Восхождение Морна. Том 6 (СИ) - Орлов Сергей - Страница 55

— Феликс — ваш будущий зять, — напомнил Змей с лёгкой иронией.

— Феликс — глупый мальчишка! — Волков ударил кулаком по подлокотнику. — Брак с Феликсом даёт мне законное основание претендовать на земли Морнов, когда с остальными представителями рода будет покончено. Земли, титулы, торговые пути — всё перейдёт к Волковым через Алису. По закону!

Змей слушал его, подперев подбородок кулаком. Усмешка никуда не исчезала.

— Вы хотите уничтожить род Морнов и забрать их наследство через собственную дочь, — резюмировал он. — Амбициозно и очень… грязно. Пожалуй, даже по нашим меркам.

— Не тебе…

— Да-да, не мне судить, — закончил за него Змей. — Разумеется. Я просто наблюдаю. Это, знаете ли, моё любимое дело.

Волков хотел ответить — что-то резкое, ядовитое, достойное человека его положения — но не успел, так как в этот момент дверь открылась.

Не распахнулась, а именно плавно открылась. Тихо так, будто от сквозняка. Но в коридоре за ней не было ни одного окна, и сквозняков во дворце Волковых не водилось — архитектор позаботился об этом лично, получив за работу дополнительно шестьдесят золотых и подзатыльник за скрипучую ступеньку.

Фигура в плаще вошла в кабинет, и воздух мгновенно потяжелел.

Ни лица, ни силуэта — плащ скрывал всё: рост, сложение, пол, даже манеру двигаться. Капюшон свисал низко, и в его тени не было видно ничего — абсолютная чернота, словно под тканью не прятали лицо, а вырезали дыру в пространстве.

Господин Сумрак тут же поднялся.

Волков видел это впервые и на мгновение забыл обо всём. О дочери, о Морнах и даже о собственном страхе. Потому что Сумрак встал. Тот самый Сумрак, который последние полчаса смотрел на главу Великого Дома как на забавное насекомое, который усмехался и загибал свои когтистые пальцы, этот самый Сумрак поднялся из кресла, выпрямился, склонил голову и замер. И даже усмешка, эта вечная, приклеенная к змеиной морде усмешка, которую Волков за два года ни разу не видел сползающей с его лица, мгновенно исчезла.

«Вот тебе и настоящая сила,» — подумал тогда Волков. — «Какой толк с титулов и денег, если они никогда не заставят члена могущественной организации из-за Урала вот так приклонять голову».

— Как вы… — Волков привстал из кресла.

— Сядь.

Волков сел.

— И заткнись.

Волков заткнулся.

Голос из-под капюшона был изменён. Магией, артефактом, Волков не знал чем именно, да и не хотел знать. По этому голосу нельзя было определить ни пол, ни возраст, ни даже понять, человек ли вообще с ним разговаривает. Но одно Волков понимал отчётливо: когда этот голос говорит «сядь», ты садишься. Когда говорит «заткнись», ты затыкаешься. И не потому что боишься, хотя конечно боишься, причём до дрожи в коленях. А потому что просто физически не можешь сопротивляться этой ужасающей магической ауре.

Фигура прошла к окну, остановилась и посмотрела на ночную столицу. Шаги были абсолютно бесшумными, даже плащ не шуршал, хотя, по идее, должен был.

— Я знаю, что произошло в Сечи.

Господин Сумрак повернул голову, а в змеиных глазах мелькнуло что-то похожее на удивление. Что было в принципе не свойственно конкретно этому зверолюду.

— Это невозможно… — начал Змей осторожно. — Нападение должно было начаться пол часа назад. И наши каналы связи…

— Я уже знаю, что произошло.

Змей тут же закрыл рот и склонил голову.

Фигура повернулась от окна. Плащ колыхнулся, и на мгновение в прорези капюшона блеснуло чьё-то лицо. Или Волкову это только показалось…

На самом деле, в данный момент времени герцог был настолько перепуган, что не совсем адекватно оценивал происходящее.

— Но есть проблема, — сказал изменённый голос. — Император послал в Сечь Громобоя.

Повисла тишина. Волков не сразу сообразил, в чём дело, но Сумрак понял мгновенно. Если Император отправил главу Длани за информацией, значит химера успела передать сведения об их сети наверх. И значит убивать её уже поздно.

— Он был на приёме у коменданта, когда началось нападение, — добавил голос из-под капюшона.

Сумрак медленно выдохнул, воздух вышел сквозь зубы с тихим свистом.

— Тогда наш план…

— Не сработал, — закончила фигура. — Всё, что вы подготовили для убийства этой химеры, для главы Длани это детские игрушки. Он раскидает ваших зверолюдов между первой и второй переменой блюд, если вообще встанет из-за стола.

Волков переводил взгляд с одного на другого. Фигура в плаще у окна. Сумрак с опущенной головой. Если Громобой действительно был на приёме, это меняло всё. Химеру уже не достать, информация ушла наверх, а их зверолюды сейчас бросаются на человека, который в одиночку способен сровнять Сечь с землёй.

— А Алиса? — вырвалось у него. — Если там Громобой…

Фигура даже не повернулась.

— Если там Громобой, то вашей дочери ничего не грозит. Длань защищает всех, кто находится под имперской крышей. Считайте, герцог, что вам повезло. Первый раз в жизни провал работает в вашу пользу.

Сумрак поднял голову.

— Что дальше?

— Глупый вопрос, Господин Сумрак. Нападение было всего лишь лёгкой импровизацией. А нашему плану пока что ничего не угрожает.

Впервые за всю встречу змеелюд посмотрел прямо в пустоту капюшона. Что он там увидел, Волков не знал. Но усмешка вернулась на тонкие губы, и на этот раз она была другой. Не ленивой или снисходительной, а… голодной и предвкушающей.

— Понял, — кивнул Змей.

Фигура двинулась к двери, но на полпути остановилась.

— И ещё, Волков.

Герцог вздрогнул.

— Не смей угрожать моим людям. Ни господину Сумраку, ни кому-либо ещё. Ты получишь своих Морнов, получишь их земли, получишь всё, что тебе было обещано. Но только если будешь делать то, что тебе говорят. А не скулить, жалуясь на то, как была несправедлива с тобой жизнь.

Дверь закрылась так же тихо, как открылась.

Господин Сумрак постоял у кресла, потом сел, закинул ногу на ногу и снова сплёл тонкие пальцы. Усмешка вернулась на привычное место, словно никуда и не девалась.

— Ну что, герцог, чаю?

Волков не ответил, продолжая смотреть на закрытую дверь.

Где-то там, на краю Мёртвых земель, зверолюды ломились в резиденцию коменданта, химера по имени Мира дралась за свою жизнь, а мальчишка с бесполезным даром ранга Е творил такое, от чего у людей куда могущественнее Волкова начинали чесаться затылки.

А старый герцог сидел в тёплом кабинете под безносыми херувимами и не мог заставить себя встать. Потому что понял одну простую вещь: он давно уже не игрок. Он всего лишь фигура на чужой доске. И ему только что об этом напомнили.

…………………………..

Друзья. Сегодняшний текст объединил в одну большую главу. Завтрашняя прода выйдет так же в 00:00 по мск и их будет так же две:) Разве что объем будет ещё больше…

Оставляйте ваши комментарии! Читать их — одно удовольствие!

Глава 19

За пределами шкалы

Взрыв ударил в грудь, как грёбаная кувалда. Резиденция полыхнула белым, и в следующую долю секунды меня снесло — воздух, земля, свет сбились в один удар, от которого внутренности подскочили к горлу, а в башке что-то щёлкнуло и выключилось. Брусчатка встретила плечом, потом боком, потом ещё какой-то конечностью, после чего я просто перестал обращать на это внимание.

Дальше наступила темнота.

Не полная, нет, скорее густые серые сумерки, в которых покачивалась единственная мысль: «Рёбра. Опять, мать их, рёбра». Но нет, рёбра были на месте, болели по-старому, от перелома, а не от нового удара. Просто башка гудела так, будто внутри неё кто-то раскачивал церковный колокол, и этот кто-то явно не собирался останавливаться.

Я с трудом разлепил глаза.

Двор выглядел так, будто его перепахали. Бочки раскидало, стена пристройки треснула наискосок, с крыши посыпалась черепица, и в воздухе висела мелкая каменная пыль, от которой першило в горле. Себастьян лежал в трёх шагах от меня, прижавшись к земле, уши назад, глаза прищурены. Через связь шло ровное «жив, цел и очень зол» — коротко и по делу.