Кодекс Практика. Тетралогия (СИ) - Сластин Артем - Страница 181

Сто человек замерли, повернув головы в проход, а я отчётливо ощутил сотни пар глаз, направленных именно на меня. Они одновременно оценивали, изучали и осматривали моё покрытое десятками шрамов тело с ног до головы.

Если бы не регенерация и не духовные пилюли, встать ровно через сутки после таких травм у меня бы не получилось. Первый день прошёл в положении лёжа. Тело ломило, каждое движение отзывалось болью в мышцах и суставах, которые, казалось, выворачивали наизнанку. Я лежал в комнате у госпожи Ли, глотая пилюли за пилюлями и запивал их травяными отварами, которые приносила Сай.

Это в бою тело ещё держалось на морально‑волевых, а когда всё закончилось, то я там же и рухнул. По крайней мере того, как мастер Ши доставил меня домой, я категорически не помнил.

На второй день смог сесть, на третий, сам дошёл до умывальни, а на четвертый уже наматывал круги вокруг дома и ощущал себя намного лучше. Шрамы остались, правда в виде тонких белесных нитей, расходящихся по всему телу, в том числе и по лицу. Регенерация сработала и через несколько дней исчезнут и они, но какое‑то время шрамы будут напоминать о той зверской тренировке, которую мне пришлось пережить.

Пытка – назовут одни, издевательство – скажут другие, попытка убийства – третьи, но несмотря на зверский, по сути, подход, в целом, я был благодарен. Если мастер Чэн, предпочитал более тактический подход к обучению и старался охранять свою личную канарейку в золотой клетке, то мастер Ши видел во мне другое. Сам факт того, что я смог выжить и доказать, что создан не только для варки пилюль и поиска духовных растений, и вдобавок сумел ранить тренера, говорил сам за себя.

Хотя говорил, наверное, это мягко сказано, скорее кричал.

Тишина повисла не просто так. Ученики, включая юных членов Академии и даже наставник по теории круга У‑Син, заткнулись по другой причине. Если раньше, моя личность выделялась от остальных учеников, то после того, как новость о жестокой тренировке и о том, что меня в личные ученики взял ещё один магистр, разлетелась по стенам Академии, я вконец перестал быть таким, как все.

Меня ненавидели так, что откровенно желали смерти. Завидовали, брезжа ядом, мечтая оказаться на моём месте и… что уж там говорить, откровенно боялись. На моём теле были следы, нанесённые одним из семи магистров Академии. Человеком, способным, без малого, ровнять целые районы города с землей, а может и больше. Я прекрасно понимал, что мастер Ши использовал лишь малую часть своей силы, стараясь скорее активировать мой талант обучения, чем действительно навредить.

Вот только для окружающих всё выглядело совершенно иначе.

Среди толпы я нашёл глазами Сай. Она сидела в третьем ряду, сжавшись в комок и смотрела на меня с тревогой и гордостью одновременно. Её лицо уже не было таким бледным, и кожа заметно порозовела, однако даже спустя несколько дней, девушка частично всё ещё ощущала последствия первого прорыва.

Через несколько рядов от неё сидел рыжий Фу Хай. Его покрытое синяками лицо было перекошено, а кулаки инстинктивно сжались при моём появлении. Однако парень так и нашёл в себе смелости на меня посмотреть. Он уставился в столешницу, будто надеялся прожечь в ней дыру взглядом. Дыру, в которую тут же был готов провалиться, лишь бы не находиться со мной в одной комнате.

Я пошёл вдоль ряда, выбирая себе место. Ученики передвигали сумки, освобождая проход, но никто так и не предложил сесть рядом. Никто. Даже те, кто неделю назад хлопал меня по плечу и поздравлял с победой на фестивале. Те, кто раньше жали руки и старались со мной подружиться, теперь смотрели на деревянную поверхность столешницы, стараясь не встречаться со мной взглядами.

– Ян! – Позвала меня Сай, похлопав по лавке рядом с собой, – Сюда!

Несколько человек обернулись, но никто не посмел ничего сказать. Я кивнул, подошёл и молча сел. Сай улыбнулась, подвинулась, давая мне больше места, и шепнула:

– Ты выглядишь намного лучше.

– Спасибо, – ответил я, – Чувствую себя уже лучше.

– Магистр Ши ранее заходил, но мне показалось, что искал тебя. Всем так показалось. Думаешь проверял жив ты или нет? Ведь он чуть тебя не убил!

– Захотел бы убить – убил, – поправил я, – Он показал мне, что такое настоящий бой. Не детская драка на кулаках с другими неофитами, а сражение насмерть с противником, который в разы сильнее.

Сай широко распахнула глаза и смотрела на меня непонимающим взглядом. Для неё не существовало ничего кроме алхимии. Кроме той самой комнатки и десятков увесистых томов, которые она поглощала, словно духовные пилюли. В её маленькой идеальном мире, мы всегда будем сидеть рука об руку и вместе варить и создавать припарки и микстуры. Поэтому я даже не попытался ей объяснить, а она не стала спрашивать дальше и молча кивнула.

Не успели мы продолжить разговор, как в этот момент учитель, который всё это время сидел за кафедрой уткнувшись в книгу, поднял указательный палец, и все замолчали. Это был невысокий, сутулый человек в очках с толстыми линзами. На кафедре перед ним лежала стопка свитков, которая, казалось, вот‑вот рассыплется.

– Садитесь. Сегодня мы поговорим о круге У‑Син. О пяти элементах, о взаимодействии с…

Вдруг он поднял голову, обращаясь к толпе и обвёл взглядом аудиторию. Его взгляд остановился на мне не просто так. Ещё на пути к лекции этого наставника, я слышал, как местный учительский состав перешёптывался. Одни не верили, другие клялись, что это правда, но никто не мог оспорить одного простого факта, что за последние несколько сотен лет, в стенах Академии не было неофита, находящегося в учениках сразу у двух магистров. Тем более, таких эксцентричных и всем известных.

И признаться, люди пока ещё не понимали, как на это реагировать.

Я на мгновение заметил, как у учителя У‑Син дрогнули пальцы. Он явно узнал меня, особенно по характерным шрамам на лице. Впрочем, не удивлюсь, если все преподаватели уже знают меня и в лицо.

– Итак, – он прокашлялся, отвёл взгляд и начал говорить быстрее, чем раньше, – Круг У‑Син – это основа основ. Без понимания пяти элементов невозможно постичь ни углублённую алхимию, ни медитацию, ни боевые искусства.

Он развернул свиток, и я увидел схему в виде пяти иероглифов, расположенных по кругу: Дерево, Огонь, Земля, Металл, Вода.

– Пять первоэлементов, – продолжил учитель, – они не существуют отдельно. Они взаимодействуют и порождают друг друга, точно так же, как и подавляют.

– А как же другие? – Внезапно раздался голос Сай и она подняла руку. – Элементы льда, света, тьмы, лавы, жизни, смерти и…

– Я так понимаю речь идёт о второстепенных? – Переспросил старик, поправляя длинную бороду. – Это материал расширенного курса, но если коротко, то скажу так. Побочные продукты взаимодействия основного круга У‑Син будут иметь точно такую же силу, что и оригинал.

Наставник вдруг замолчал, покосился на меня, а потом снова уставился в свиток.

– Начнём с порождающего цикла, – сказал он тише, – Дерево порождает Огонь. Огонь порождает Землю. Земля порождает Металл. Металл порождает Воду. Вода порождает Дерево. Кто может сказать, почему Металл порождает воду? – Учитель поднял голову и обвёл взглядом аудиторию.

Ответом ему были тишина. Ученики прятали глаза, кто‑то делал вид, что усердно конспектирует, а кто‑то молча смотрел перед собой, то ли стесняясь, то ли опасаясь дать неверный ответ.

– Никто? – Голос наставника стал строже. – Неужели вчера вечером никто не штудировал краткое изложение готовящейся лекции на два тома?

Сай заёрзала на месте. Я заметил, как её рука медленно поднялась, но она тут же опустила её, испугавшись собственной смелости. Учитель правда тут же заметил её жест и кивнул.

– Девушка в третьем ряду, Ваше имя?

– Чжоу Сай. – тихо ответила она, вставая. – Металл порождает Воду, потому что… потому что металл, когда плавится, становится жидким. Это его естественное состояние при высоких температурах. Также металлическая поверхность собирает влагу по утрам – и это можно наблюдать на клинках и зеркалах. В алхимии, если сплавить два металла, они выделяют влагу, которая является прообразом воды.