Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Бакшеев Сергей - Страница 467

Петелина удивилась неожиданной реакции эксперта, но не стала перезванивать. Главное она уже узнала.

Не сбавляя шаг и не спрашивая разрешения, следователь вошла в кабинет Головина, уж слишком важной новостью ей надо было поделиться. Полковник Шумаков тоже находился в кабинете, и она обратилась к нему, как к главному начальнику:

— Геннадий Александрович, Дениса Муравьева нужно отпустить. Он невиновен.

— С чего бы? — первым откликнулся недовольный Головин. — У Муравьева найден рюкзак Дороховой. От такой улики не отвертишься. Как следует дожмем, и паренек расколется.

— Вот я и боюсь, что дожмете.

Головину не понравился отрытый намек. Он откинулся на спинку кресла, застегнул мундир для солидности и с ноткой брезгливости ответил:

— Уж как-нибудь без женских нежностей разберемся. С преступниками работать, это вам не бумажки строчить. Муравьев педофил, а не заблудшая овечка!

— Вы так решили?

— Что?

— Что Денис Муравьев педофил.

— Это очевидно. А может и убийца, ведь девочка не найдена. Нечего с ним церемониться!

— Поздравляю! — Петелина картинно кивнула. — У нас теперь каждый — судья и палач в одном лице.

— Но-но, не заговаривайтесь, дамочка! Если такая добренькая, отдайте Муравьева на суд толпы.

— Я не дамочка, а старший следователь!

— Так следуйте домой и меняйте подгузники! — сорвался Головин.

Молчавший все это время Шумаков вскочил со стула и встал между спорящими:

— Брейк! Успокойтесь! — Он обратился сначала к Головину, затем к Петелиной: — Прошу извинить моего следователя, она сгоряча наговорила. А ты, Елена, излагай факты по делу и без эмоций. Что случилось?

Петелина села за стол, разложила распечатанные снимки и сообщила:

— Начну с главного. Софью Дорохову похитил Борис Панин.

Оба полковника с недоверием посмотрели на следователя.

Елене пришлось объяснять. Она поведала о возможности Панина отлучиться на час из пекарни в момент исчезновения девочки. Мобильный телефон, по ее мнению, он оставил на рабочем месте специально, чтобы его не отследили. Рассказала, как привлекла специалиста для чтения по губам, и узнала, о чем бормотал связанный Панин.

— Для педофила Ландыш — это женское имя, — заявила Елена. — На его рабочем месте в пекарне висела фотография ландышей. Вот эта. И если сопоставить снимки, просматривается прямая ассоциация нежных цветов с маленькой Софьей Дороховой. В день исчезновения ее волосы были заплетены в два хвостика.

— Ну у вас и фантазия, — не скрывая сомнения, покачал головой Головин.

— Фантазии в мозгах у педофила, а я лишь пытаюсь в них разобраться.

Шумаков мыслил конкретнее:

— Про ландыши — это версия. А как ты объяснишь рюкзак девочки в машине Муравьева?

Петелина продемонстрировала фотографии Панина с пакетом в руках. Сначала общий план, затем укрупненный снимок с выступающими деталями мягкой игрушки.

— Обратите внимание на время: второе июня, шесть тридцать утра на следующее утро после исчезновения Софьи. Панин садится в машину с пакетом, в котором просматривается предмет, напоминающий рюкзак.

— Слишком вольная трактовка, — усомнился Головин.

— Вот результат компьютерной обработки кадров. Видны лямки рюкзака, а также мягкая игрушка. Это сидящий зайчик, точно такой же, как на рюкзаке девочки.

— При осмотре «шкоды» Панина данного пакета уже не было, — припомнил Шумаков. — Мог и правда подбросить по пути на работу.

— Все верно. Похитив Софью Дорохову, Панин избавился от ее телефона, но не стал выбрасывать рюкзак. Сохранил и специально подкинул улику в одну из машин около дома, где жила Софья. Выбор автомобиля был случайным, по принципу чей багажник легче открыть. Получилось удачно и мы клюнули.

Елена сознательно употребила слово «мы», чтобы сгладить ненужный конфликт с полковником Головиным.

— Геннадий Александрович, посмотрите заключение криминалистов главка, — обратилась она к Шумакову. — Следы ДНК пропавшей Софьи в автомобиле Муравьева не обнаружены, зато замок багажника достаточно разболтан.

— И ты делаешь вывод…

— Слишком многое указывает на виновность Панина, а рюкзак Денису Муравьеву банально подброшен.

Шумаков задумался на минуту и взялся за телефон:

— Я поручу нашим экспертам, чтобы они проверили…

— Я это уже сделала, — перебила полковника Елена и вежливо добавила: — От вашего имени, Геннадий Александрович.

— Ты про ДНК Дороховой в машине Панина? — удивился Шумаков.

Петелина кивнула и перевала выразительный взгляд на телефон в руке начальника:

— Возможно, уже есть результат.

Полковник позвонил в лабораторию, выслушал криминалистов и пожурил Елену:

— Все-таки правильно, что я тебя выдернул на службу. Здесь твое место.

— Они нашли что-нибудь? — не терпелось узнать следователю.

— Да. Частицы эпителий на обшивке задней дверцы «шкоды» совпадают с ДНК Софьи Дороховой.

Новость обрадовала Петелину. Версия — это догадка, а улика — доказательство.

— Я же говорила, это девочку похитил Панин. Он неисправимый педофил!

Шумаков не разделял радость следователя:

— Так-то оно так, но обнародовать информацию о виновности Панина в похищении девочки пока преждевременно.

— Это почему? — вытаращила глаза Елена.

— Да ты посмотри на сайт! Сработали голоса полицейских по приказу. Помилование уже лидирует. Нам выгодно, чтобы педофила считали невиновным. Панин выйдет, мы его арестуем и предъявим законное обвинение.

— Будем ждать? А как быть с Софьей? — возмутилась Петелина. — Я думаю, девочка жива, и ее еще можно спасти! Но каждая минута на счету.

Но начальник был непреклонен:

— В поисках девочки задействованы все участковые, оперативная группа пожарно-спасательного гарнизона, сотрудники городской администрации, волонтеры поискового отряда и кинологический расчет. А наша первоочередная задача — Панин! Найдем его раньше, вытрясем душу и узнаем, где девочка. Я обещаю! А пока… — Шумаков ткнул на трансляцию сайта Sud Naroda. — Майоров по твоей инициативе мобилизовал специалистов, читающих по губам, но, судя по всему, педофил понятия не имеет, где находится. Твердит, что его любовь к детям нормальна, просит выпустить. Никаких имен и зацепок.

— Где же Софья, — расстроилась Елена.

— На этот вопрос ответит Панин. Поэтому все усилия на его поиски.

— Хотя бы подростка мы можем отпустить? В данных обстоятельствах удерживать Дениса Муравьева противозаконно.

— Двое суток имеем право, — заметил Головин.

— Представляю, какие адские условия вы ему создали, — не удержалась от замечания Петелина.

— Ну, погорячились. Так кто же знал!

— Хорошо, поступим следующим образом, — решил Шумаков. — Дениса Муравьева сегодня выпустим, но тайно. Потребуем, чтобы он не высовывался до поимки Панина. Пусть прячется дома.

— Хотя бы так, — согласилась следователь.

— Вот ты и отвезешь его домой, раз такая добрая. Но доставь его так, чтобы соседи не заметили, — потребовал Шумаков.

— Как вы себе это представляете? У его дома наверняка журналисты толкутся и каждого встречного о Денисе расспрашивают.

— Придумай что-нибудь. Своего крутого опера Валеева подключи.

С этим предложением Елена согласилась.

Она уже собралась уходить, но Шумаков ее остановил:

— Мне сотрудники сообщили, что по твоему распоряжению проверили подвалы городской больницы и сомнительные постройки рядом. Это ты к чему?

— Что-нибудь подозрительное обнаружили? — заинтересовалась Петелина.

— Нет.

— Значит бывшая жена Панина не похищала педофила. Он домогался ее дочери, она работает медсестрой в больнице и могла ему мстить. Я проверяла ее алиби.

— Что у нас с остальными подозреваемыми в похищении Панина? Ты говорила про двух наиболее пострадавших девочках.

— Вероника Некрасова и Екатерина Антонова, — подтвердила Петелина.

— Где были их родители второго июня утром, когда исчез Панин?

— У Антоновых алиби, как и у других, потерпевших по делу Панина. Единственный, кто остался, отец парализованной девочки Вероники Некрасовой.