович за прошедшие две недели похудел. Нет, правда, похудел. На человека пока не похож, но и на кабачок тоже уже поменьше смахивает. Килограмм пять — семь сбросил. И каждый день, встречаясь с Коськой на сеансе лечения груди, орёт на него и ругает, что плохо ему и жрать всё время хочется. И не наедается он морквой. Коська в это время от груди чуть смещает руки к животу, и князь успокаивается. Видимо анестезия, что пламя лекарское дает, и чувство голода притупляет.

— Пей больше простой воды, княже. Вода и кровь жиже сделает и чувство голода притупит. Уверен, скоро желудок… живот твой привыкнет к меньшим объё… ай, к меньшему количеству еды и успокоится.

Про стреломёт у Константина Ивановича мысля появилась. А что, если как в кино каком-то он видел, к стреле будет специальная граната приделана, не мешающая ей лететь не смещающая центр тяжести. Такой набалдашник керамический на конце, с кружку размером. И там порох и немного картечин. Или для уменьшения веса рубленных железных гвоздей или подков старых тоже порубленных на кусочки доложить, а не свинцовые шарики. Стрела, при возвышении арбалета в сорок пять градусов, метров за сто улетит, а то и за сто пятьдесят, и в гущу поганых, которые на таком расстоянии себя в безопасности считают. Нет, прямо апокалипсиса там не настанет, порох слабое взрывчатое вещество, но зато психологический эффект будет замечательный. Нужно будет только бикфордов шнур изобрести. Ну так не боги горшки обжигает, принцип понятен, справится.

Ещё можно попробовать чуть больший керамический сосуд к стреле приделывать. Около литра в объеме. И там внутри скипидар. Это не секретное вещество, его полно, и оно почти в отход идёт при производстве канифоли или дёгтя. Так для лекарских целей немного используют на мази разные. А скипидар просто замечательно горит. Вроде самодельный напалм наши делали, замешивая бензин с жидким мылом. Ну, если бензин заменить на скипидар, и так как скипидар уже с маслами, то чуть меньше жидкого мыла. И вот такой литровый сосуд с напалмом об голову ордынца разбивается. Это пламя не загасить. Будет татарин бегать или по земле крутиться факелом и орать. Тоже эффект неплохой. Уменьшит количество желающих к стенам подходить.

Жидкое мыло? Ну ничего сложного — льняное масло и зола. Или поташ. Почему именно мыло не очень понятно, если просто как загуститель, то можно и чего попроще придумать. Жир, наверное, тот же может загустить?

Рассказывать при такой толпе про эти новые свои придумки Коська Великому князю не стал. Они, в это время, огибая убитую корову, подошли к тому щиту, где человек был нарисован просто, никакой защиты, и там опять дыра была в районе живота, в которую кулак свободно проходил.

— Пятьдесят, говорришь? — Дмитрий Иванович подбородок, заросший чёрным волосом, пошкрябал, — пусть трридцать сперрва. Но только после того, как поррох изладишь. Когда начнёшь зем… — князь поморщился и понимая, что вопить из чего Коська порох собирается делать не стоит, сам же всё засекретил, а тут такая масса народу. — Когда зелье варрить станешь? — землю на зелье ловко поменял.

Эврика! Чуть не заорал вдруг Коська. Скипидар! Он вспомнил одну интересную фишку, прочитанную как-то в интернете. Японцы, отлучённые во время войны от нефти, как и немцы, нуждались в бензине. Гитлеровцы научились делать его из угля, а японцы из пней. Они получали из пней скипидар, а из него бензин. Сначала просто перегоняли скипидар и получали лёгкую фракцию. Затем легкая фракция, выкипающая до ста восьмидесяти пяти градусов, подвергалась каталитическому риформингу с добавкой кислой глины, при нагреве до трехсот пятидесяти градусов и при атмосферном давлении. Это давало бензин на основе ароматических углеводородов — двенадцать процентов от количества фракции. Мало? Так из нефти получали те же самые двенадцать — пятнадцать процентов. Да, там остальное не на выброс — это керосин и дизель или солярка, гудрон ещё для производства асфальта, но бензина именно выход сопоставим. А что там в остатке при производстве бензина из скипидара? Да, наверное, тот же дизель. Да и не важно. Коська вспомнил про воск, который получали из торфа. Вот уж где этого торфа больше всего в мире, так это в Москве. Можно весь мир завалить дешёвым воском. Не хватало бензина, чтобы его сначала из торфа добыть, растворяя. И бамс подсказочка выплыла. А для начала нужно и просто скипидаром проверить, его вроде как растворитель для красок используют.

Событие семьдесят четвёртое

Если бы китайцы не изобрели порох, их было бы ещё больше.

Порох их пороха Коська сделал. Два пороха сделал. Один с использованием серо-угольной спеси, оставшейся после вываривания селитры из подмоченного пороха. Получилось вполне сносно. Для пробы Касьян в присутствии князя испытал первую отлитую мастером Игнатом пищаль русскую. Литеец нашинский не стал тупо копировать немецкую, а сразу, как Коська его попросил, отлил на пять сантиметров приблизительно (на вершок) длиннее. Проверять на дальность полёта картечи парень не стал. Это надо несколько выстрелов из старой делать, да из новой. Нет пока лишнего пороха.

Дмитрий Иванович и без экспериментов впечатлился. Как же русский — московский мастер сделал бомбарду — пищаль лучше немецкой. Вона как! Шубу ему с царского плеча. Нет ещё сего обычая? Денег тоже не дают. Другое дал. Обнял Великий князь Московский Игната, что рядом с бледной рожей стоял, переживая, а ну, как разорвёт.

— Опасался и серребра ты мастер много запрросил, но теперррь вижу… вижу, что точно стоят того серебрра. Сегодня же начинай отливать трридцать пищалей. Вот таких ррусских, чего на недомеррки немецкие смотрреть.

Второй порох был с канифолью вместо серы. Про такую замену Константин Иванович от товарища одного узнал. Нет товарищ не был профессором и не работал в институте, где пороха изобретают. Он был пенсионер и никакого отношения к порохам не имел. Каменщиком был раньше, а теперь на пенсии. Вышел на заслуженный отдых и копался на даче, да книжки читал. Дача была по соседству с дачей Константина Ивановича. И вот как-то зашёл что-то разговор про пайку. Канифоль вспомнили, и тут Семён этот и рассказал, что книжку прочёл фантастическую и там попаданец делает порох из канифоли вместо серы.

На следующий день Константин Иванович в интернете покопался и оказалось, что и в самом деле существуют такие разработки наших учёных и будто бы этот дымный порох даже дымнее серного. Удивило тогда, а чего в таком случае не делают такой канифольный порох? Так и запомнилось. И даже то, что нужно десять процентов этой канифоли запомнилось.

Показал выстрел с этим порохом Коська только самому князю, как они и обговорили заранее. Выстрел, как выстрел, может запах только другой чуть, серой меньше пахнет. Нет этой кислости, горло дерущей.

— Смог, значится, хвалю. Теперрь, литвин, делай порроховое зелье из земли. Что прридумал, как незаметно землю в конюшнях сррезать? — точно, Дмитрий Иванович при обсуждении тет-а-тетном про порох и его производство поручил Коське подумать, а как к этому необычному действу внимание не привлечь. Никто и никогда не срезал верхний слой земли в конюшне и не варил его. Давать врагам подсказку, как порох дешевле делать без многолетних селитряных ям нельзя было. Князь даже хотел закрыть конюшню, затарить землю в бочку, а всех копателей убить опосля, порубить мечами.

Коська обещал подумать, как это проделать не прибегая к столь кардинальным методам. Обещать-то обещал, а вот придумать не смог. Нет, несколько вариантов было, но все такие притянутые за хвост, что могут вместо отвлечения, наоборот внимание привлечь к действу этому.

— Один только вариант… ай, один только способ остался, Ваша Светлость. Не понравится тебе он, Великий князь.

— Ладно уж, говорри. Мне судить, — князь рычать не стал. Коська из этого заключил, что и сам Дмитрий Иванович задумывался, как тайну уберечь. И тоже не до чего не додумался.