Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Бакшеев Сергей - Страница 166

Но его порыв остановил резкий возглас:

– Господа офицеры!

В трех шагах от них стоял суровый полковник Харченко.

– Что здесь происходит?

Оперативники отступили и, тяжело дыша, пожирали друг друга глазами. Они были похожи на грозовые тучи, готовые изрыгнуть молнии. Харченко встал между ними и потребовал:

– Потрудитесь зайти ко мне в кабинет и объяснить!

– Мне некогда, – дерзко ответил Валеев и небрежной походкой обошел изумленного полковника.

– Ах так! – беспомощно возмутился начальник.

Пока он подбирал нужные слова, Марат скрылся. Харченко раздраженно махнул рукой на Майорова:

– Приведите себя в порядок, старший лейтенант.

Ваня словно только этого и ждал. Понурив голову, он поспешил удалиться. Полковник проворчал ему вслед что-то нечленораздельное и толкнул дверь в кабинет Петелиной.

Последние несколько минут после ухода Валеева Елена мучилась сомнениями. Она понимала, что спасает свою карьеру, но одновременно разрушает личную жизнь. А можно ли поступить по-другому? Карьера или семья? Этот проклятый выбор терзал Елену все годы ее службы.

На убийц и насильников она тратила времени больше, чем на собственную дочь и любимого человека. И возможно, измены бывшего мужа Сергея были отчасти и на ее совести. Даже находясь дома, Елена постоянно думала о работе. И получила результат! Мужа нет, с матерью конфликт, дочь обижена на нее, а теперь и Валеев уходит из ее жизни.

Ход тяжелых мыслей прервал голос Харченко:

– Елена Павловна, что происходит с вашей группой?

Следователь подняла удивленный взгляд. Полковник объяснил:

– Только что я стал свидетелем безобразной сцены – драки между Валеевым и Майоровым. Прямо в стенах Следственного комитета! Это уже ни в какие рамки… Мне с самого начала следовало отстранить вашу группу, а некоторых просто выгнать поганой метлой из правоохранительных органов. Особенно это касается необузданного Валеева.

Слова Харченко напомнили Елене о главном. Она подошла к сейфу, достала оттуда пистолет, которым почти никогда не пользовалась, и сунула его в дамскую сумочку.

– Что ты делаешь? – опешил полковник.

– Я сама разберусь с Валеевым, – бросила на ходу Елена, надевая пальто.

– Что? Ты куда?!

– Мне некогда.

– Потрудись объяснить!

– Потом, потом…

Расширенные глаза Харченко беспомощно наблюдали за тем, как за женщиной закрылась дверь кабинета. Спустя минуту его взгляд упал на рабочий стол Петелиной. На столешнице лежала флешка с алюминиевой окантовкой. Полковник с опаской взял ее в руки и пробормотал:

– А что здесь делает это? Ведь мне доложили…

Час назад Петелина сообщила Харченко, что в ее кабинете обнаружено подслушивающее устройство в виде флешки. Она требовала объяснений, не следит ли за ней служба собственной безопасности, но полковник не владел такой информацией.

– Почему ты от нее не избавилась?

Харченко швырнул флешку на пол и растоптал ее каблуками ботинок.

63

– Я Бумеранг, я! А не этот дебил! – твердил водитель в надвинутой на глаза бейсболке.

Что-то хрипнуло в его рации, лежавшей на пассажирском сиденье, но взволнованный мужчина не обратил на нее внимания. Главное он уже выяснил.

Бумеранг наблюдал за тем, как капитан Валеев сбежал по ступеням Следственного комитета и сел в машину. Когда оперативник проехал мимо, Бумеранг тронулся за ним. Он старался держаться на таком расстоянии, чтобы не упустить машину и чтобы капитан не заметил слежки. Впрочем, последнее опасение быстро исчезло. Валеев вел машину, как задумчивый псих. Он бессмысленно ехал по прямой, никуда не торопясь.

– Тебе же нужно домой, за документами! – вырвалось у Бумеранга. – Что ты медлишь? Рули туда, мент!

Валеев словно услышал подсказку. Теперь его маршрут стал более определенным. Капитан приближался к району, где находилась его однокомнатная квартира, которую он сдавал напарнику с нагрузкой в виде пепельно-серого кота Чингиза.

Наконец машина оперативника припарковалась возле его дома. Валеев вошел в подъезд. Бумеранг не спешил следовать за ним.

Он знал, что Валеев живет на первом этаже в квартире справа. Также он знал, зачем именно вернулся к себе домой Марат. Ему нужны старые, настоящие результаты экспертизы по делу Кузнецовой. Бумерангу экспертное заключение тоже было необходимо.

Надо дать время оперативнику на то, чтобы найти документы. А затем Валеев повезет их обратно в Следственный комитет, чтобы сжечь. Вот тут их планы не совпадают. Бумеранг не допустит уничтожения важнейшей улики! Он здесь для того, чтобы разрушить гнусный план продажного мента.

Оказавшись в своей квартире, Марат Валеев встал на стул и заглянул на антресоль в коридоре. Порывшись в старом хламе, он нашел тонкую черную папку с резинкой, стягивавшей уголок. Капитан спустился, сел на стул и проверил содержимое папки. Увиденное его не удивило – как раз то, что он искал. Теперь можно уходить.

Валеев прошел на кухню и попил воды. О его ноги потерся соскучившийся по хозяину кот.

– Ну, ладно, Чингиз, покормлю я тебя.

Марат вскрыл упаковку кошачьего корма и вывалил сочные мясные кусочки в блюдце у стены. Он сидел за столом и смотрел, как кот ловко слизывает еду, и немного завидовал Чингизу.

– У тебя, друг, жизнь, как хороший поезд, идет от станции до станции по расписанию. Ты знаешь, что будет завтра и послезавтра, что в марте ты будешь гоняться за кисками – одно и то же, одно и то же – и в этом твой кайф. А я, прикинь, не представляю, что произойдет со мной в ближайший час. Вот такая фигня. И всё из-за этой проклятой папки!

Марат смахнул с найденной папки невидимую пыль и вновь обратился к коту:

– Да-а, Чингиз, порой я завидую твоей размеренной жизни. Сколько кошечек у тебя было? Со счету сбился? И ведь не пилит ни одна, нервы не мотает. Ты получил свое – и забыл. А у нас, у людей, всё по-другому. Муки совести, страх разоблачения, угроза наказания… Эх!

Чингиз доел, облизнулся и поднял умные глаза на хозяина. Кот давно научился понимать Марата, к тому же круг тем, на которые болтал с ним хозяин, был ограничен. Чингиз выпятил пострадавшее ухо, мол, посмотри, не всё так просто, за кисок драться приходится – то морду расцарапают, то ухо порвут. Кот ударил лапой по стене и провел ею сверху вниз. На обоях остались следы от когтей. «Зато когти у меня, что надо, – говорил его красноречивый жест. – Могу постоять и за себя, и за тебя, если потребуется».

Марат поднялся, подмигнул коту, и ему показалось, что он увидел ответное подмигивание.

– Ну, ты даешь, котяра! – восхитился хозяин.

Кот зевнул: «А то! За хорошую кормежку я и не такое могу. А если еще и пузико почешешь…»

Чингиз вальяжно прошествовал вслед за Маратом, но в коридоре их пути разминулись. Валеев направился к выходу, а кот прошел в комнату, легко вскочил в кресло и свернулся калачиком, провожая хозяина взглядом. «Ты ступай, зарабатывай на мою кормежку, а я вздремну пока, поохраняю».

Валеев кивнул коту, открыл дверь и шагнул за порог. В ту же секунду на его голову обрушился тяжелый удар, и кто-то затолкнул падающее тело оперативника обратно в квартиру.

Дрему с Чингиза как языком слизало. Кот встрепенулся и ощетинился. Он слышал, как упал любимый хозяин и чужой человек прошел в квартиру и захлопнул за собой дверь.

64

– Ну за что он со мной так? Я же считал его лучшим другом, а он…

Иван Майоров топтался в тесном пространстве лаборатории, жалуясь Устинову на дурацкую схватку с Валеевым. Головастик как обычно был занят делом. Он скосил взгляд на опасно жестикулирующего ручищами Майорова, беспокоясь за сохранность оборудования.

– Ваня, присядь, съешь шоколадку, сладкое улучшает настроение.

– Какое там настроение! – Оперативник все-таки сел рядом с невозмутимым Василичем. – Валеев намекнул, что может увести у меня Галю. Представляешь, говорит: «Мы с ней свободные люди!»