Бывшая жена дракона. Свечная лавка попаданки (СИ) - Буланова Алиса - Страница 35

Толпа любопытных клиентов разглядывает свечи: обычные, фигурные и ароматические в красивых бокалах. Запах мёда, лаванды и хвои смешивается в воздухе. Кто-то утверждает, что огонь свечей обладает магическими свойствами, кто-то просто наслаждается уютной атмосферой. Я наблюдаю за Мари, за тем, как легко она общается с людьми, как они улыбаются в ответ. Здесь её любят.Видимо, поэтому дела у неё идут хорошо.

Медленно, мучительно, очередь продвигается, пока я не оказываюсь перед Мари. Я открываю рот, чтобы заговорить, но слова застревают в горле. Наши взгляды встречаются — напряжённые, настороженные.

— Вы выбрали что-то? — спрашивает она непринуждённо. Однако пальцы её сильнее сжимают оборку передника.

— Я пришёл не за этим, — мой голос отчего-то звучит угрюмо и неприветливо. Я глубоко вдыхаю и, наконец, спрашиваю: — Это правда?

Смотрю на её живот. Мари вздрагивает, инстинктивно прикрывает живот рукой, будто защищаясь. На её лице мелькает что-то похожее на страх, а затем она резко бледнеет.

— Мари! — раздаётся голос из подсобки.

В следующий миг в дверях появляется парень. Я узнаю его, это тот самый сосед родителей Мари. Карл, кажется. Он подходит ближе и бросает беспокойный взгляд сначала на неё, а затем на меня.

— Я подменю, — произносит тихо и мгновенно занимает место Мари у прилавка. Сама же Мари, держась за стену, уходит в подсобку. Я хочу последовать за ней, но парень останавливает меня.

— Посторонним туда входа нет, — произносит буднично, а после улыбается и кивает женщине за моей спиной.

— Мне нужно поговорить с Мари, — произношу я пока ещё сдержанно. Он вздыхает утомлённо.

— Уважаемый, вы или покупайте что-нибудь, или не задерживайте очередь!

Я поворачиваюсь к нему, чувствуя, как внутри закипает ярость.

— Ах ты…

Я не знаю, что хочу сделать. Оттолкнуть его прочь с дороги? Или заморозить до полусмерти? Но парень не ведёт и бровью, только качает головой.

— Не стоит тут так сверкать глазами. Я знаю, что вы сильны, господин. Но я вам не враг, я всего лишь продаю свечи. Или покупайте, или я буду вынужден попросить вас уйти.

Сжимаю челюсти, едва сдерживая порыв накричать на него. Вместо этого я тычу пальцем в первую попавшуюся свечу.

— Отличный выбор, — Карл фальшиво улыбается мне и быстро заворачивает выбранную мною свечу в пергамент. Я бросаю на прилавок деньги, хватаю свёрток и выхожу, даже не обернувшись.

Снаружи мороз кажется ещё более пронизывающим. Меня переполняют двойственные чувства: разочарование, потому что я не смог поговорить с Мари, и странная радость, потому что её реакция говорит сама за себя. У нас действительно будет ребёнок.

Я прилетаю к недостроенному скверу, где должен отрабатывать своё наказание. Площадь, окружённая строениями, кажется пустынной, только рабочие инструменты валяются кое-где. Задача простая — не дать земле снова раскиснуть и превратиться в болото. Я поднимаю руку и направляю поток силы на землю. И вдруг... замораживаю всё вокруг. Не только площадку, но и всю улицу. Фонари покрываются инеем. Деревья облачаются в ледяные панцири. Снег, слежавшийся за день, превращается в стеклянную корку, хрустящую под ногами. Я смотрю на свои руки и понимаю, что на эмоциях вложил слишком много.

— Ох, ну вы и перестарались, господин барон, — раздаётся голос проходящего мимо жандарма. Он потирает свои заиндевелые усы и зябко поднимает ворот форменного пальто.

Я лишь молча киваю служивому. Может, дело не только в эмоциях? Должно быть, четвёртый рог, что появился в моём гребне, дал мне дополнительную силу. Я снова думаю о Мари и ещё не родившемся малыше. Надо бы мне найти для этой новой силы более полезное применение.

Глава 41

Всю свою жизнь я смотрел на окружающих свысока. Мне казалось, мой титул позволит занять высокое положение в обществе. Я никогда не думал, что мне придётся учиться забивать гвозди. Или заниматься другим физическим трудом. Но теперь всё изменилось. Я потерял свою должность мэра и даже родительский дом. И пусть титул всё ещё при мне, но с такой дурной репутацией от него нету никакого толка. Плохая новость для меня, учитывая, что я скоро стану отцом.

Я хочу быть рядом с Мари. Не как гость, который появляется, сеет хаос, а потом исчезает. Я хочу заботиться о ней и нашем сыне, делать для них что-то полезное. Раньше я пренебрегал бытовой магией и смеялся над Клаусом, что растрачивает свои силы на то, что с лёгкостью могут делать слуги. Но когда ты почти преступник, что еле сводит концы с концами, приходится учиться всему с нуля.

Снег хрустит под ногами. Я поднимаюсь по ступеням дома Клауса. Он выходит мне навстречу неожиданно. На нём старое пальто и стоптанные сапоги.

— Что? — спрашивает он меня вместо приветствия.

— Да просто интересно, куда ты собрался такой разодетый? — с нотой сарказма спрашиваю я.

— Настало время навести порядок во дворе, — поясняет он. — За неделю снега намело. Да и дрова надо бы прибрать.

Август кивает мне на занесённые снегом брёвна за забором. Они кажутся очень длинными. Неужели он собирается сам сделать из них дрова для камина? Я вдруг осознаю, насколько я некомпетентен в подобных делах. Становится жутко неловко. И как я собрался о ком-то заботиться, когда ничего толком не знаю и не умею?

— Друг, ты не мог бы научить меня всему этому? — спрашиваю я неловко.

— Ты хочешь, чтобы я научил тебя… бытовой магии? — Клаус смотрит с дурацкой улыбочкой.

— Именно, — киваю я, чувствуя, как крепнет уверенность внутри.

Он медленно моргает, затем кивает на дверь, приглашая зайти в дом. Внутри тепло. Воздух пропитан запахом хвои и дыма. В камине потрескивают поленья, на столе — раскрытая книга, на страницах которой слабо сияют тонкие строки заклинаний. Мне остаётся только подивиться тому, как быстро он призвал книгу из библиотеки.

— И зачем тебе это? — спрашивает Клаус, садясь за стол.

— Хочу быть полезным, — отвечаю я, вспоминая Карла. Он хоть и простой сын ремесленника, но Мари ценит и уважает его. Ведь она знает, что может на него рассчитывать.

Клаус только усмехается от моих слов.

— Ты никогда особо не переживал, что ничего не умеешь, так с чего вдруг начал?

— Я хочу быть полезным не тебе, друг, а своей истинной и матери моего будущего ребёнка, — отвечаю, отворачиваясь к камину.

— Значит, узнал всё-таки? — Август глядит на меня в прищуре, потирает задумчиво гладковыбритый подбородок.

— Узнал, — киваю я.

Где-то внутри меня всё ещё живо возмущение. Раз он понял всё, как только увидел мой четвёртый рог, то почему не сказал?! Но, в конце концов, мне остаётся махнуть рукой на это. Как ни крути, а он умнее меня. И если он делает или не делает что-то, то всё это, как правило, не просто так.

Некоторое время Клаус молча изучает меня. Потом фыркает и встаёт.

— Ну что ж, пойдём. Научу тебя азам.

И снова его слова слегка задевают моё самолюбие. Но я сдерживаю недовольство. В конце концов, Август прав — простая бытовая магия изучается на первом курсе академии. Однако я пропустил эти занятия, поскольку выбрал своим профилем боевую магию. Кто бы знал, что нечто столь простое пригодиться мне в жизни. В следующие несколько часов Август рассказывает, как заговорить лопату и топор, как прибрать двор, не разнеся всё и как построить что-то.

— Главное — береги пальцы, — наставляет он, протягивая молоток.

Я киваю, пробую применить заклинание, но молоток прилетает мне по ноге. Клаус наблюдает за мной с лукавой улыбкой.

— Хорошо, что мы не с топора начали практику. Ты безнадёжен, — выносит свой вердикт. — Забудь про бытовую магию. Лучше стань наёмником, заработай денег и найми прислугу, как раньше.

Я вздыхаю, потирая ушибленную ногу. Пусть в первый раз ничего не получилось, но я не намерен отступать.

***

Дом Мари выглядит таким, как я его запомнил: старый, но уютный, со светом в окнах, с дымком, поднимающимся из трубы. На ступенях хрустит снег, а крыльцо под моими ногами скрипит так, будто вот-вот развалится. Я тянусь к двери, но не успеваю постучать. Она распахивается сама, и на пороге появляется Клара.