Две стороны равновесия. Возвращение к истокам - Усманов Хайдарали - Страница 11

Максим бесшумно перескочил через узкий поток эссенции Чистой Инь. Почти не касаясь земли. Затем проскользнул между двумя валунами. Сделал короткий поворот. И продолжил путь. И теперь двигался он настолько естественно, словно действительно был частью этого места. Одним из его обитателей. Одним из местных хищников. Возможно именно поэтому окружающая энергия Инь реагировала на него столь спокойно. Не сопротивлялась. Не давила. Не пыталась разрушить его меридианы. Наоборот. Она словно узнавала его. Принимала. Позволяла находиться здесь.

Шаг за шагом. Камень за камнем. Он двигался вдоль знакомого ручья. А впереди постепенно начинало ощущаться нечто гораздо более мощное. Гораздо более древнее. Гораздо более насыщенное. Источник. Центр. То самое озеро. Место, возле которого когда-то началась его новая жизнь. И место, ради которого он проделал весь этот долгий путь почти через половину этого мира.

Хищники дна Ущелья

Путь вдоль ручья эссенции Инь оказался не таким спокойным, как первые несколько сотен шагов. Ущелье жило собственной жизнью. Не шумной, не суетливой — скорее медленной и хищной. Здесь редко что-то бросалось в глаза сразу. Опасность обычно обнаруживалась тогда, когда уже заняла правильную позицию для удара.

Сейчас Максим двигался уверенно, почти не сбавляя темпа. Он давно запомнил большинство очевидных ловушек местности. Те самые участки, где кристаллические наросты могли обрушиться от вибрации. Трещины, из которых внезапно вырывался поток переохлаждённой Инь. Тёмные карманы между валунами, где особенно любили устраивать засады мелкие сколопендры. Но даже знакомая дорога никогда не становилась полностью безопасной.

Первого кристаллического паука он заметил по паутине. Не глазами — ощущением. Тонкие нити из полупрозрачного материала пересекали проход между двумя валунами. Они почти не отражали тусклый свет кристаллов Инь и становились заметны лишь под определённым углом. Максим остановился в двух шагах от них, слегка наклонил голову и медленно перевёл взгляд вверх.

Там, на стене, сидел паук. Крупный. Не меньше взрослого человека ростом, если бы расправил все восемь конечностей. Его тело выглядело словно выточенное из мутного льда и дымчатого кварца. Внутри прозрачного панциря лениво циркулировали струйки чёрно-серебристой энергии. Несколько глаз, похожих на капли замёрзшей ртути, были неподвижны и одновременно казались внимательными. Паук ждал. Максим не стал проверять того, насколько быстро эта тварь умеет бросаться вниз. Он сделал короткий шаг в сторону — не назад, а именно в сторону, уходя с оси предполагаемого броска. Правая рука уже сжимала посох. Тот самый посох из древесины пропитанной Чистой Инь выглядел непримечательно лишь для человека, не чувствующего энергию. Тёмное, почти чёрное древко, изготовленное из древесины, которая сама за годы пропиталась эссенцией Инь до состояния природного проводника. На его поверхности местами проступали тонкие серебристые прожилки, будто застывшие молнии.

Паук сорвался с места мгновенно. Не прыжок — скорее падение, которое внезапно превратилось в атаку. Длинные кристаллические лапы сложились, направляя тело прямо на человека. Максим шагнул ещё на полшага в сторону, пропуская тушу мимо плеча, и одновременно снизу вверх ударил концом посоха под основание передних лап. Раздался сухой хруст. Энергия Инь, проведённая через древко, не взорвалась и не вспыхнула. Она просто вошла в кристаллический панцирь, как ледяная вода входит в трещину. По прозрачному телу паука мгновенно побежала сеть серых прожилок. Существо дёрнулось, потеряло координацию и ударилось о камень боком. Второй удар пришёлся уже в центр головогруди этой твари. Панцирь монстра раскололся, словно тонкое стекло. И паук затих.

Максим быстро осмотрел останки. Даже такая добыча была бы ему полезной. Несколько целых сегментов панциря, пригодных для алхимических фильтров, и небольшое ядро Инь размером с перепелиное яйцо. Всё это отправилось в мешочек-хранилище.

Второй встретился примерно через четверть часа. Этот оказался хитрее. Он устроил засаду на потолке узкого прохода, где свисающие кристаллы скрывали его силуэт. Максим заметил лишь слабое искажение воздуха и едва различимый скрип паутины, натягивающейся под весом тела. Не останавливаясь, он резко опустился почти до земли. В тот же миг сверху ударили лапы. Кристаллические когти вспороли воздух там, где мгновение назад была его шея.

Парень перекатился под нависающим выступом и развернулся. Паук уже разворачивался для новой атаки, но узкий проход мешал ему полностью расправить конечности. Максим использовал именно это. Он скользнул внутрь минимальной дистанции, где длинные лапы становились неудобны, и короткими жёсткими ударами посоха перебил две передние конечности. Тварь заскрежетала, выпуская облачко ледяного тумана. Но Максим не дал ей восстановиться. Удар пяткой в нижний сегмент тела, смещение в сторону, затем прямой укол концом посоха в область ядра. Кристаллическое тело треснуло, и паук рухнул на пол. Этого он тоже разделал быстро и без эмоций. Здесь это была не охота ради трофеев, а расчистка маршрута.

Первая из трёх сколопендр появилась из трещины в стене. Всего метра полтора длиной, тонкая и быстрая. Она бросилась к ногам, пытаясь вцепиться в голень. Максим даже не остановился. Его короткий диагональный удар посохом сбил её в сторону, а следующий шаг раздробил голову о камень. Вторая тварь оказалась чуть крупнее и попыталась уйти после того, как почувствовала человека. Парень перехватил её на выходе из узкого кармана между валунами. Одним движением прижал древком к полу и отсёк голову обратным концом посоха. За всё это время он почти не замедлился. Эти твари были частью местного пейзажа. Опасными для невнимательных, но не для него.

Настоящая проблема ждала дальше. Проход расширился, образуя длинную каменную галерею. Ручей эссенции Инь здесь уходил под скалу, и воздух был насыщен холодом настолько, что изо рта вырывался белёсый пар. Максим сразу почувствовал чужое присутствие — тяжёлое, плотное, агрессивное.

Ощутив всё это, он остановился и прислушался. Но вокруг стояла фактически гробовая тишина. Затем слева, из-под нависающего уступа, раздался сухой скрежет множества лап по камню. Из тени выдвинулась ледяная сколопендра. Эта уже не была мелочью. Почти десять метров длиной. Сегментированное тело толщиной с человеческий торс переливалось полупрозрачным синим льдом. Каждый сегмент был покрыт кристаллическими пластинами, а между ними клубилась густая энергия Инь. Голова напоминала странное сочетание многоножки и хищной рыбы. Широкие жвалы, зазубренные внутренние пластины, несколько рядов тёмных глаз.

Она не отступала и не предупреждала. Просто стремительно ударила. Передняя часть тела твари взметнулась вверх с пугающей скоростью, пытаясь накрыть человека сверху и прижать к камню. В обычном бою большинство противников инстинктивно отпрыгнули бы назад.

Максим тут же ушёл вперёд. Сделав рывок под углом, почти под саму голову твари. Камень под ногами хрустнул, когда массивное тело ударило в место, где он стоял мгновение назад. Посох уже двигался. Его первый удар пришёлся сбоку по основанию головы. Не для того, чтобы пробить панцирь — для того, чтобы сбить траекторию и заставить сколопендру раскрыть сегменты при развороте.

Существо заскрежетало и попыталось захлестнуть его телом. Десятки лап ударили по камню, поднимая ледяную крошку. Максим скользнул вдоль внутренней стороны дуги, двигаясь не по-человечески плавно и ломано одновременно. Именно те самые движения, которые он годами вырабатывал, наблюдая за местными хищниками.

Второй удар посоха был уже не силовым. В этот момент парень вложил в древко посоха поток собственной Инь. Дерево, пропитанное этой энергией до самой сердцевины, отозвалось почти живым холодом. Конец посоха вошёл между сегментами шеи сколопендры, туда, где защита была тоньше. Вспышки не произошло. Просто по телу твари побежала волна серо-синего инея, но не снаружи — изнутри. Энергия посоха вошла в её собственные каналы и на мгновение нарушила циркуляцию. Этого мгновения хватило.