Лекс. Книга I - Нетт Евгений - Страница 4

Я снова ткнул в экран браслета, открыл каталог и выбрал самую безобидную технику из всех имеющихся – «Светлячок». Статичный источник света для катализаторов бытового класса, низший уровень сложности – то, что нужно.

Ниже мелким шрифтом шла приписка о том, что данная техника одобрена органами для проверки работоспособности катализаторов вплоть до специализированного класса, что бы это ни значило.

И пункт меню, позволяющий активировать технику, тут тоже имелся.

– Ну, если не сработает, то я хотя бы не взорвусь, – пробормотал я себе под нос, устраиваясь в кресле поудобнее.

В прошлой жизни магия воплощения требовала четырёх вещей: ясного образа, чёткого намерения, вербальной формулы и «точки выхода» магии – рабочего ядра в теле.

Здесь ядра не было. Но на моём запястье прочно обосновался кусок металла, который, судя по всему, выполнял схожую роль.

Ведь если силы нет в теле, но некие воздействия происходят, то пресловутая сила берётся откуда-то ещё. Почему бы не из катализатора, если это он?

Я закрыл глаза, представил сферу света. Без абстракции, с максимумом конкретики, деталей и ощущений. Тепло, цвет, форма, эффект, позиция и «якори» в пространстве – всё воссоздано в моей голове с идеальной точностью. Воображение было моей стихией, и в прошлой жизни я мог удерживать в голове трёхмерные объёмные конструкции вплоть до нескольких часов, даже когда от нагрузки тело начинало сдавать, кровоточа изо всех непредназначенных для этого отверстий.

А здесь, без ядра, это было просто мысленным усилием, которое, по ощущениям, пока что не требовало от меня вообще ничего.

Я щёлкнул кнопкой – и замер в ожидании.

Половина секунды. Секунда. И когда я уже подумал, что ничего не происходит, моего разума коснулось… нечто. Ощущалось это как мимолётное изъятие поверхностной мысли сродни тому, что делали маги-менталисты, но куда мягче и доброжелательнее.

А спустя миг между моими пальцами вспыхнул маленький огонёк. Ровный, жёлтый, тёплый, чёткий и стабильный. Несмотря на описание этого конструкта как стационарного, моего волевого усилия и воображения оказалось достаточно, чтобы заставить светлячок подняться в воздух, описать круг над головой и раствориться в той же точке, в которой я наметил это событие.

– Всё не может быть так просто…

Второй светлячок появился там же, где пропал первый. Опытным путём я определил, что мой «радиус влияния» составляет пять метров и сорок два сантиметра – очень неплохо даже по меркам опытных магов. И на этой дистанции я мог задавать конструктам программу, в соответствии с которой они действовали…

«По крайней мере, это актуально для светлячка» – я поспешил подавить волну детской радости, спровоцированной лёгкостью, с которой удалось достичь результата, ради которого мне-аколиту в своё время пришлось пыжиться три года. Всё-таки я сейчас и не с нуля стартую, а имея обширнейший опыт в условно-смежной дисциплине…

Следом я попытался создать несколько светлячков, остановившись на десятке. На одиннадцатом одновременно существующем светлячке браслет выдал ошибку:

«Превышение допустимого количества конструктов. Прерывание: активно».

И одиннадцатый светлячок испарился через секунду после своего рождения.

Далее я перешёл к форме, но попытка изобразить светлячок в виде звёздочки, а не сферы, снова привела к ошибке, но на этот раз – с красной, пульсирующей иконкой:

«Превышение допустимой сложности образа. Критическая ошибка. Прерывание: активно».

– Ага. Значит, катализатор – он же одновременно и ограничитель. Но возможности... – На лице растянулась довольная улыбка, а внутри зашевелилось нечто, очень похожее на азарт.

В старом мире я не был эталоном личной силы, потому что моя магия зиждилась на мощи ядра, которым судьба меня обделила, а тренировки не могли существенно улучшить ситуацию.

Здесь же, судя по первым впечатлениям, всё строилось на дисциплине ума, воображении и интеллекте. Катализаторы же давали «движущую силу», а у аристократа, очевидно, не могло не быть доступа к довольно качественным устройствам.

«И если я смогу подобрать правильный «двигатель», то моя способность создавать и удерживать в голове сложнейшие, невоплощаемые традиционной магией образы, отточенная за годы, станет не смешной причудой, а настоящей силой. Но прежде – экзамен. Через три дня…».

Я покосился на книги, среди которых призывно лежала весьма любопытная книжка.

«Эрикс-искусства: воображение как основа».

И пусть весь мир подождёт.

Глава 2. Неожиданные обстоятельства.

Книга оказалась тяжелее, чем я ожидал.

И дело даже не в весе переплёта – хотя он тоже был под стать амбициям автора, со всем этим теснением, толстой кожей и серебряными уголками. Проблемой оказался текст, который одновременно умудрялся быть благословением и приговором.

«Эрикс-искусство есть дисциплина интеллекта и разума, ограниченная мощностью вычислительного блока, чистотой и степенью адаптации катализатора. Чем сложнее образ, тем выше требования к первому; чем большее воздействие на материю требуется, тем выше требования ко второму. Впрочем, сии факторы крепко связаны друг с другом, и в разумных пределах одним можно компенсировать другое».

Я перечитал этот абзац трижды, а потом отложил книгу и уставился в потолок, где не без удивления обнаружил имитацию фрески.

Сцена охоты могучей птицы, похожей на ту, что была на гербе рода Лазарь, выполнена была искусно, но бездушно. Иначе и не бывает там, где «картинку» просто копировали, перенося откуда-то точь-в-точь.

«В прошлой жизни моё ядро было слабым, и поэтому я оставался никем, пока не встал на путь наставника, и мне не «сделали имя» талантливые ученики. Здесь же, судя по всему, роль «силы» играли два внешних фактора. И один из них был на моём запястье».

Катализатор.

А второй – вычислительный блок. Он прятался где-то в недрах браслета, являясь его неотъемлемой частью, и именно его мощности, – или немощности? – ограничили меня одиннадцатью светлячками и простой сферой.

«Промежуточный вывод – это два одинаково важных участка «цепочки», по которой требуется пройти для использования эрикс-искусств».

Немного покрутив в голове эту мысль, я вернулся к чтению. И начал с самого начала, на этот раз – вдумчиво, так, как не читал даже в юности, сражаясь за право не вылететь из училища прежде, чем освою первые заклинания.

К счастью, автор «Воображения как основы» оказался не из тех, кто любит сыпать терминами без пояснений или с отсылками к работам коллег.

К третьей главе я уже вполне сносно понимал, что катализатор – это «насос», качающий «нематериальное», людьми толком не изученное, но замещающее здесь магическую энергию, а вычислительный блок – это «фильтр» и «стабилизатор» в одном флаконе, не позволяющий «нематериальному» сделать человеку очень и очень больно из-за глупой попытки объять необъятное и, соответственно, создать нечто, попирающее законы физики.

«То есть местные маги, по сути, работают в безопасном режиме. Удобно устроились. Минимум рисков, минимум целенаправленной подготовки, максимум времени на саморазвитие вглубь, а не вширь. Но из этого же следует и то, что самый жёсткий ограничитель – это внутренности железяк, которыми они пользуются. Идиотизм, или гениальная схема контроля?».

Я провёл пальцем по металлу браслета, чувствуя кожей едва заметную вибрацию. Если это одновременно и источник силы, и намордник, то моя задача на будущее – выяснить, можно ли его снять без вреда для себя.

Сначала – общепринятые методы. Понять, как заменить катализатор на версию помощнее, и завладеть наиболее мощным устройством из доступных. А дальше…

«А дальше – будем посмотреть, как говорил мой дед».

Стук в дверь заставил меня подскочить в кресле. Я не услышал шагов – ковры в коридоре были слишком плотными, а прислуга, судя по всему, тренировалась в бесшумности с пелёнок.

– Господин Лександр? – голос был тихим, ровным, без единой лишней эмоции. – Господин Альберт просил передать, что вы ждёте в его кабинете ровно в полдень. Я пришла напомнить. Сейчас половина одиннадцатого.