"Фантастика 2026-126". Компиляция. Книги 1-29 (СИ) - Неженцева Екатерина - Страница 384

Бывшего преподавателя по ментальной магии Эмира Карихара, найти было легко. Тот засел в Зелерии и старался сделать вид, что его не существует. Мужчину погрузили в стазис и уже доставили в империю Карх. Каин посчитал, что на троне должен сидеть законный наследник императора.

Тариана Первого тоже подготовили и вернут во дворец за пару часов до открытия разлома. К сожалению, король уже никогда не проснётся, но тут Каин ничего не мог поделать. Это не он держал короля в состоянии овоща столько лет. Так что в Лаоране пусть люди разбираются сами.

Вампиров, Каин, как и обещал, познакомил с Верховным. Сайрус де Франд удивлялся и радовался одновременно. Они договорились, что Ирата со своими воинами, если понадобится, будет защищать империю Карх. Правда, Каин так и не понял, кого и от кого они собрались защищать, если он со своими слугами скоро уйдёт из этого мира.

Безликие из Ковена, которых тёмный бог отозвал, также прибыли во дворец. С Храмами разобралась Элина, хоть и пыталась всячески это скрыть. Это показалось Каину забавным, только он не планировал устраивать тут всемирное поклонение Тьме, поэтому ничего не сказал.

Последнее время тёмному богу стали намного понятнее многие вещи — примерно с того момента, как он подчинил отголосок вредной стихии. Теперь он чувствовал, что вместо тьмы из Храмов идёт магия света. Пусть ему так и не удалось выяснить, куда уходит вся энергия от подношений, но заострять на этом внимание не было смысла.

На самом деле, Каин рассудил трезво: если он не планирует захватывать этот мир, то нет смысла думать о мелочах. Это мир Элины. Лишь она вправе решать, какие Храмы здесь возводить.

То же самое касалось и харнийцев. Целый народ отвернулся от тьмы и теперь пользовался только светом и, что совсем удивительно, Силой Грани. Каину это что-то напомнило, но он не стал копаться в укромных уголках памяти. Хотят харнийцы общаться с Гранью — да на здоровье!

Сейчас тёмному богу больше не требовалась дополнительная энергия. Силы хватало и для ритуала, и для того, чтобы пройти разлом вместе с Элиной и хранителями. Точнее, с одним хранителем. Детка — ну и имечко — отказался уходить, со словами: «Мне этот белобрысый не нр-руавится!» А вот Малыш, наоборот, был всеми четырьмя лапами за то, чтобы уйти вместе с ними.

Заявление, что будь Элина хоть трижды богиней, он хозяйку не бросит — весьма насмешило тёмного бога. Просто этот мохнатый ещё не понимал, что скоро той Элины, которую он знает, не станет. Она забудет абсолютно всё и всех после перерождения. Никто из богов не помнит, кем был и как появился — это закон. И пусть все эти боги появились благодаря Создателю, но Каин считал, что Элина тоже всё забудет.

Конечно, ему придётся снова завоевать сердце девушки, но это обещало быть очень интересно. В любом случае, Элина будет принадлежать ему — это не обговаривалось.

Каин вздохнул, возвращаясь к насущным проблемам. Он так и не придумал, что делать с Эриолин. Сестру необходимо было как-то образумить и объяснить, что Тьма вовсе не её слуга, а наоборот.

К тому же Изначальная Тьма, засевшая в его мире, была не маленький слабым отголоском. Уж ей точно не понадобится много времени, чтобы разобраться со всеми богами разом. Так что с ней придётся повозиться и для начала серьёзно ослабить. Но, главное, успеть поставить Храм новой богине, а там они уже что-нибудь придумают.

Ничего, Элина умеет удивить. Тьма ещё будет умолять, чтобы Каин угомонил девушку!

Глава 23

Под ногами Элины мелко задрожала земля, покрываясь трещинами, будто выпитая досуха. Ветер закручивался в беспощадные вихри, подхватывая огненный град, который обрушился с небес гибелью всего живого. Кругом царил хаос, отовсюду раздавались крики людей и мольбы о помощи, но это волновало только настоящую Элину. Та, другая она, радовалась происходящему как ребёнок и наслаждалась чужой болью.

Внезапно девушка перевела взгляд на двух богов, лежащих на алтаре, и зло усмехнулась. Настоящая Элина содрогнулась, увидев обессиленного Эша с Дарионом, прикованных цепями к каменному алтарю. А вот другая она разозлилась. Как же ей хотелось в тот миг уничтожить эту парочку! Достали их сопли и увещевания. И до зубовного скрежета надоели рассказы о большой и светлой любви, дружбе и прочей ерунде.

— Родная, я знаю, что ты меня слышишь, — неожиданно прохрипел Эштиар, заглядывая ей в глаза, словно видел настоящую Элину, а не эту безумную богиню. — Не верь Тьме!

В ответ на его слова взметнулся кинжал, чтобы с неумолимой безжалостностью опуститься на грудь любимого. Настоящая Элина беззвучно кричала от ужаса и горя, но безумная богиня, в которую она превратилась — ликовала. Вытащив лезвие из груди Эша, она не задумываясь, пронзила грудь Дариона, уничтожив Мир!

Тьма была довольна, наконец-то всё встало на свои места.

Элина стояла над двумя распростёртыми на алтаре телами Древних богов. В её руке блестел кинжал, с которого медленно стекала алая капля крови. Сотни тысяч демонов опускались на колени, молча приветствуя свою богиню. А она запрокинула голову, глядя на огненное небо, и захохотала, как безумная. Наконец-то эти драконы мертвы и больше никогда не смогут возродиться!

В глубине сознания, от боли и ужаса, билась в истерике настоящая Элина. Как не старалась она понять, почему всё это произошло — ничего не выходило. Ведь не могла она своими руками убить Эша с Дарионом! Не могла!

И когда показалось, что сейчас она попросту умрёт от горя, сознание закружило и всё вокруг разительно изменилось.

Больше не было Тьмы, демонов, уничтоженного Мира и всего того ужаса, который окружал девушку мгновение назад. Теперь над её головой синело небо и словно миражи медленно двигались белоснежные облака. Элина счастливо улыбалась, стоя с запрокинутой вверх головой, и разглядывала летящего в небе белого сверкающего дракона. К ней подошёл Эш, бережно обнял её, будто величайшую драгоценность, и произнёс:

— Пора домой, родная. Не грусти, мы скоро вернёмся.

Кивнув, Элина махнула на прощание рукой Дариону и взяла любимого за руку, шагнув с ним вместе в открытый портал. В душе юной богини царили счастье и любовь, а в глазах отражались яркие звёзды Вселенной.

— Сделай правильный выбор, — внезапно раздался шёпот Мира в ушах, и Элина в шоке распахнула глаза.

Судорожный вздох нарушил тишину комнаты, а дрожащие пальцы вцепились в одеяло. Перед глазами Элины, словно в калейдоскопе, мелькали образы ночного видения, впиваясь в душу холодными липкими щупальцами ужаса. И как она не старалась, но образ мертвого Эша никак не желал исчезать из памяти.

— Что случилось? — внезапно раздался за спиной родной любимый голос. — Опять приснился кошмар?

Эштиар погладил Элину по голове и поцеловал в плечо, прогоняя ночные кошмары. Повернувшись к нему лицом, она на мгновение замерла, а после буквально набросилась с объятиями и чуть не задушила от радости. Видеть его живым, целым и невредимым, было для неё настоящим счастьем.

В эйфории от осознания, что ночной кошмар отступил, Элина потянулась к мужчине и с наслаждением прикоснулась к его губам своими. Нежно, словно пробуя на вкус. Такой невероятно трепетный поцелуй, словно она хотела насладиться каждым мгновением этого волшебного момента. В этом поцелуе было всё: любовь, страсть, нежность и желание быть вместе Эшем до скончания времён. Но стоило поцелую углубиться и вызвать дрожь желания, как Эш отстранился и весело проговорил:

— Детка, ты всё-таки решила не сдавать последний экзамен? Ну и правильно, он вряд ли тебе пригодится!

— Экзамен! — воскликнула Элина и, быстро выбравшись из кровати, побежала в ванную.

Вслед девушке донёсся тихий смех любимого, который приласкал, словно пёрышко. Эш не знал, отчего так сильно испугалась Элина, но понял, что её срочно нужно переключить на что-то другое. Иначе её состояние грозило перерасти в полноценную истерику, для всей академии.

Просто эмоции девушки уже не могли сдержать даже самые сильные ментальные щиты, что пугало и радовало одновременно. Радовало тем, что ритуал должен пройти успешно. По крайней мере, так было написано в книге, которую читал Дарион. Но никакая теория не способна была заменить практику, а её ни у кого из богов не было! По этой причине Эшу было до дрожи страшно, что он может потерять любимую.