Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Бакшеев Сергей - Страница 306

— Звучит, как песня. Что было дальше?

— Все! Больше ничего не было, мы расстались.

— Где?

— Я сел в свою машину, она пошла к своей.

— Так же, как Леся Нестеренко. — Петелина нарисовала на листке два чулка и провела к ним стрелки из одной точки. — Странное совпадение, Сорокин: как только вы расстались, или якобы расстались, обе женщины стали жертвами жестокого преступления.

— Никаких якобы! Я сам — жертва! — воскликнул актер абсолютно искренне.

— Звездной болезни? Захотелось острых ощущений или решили, что вам все дозволено?

— Я жертва шантажа, — убеждал покрывшийся потом Сорокин. — У меня есть доказательство. Верните мой телефон, я покажу, что мне прислали.

Петелина, подумав, извлекла из стола изъятый телефон и придвинула актеру. Технику уже проверили криминалисты и скопировали информацию.

— Сейчас, сейчас, — он вцепился в телефон, но через минуту уже хватался за голову: — О, боже! Я все удалил. Я пропал!

— Хватит истерики, вы не на сцене. — Петелина дала артисту стакан воды и салфетки. Когда тот чуть успокоился, она спросила: — Что именно вы удалили?

— Мне прислали видео и потребовали денег.

— Что там было?

— Я и Милена в гримерке в тот самый момент, когда…

— Когда вы утешали ее, по-быстрому?

Сорокин кивнул, опустил глаза и признался:

— А в конце видео — ее труп. В машине. Крупным планом.

— Тело сфотографировано ночью или утром? — встрепенулась Петелина.

— Что?

— Кто прислал запись?

— Он подписался Memento Mori.

Петелина заинтересовалась информацией и позвонила в лабораторию Устинову:

— Миша, можешь восстановить стертые записи в телефоне?

— Легко, если это произошло недавно и их уничтожил обычный пользователь.

— Речь идет о телефоне Сорокина. Зайди ко мне.

— Ну, этого не требуется, — снисходительно признался эксперт. — Подсоедините, пожалуйста, телефон к вашему ноутбуку.

Следователь положила трубку, включив громкую связь, соединила смартфон Сорокина с ноутбуком и собралась сообщить об этом Головастику, как тот опередил ее:

— Я вижу.

Петелина не прикасалась к клавиатуре, а по ее монитору двигалась стрелочка, открывались вложенные окна, мелькали списки файлов.

— Так, данные восстановлены, — докладывал Устинов. — Что ищем?

— Видеофайл от Memento Mori.

— Секундочку… Этот?

На мониторе появилось видео, о котором рассказал Сорокин. Было немного жаль, что кадры с задушенной Рудаковой были сняты в светлое время, после обнаружения трупа. Если бы снимки были ночными, то причастность фотографа к убийству стала бы практически доказанной.

— Вот видите, я не обманываю, — оживился актер. — Меня шантажировали. Потребовали тридцать тысяч долларов.

— И вы согласились?

— У меня был план не просто отдать деньги, а узнать, кто такой Memento Mori.

— Узнали?

Сорокин поморщился и потер ссадину на голове.

— Он встретил меня около ресторана, завел во двор. На нем была куртка с застегнутым капюшоном и большими очками. Я отдал деньги и достал пистолет. С виду, как настоящий, но только звук издает. Я потребовал, чтобы он расстегнул капюшон. Он так и сделал, но… На его лице оказался чулок.

— Черный чулок?

— Да. Этого я не ожидал и растерялся. Буквально на секунду. Он воспользовался, и ударил меня по голове. Кажется, рюкзаком. Он пришел с рюкзаком на встречу.

— Вы потеряли сознание?

— Да, но в последний момент я успел выстрелить. Очнулся — ссадина на голове, денег нет, а пистолет он не взял, понял, что бутафорский. Я пошел в ресторан, при входе обнаружил черный чулок на шее. Быстро снял его, сунул в карман, чтобы не заметили. И забыл! А вы нашли.

— Вам повезло: чулок не совпадает с тем, которым задушили Нестеренко.

— И вы называете это везением? — готовый расплакаться актер, покосился на конвоира, оставшегося у двери.

Вместо утешения Петелина приказала конвоиру присмотреть за Сорокиным, а сама спустилась в лабораторию. У нее появилась идея.

— Миша, проверь удаленные файлы в телефоне Нестеренко.

— Так же, как у Сорокина? Нет проблем.

Светлана Маслова при появлении следователя отключила микроскоп, встала из-за стола и взяла несколько фотографий.

— Елена Павловна, а я собиралась вам звонить, — радостно призналась она.

— Нашла что-то важное?

— Не исключено. Помните, в момент убийства Нестеренко была без перчаток, — Маслова показала снимок с места преступления.

— Да, точно. Или руль с подогревом, или много выпила и забыла надеть.

— Лопахин при описании повреждений на теле указал, что ноготь на среднем пальце правой руки частично сломан.

Петелина кивнула, подбадривая криминалиста.

— Я еще раз обследовала автомобиль Нестеренко и нашла там сломанный ноготь. — Маслова продемонстрировала крупный снимок из салона автомобиля. — Под ногтем есть засохшая кровь, пригодная для идентификации.

— Нестеренко сопротивлялась и поцарапала убийцу?

— Руку.

— Почему именно руку? Она могла дотянуться до лица душителя.

Маслова покачала головой и указала на микроскоп.

— Там есть и микрочастицы латексной резины. Убийца был в перчатках. Она прорвала их и царапнула по руке.

— Отличная работа, Света.

Стандартные слова благодарности не соответствовали всей значимости улики. Это прорыв в сложном деле. Теперь изобличение убийцы сводится к четкому алгоритму простых следственных действий. Не требуется ее интуиция, психологические схватки с подозреваемыми, метания оперативников. Погоня и задержание, скорее всего, тоже не понадобятся.

Петелина припомнила общение с Сухоносом. Его руки были чистыми, без царапин — его специально проверяли на употребление наркотиков. А вот Сорокин держал свои руки на коленях или жестикулировал ими. Сейчас она внимательно посмотрит на его руки…

Петелина заторопилась к выходу, давая на ходу указания Масловой:

— Займись анализом ДНК. Получишь результат, сразу докладывай.

Около дверей ее окликнул Устинов:

— Я восставил удаленные файлы. Есть видео от Memento Mori! Смотрите.

Петелина вернулась к столу с большим монитором, но Головастик неожиданно погасил экран и смущенно улыбнулся:

— Я вам перешлю запись. Сами посмотрите.

Елена не стала выяснять причину смущения. Ей не терпелось проверить свою версию. Вернувшись в свой кабинет, она попросила Сорокина положить руки на стол, растопырить пальцы, перевернуть ладонями вверх. Она тщательно их осмотрела, даже поднимала и рассматривала каждую руку — ничего. Ни единой царапины.

Она опустилась в рабочее кресло. Сорокин настороженно таращился на следователя. Между ними располагался ноутбук, Петелина заметила файл, полученный от Устинова, и запустила его. Несколько минут она наблюдала за происходящим на экране, затем подняла взгляд и наткнулась на удивленную улыбку актера. Сообразила, что звук не выключен, и Сорокин, даже не видя монитор, догадался, что транслируется порно.

Елена выключила звук. Она поборола смущение и продолжила просмотр. Это ее работа. На записи Леся Нестеренко занималась сексом с темнокожим парнем. Двадцать минут прошли в молчании. Она упорно смотрела на дисплей, Сорокин ловил реакции на ее лице, а конвоир, раз такое дело, посчитал возможным сесть на диван. Для полного абсурда не хватало полковника Харченко за ее спиной.

Вслед за видео появилось сообщение от Memento Mori: «С тебя 40 000$, или видео появится в сети».

Опять шантаж, поняла Елена. Вымогатель поставил свой бизнес на поток. Но, в отличие от Сорокина, актриса не испугалась, а сама пошла в наступление.

«Козел, мое тело лучше, — читала Петелина переписку. — Я не так примитивно трахаюсь».

«Все поверят, что это ты».

«Не ты ли тот сморчок в кадре? Я видела достоинства получше».

«Ты поплатишься!»

«Тату подделал, а про кольцо забыл. Я никогда его не снимаю, идиот!»

Все встало на свои места. Таинственный фотограф украл белье Нестеренко, сфотографировал ее голую и смонтировал компрометирующее видео. Однако актриса не испугалась, изобличила подделку и вывела из себя вымогателя задиристыми ответами. Запись она получила в день убийства. Шантажист разозлился и задушил ее.