Цикл романов "Петля". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Бакшеев Сергей - Страница 149

– Мне надо выпить настоящий кофе. Покрепче. Идемте.

Первым в оперативный офис вошел Ваня Майоров. И замер, увидев за столом Грищука с большой кружкой какао. Вслед за Майоровым зашли Валеев и Петелина. Подполковник опустошил кружку, вытер салфеткой губы и не удержался от язвительного выпада:

– Не буду вам портить аппетит, товарищи офицеры. Служба службой, а обед по расписанию.

Хмурые оперативники расступились, пропуская проверяющего в блок с компьютерами. Каждому было не по себе. Если не обращать внимания на глаза, у Грищука было обычное, ничем не примечательное лицо, в меру холодное и равнодушное. Но стоило заглянуть в глаза – стреляющие, колючие, недоверчивые, – и казалось, что изнутри выглядывает другой человек.

Прежде чем скрыться за перегородкой, Грищук обернулся:

– Пожалуй, в отчете стоит упомянуть и о моральной обстановке. Два неженатых оперативника и разведенная следователь. С одним она открыто живет, а другого всеми силами прикрывает. С чего бы это, Валеев?

Елена перехватила готовую взметнуться руку Марата, предупредив еле слышно:

– Не дергайся.

Грищук понимающе осклабился и вышел с видом победителя.

– Да он же… – попытался возмутиться Валеев.

– Надо терпеть и работать, – отрезала Петелина.

Марат с силой ткнул в кнопки кофейного аппарата, словно мстил провинившейся технике. Кофе-машина зажужжала мельничными жерновами.

Петелина успокаивала себя: «Я должна работать несмотря ни на что. Я выдержу, я найду преступника. Истина где-то рядом, я не должна ее проглядеть. Надо собраться и делать то, что должно – и будь, что будет!»

Она невольно взглянула за стеклянную перегородку на проверяющего, который пытался возвыситься, втаптывая в грязь коллег. Пару лет назад, когда они работали бок о бок, Елена закрывала глаза на его грязные методы и мечтала о том, чтобы Грищука быстрее повысили и он убрался куда подальше. Так и произошло, но сейчас он вернулся в качестве проверяющего. Неужели он поднимется до полковника? А ведь это вполне реально. Она, конечно, не согласится работать под руководством Грищука, и ей придется уйти. Но останутся другие.

«Да чтоб его!»

В этот момент Петелина сквозь стеклянную перегородку увидела, как Грищук хватается за горло, словно не может дышать. Он зашатался на полусогнутых ногах и повалится на пол.

Петелина рванула на себя стеклянную дверь и поспешила на помощь. Грищук лежал на спине, выпучив глаза, и беспомощно хрипел. Елена склонилась над ним, вспомнив то, чему училась когда-то на курсах первой помощи.

– Гортань отекает. Срочно трубку или что-нибудь подобное! – крикнула она растерявшимся оперативникам. – Это анафилактический шок!

– Он оскорбил тебя, – напомнил Валеев.

– Он задыхается! Быстрее!

Майоров уже звонил Устинову:

– Миша, трубку. Любую! В горло!

– И вызовите «скорую», – приказала Петелина.

Валеев набрал номер «скорой помощи».

«Что происходит? Неужели сильные желания материализуются? – припомнила вырвавшееся у нее проклятие Елена. И тут же укорила себя: – Никогда не желай другому того, чего не хочешь получить сама!»

– Он что, умрет? – спросил Майоров.

В голосе оперативника не было сожаления – только любопытство.

41

В криминалистической лаборатории собрались четверо. Двое экспертов были заняты исследованиями, а Валеев с Майоровым после случившегося в оперативном офисе на время покинули помещение. Ваня сидел, как пришибленный, а Марат бродил среди приборов, не находя себе места.

– Что происходит? Это какой-то бред. Всё не так, как раньше, – бормотал капитан, жестикулируя.

Он посмотрел, как Головастик встряхнул две пробирки с мутными растворами и вставил их в центрифугу для разделения субстанций. Прибор монотонно загудел, а когда отключился, раствор в пробирках оказался разделенным на мутный осадок и прозрачную жидкость.

– Нам бы так, – позавидовал Валеев.

Он тряхнул головой, но ясность не приходила. Марат попросил Майорова:

– Ваня, ущипни меня. Я не врубаюсь: сплю я или брежу?

Майоров не глядя ткнул вытянутыми пальцами напарника в живот:

– Я в последнее время почти не сплю.

– Значит, бред, – сказал Валеев, почувствовав боль от удара. – С самого начала всё пошло не так. Невезуха за невезухой! – сокрушался он. Затем ненадолго задумался и растерянно спросил: – Может, мы разучились работать?

Майоров поднял на него усталый взгляд:

– Мы-то ладно. Но Петелина…

– Да она тоже… – махнул рукой Валеев, но тут же спохватился: – Нет, с Леной всё в порядке. Она и не такое раскручивала. Видел, как она вытащила мерзавца Грищука с того света?

– А зачем? – Светлые глаза Вани бесхитростно смотрели на Марата.

Валеев хотел ему резко ответить, даже поднял руку, но потом поморщился от досады и промолчал. Он отошел к Устинову. Эксперт сидел за компьютером, наблюдая за быстро меняющимися показаниями.

– Хотя бы ты, большая голова, можешь объяснить, что случилось?

Устинов еще пару минут изучал результаты, а потом откинулся на спинку кресла и закинул руки за голову:

– Объясняю. Грищук принял антибиотик, цефалоспорин, а у него острая аллергия на антибиотики.

Валеев, недоумевая, свел брови:

– Ну да, острая аллергия… И какого лешего он тогда…

– Цефалоспорин я обнаружила в порошке какао, – откликнулась Маслова и пояснила: – Открытая пачка стоит в оперативном офисе на полке.

– Незаметно подсыпать туда антибиотик не составляло труда, – задумчиво произнес Устинов. Его взгляд по очереди остановился на присутствующих: – Каждый из нас мог это сделать.

– Кто знал об аллергии? – твердо спросила Маслова.

– Да он всем говорил, что мяса не ест из-за того, что животных пичкают антибиотиками, – вспомнил Валеев.

– Мне на скотобойню советовал пойти работать, – сжал кулаки Майоров.

– А о своей любви к какао? – без прежнего напора продолжала «расследование» Маслова, хотя уже поняла бесполезность этого вопроса.

– Трудно было не заметить, что он выпивал семь чашек в день этого напитка.

– С этим понятно. А мотив? Кто из наших имел зуб на Грищука?

– А кто не имел? – вопросом на вопрос ответил Ваня.

После долгой паузы Устинов вздохнул и изрек то, о чем думали все:

– Нас ждет внутреннее расследование.

– Да уж, влипли по полной, – согласился Валеев.

42

Капитан Валеев открыл дверь в кабинет Петелиной, собираясь войти. За его спиной топтались эксперты Устинов и Маслова, сзади возвышался Майоров. Вся группа прибыла на экстренное совещание по вызову старшего следователя.

Петелина услышала звонок мобильного, бросила взгляд на дисплей и жестом остановила Валеева:

– Подождите за дверью. Я позову, – сказала она.

Такого холодного приема сотрудники не ожидали. Им пришлось переминаться с ноги на ногу в коридоре и сносить осуждающе-любопытные взгляды коллег, проходивших мимо. Все в Следственном комитете знали, что произошло с Грищуком, и благоразумно воздерживались от общения с проштрафившейся группой до окончательных выводов.

Елене звонила дочь Настя. В сложившихся критических обстоятельствах не зазорно было проигнорировать любой личный звонок, но отношения между матерью и дочерью ухудшались столь же стремительно, как и ход расследования. Елена посчитала нужным ответить.

Настя начала разговор с главной претензии:

– Ну как, исправила свою ошибку, мамочка? Нашла мои ботинки?

И тон, и язвительное «мамочка» красноречиво говорили о настрое Насти.

– Давай обсудим это вечером, – уклончиво ответила Елена.

– Значит, не нашла. А ты хоть что-нибудь для этого делаешь?

– Настя, придется немного подождать. Я тебе уже объясняла…

– Я тоже объясняла тебе, что старые ботинки мне малы! А мне надо тренироваться!

– Ты будешь тренироваться. Через неделю.

– А может через месяц? Или через полгода?