Фрейлина. Предотвратить (СИ) - Шатохина Тамара - Страница 75

Но ведь будут и другие… будут обязательно – те, которые подденут грамотно, а может и подло, намеренно поставят в неловкое, а то и унизительное положение. Будут обязательно… спасибо Синицину, что напомнил – нужно держать себя постоянно, поминутно, ни на миг не расслабляясь.

Потому что он один сейчас. Пока еще один, но сделает все, чтобы быть принятым в команду и не просто на равных, а как лидер…

Вечером, уютно устроившись за письменным столом, он макнул перо в чернила и задумался… чистый лист манил своей невысказанностью, а вместить в себя мог так много!

Константин писал к Таис.

«Таис, дорогая! Невозможно соскучился по тебе и стараюсь не думать о расстояниях, разделяющих нас, как и о времени, предстоящем без тебя – это больно. Поэтому я буду очень занят, вечно занят, ведь предстоит сделать столько всего!

Сегодня я близко познакомился с Владимиром Алексеевичем Корниловым – ближайшим помощником вице-адмирала Лазарева…»

Покусав кончик ручки, мужчина немного подумал… стоит ли расстраивать Таис, или лучше сгладить впечатление от не самого лучшего приема? Но привирать, пускай даже в успокоительных целях, показалось недостойным. Недостойным ее. А поэтому… пускай уж легкая недосказанность:

«Оба встретили меня настороженно, что было и предсказуемо в принципе. Но так часто бывает между незнакомыми людьми, и я уверен – при дальнейшем знакомстве мы обязательно найдем общий язык.

Только прибыв, я взялся немедленно посетить Михайловский бастион, что и сделал в сопровождении капитана 1 ранга Корнилова. Впечатлений достаточно, но даже на первый взгляд… не то, что сухопутные подходы к городу, но и морская крепость находится пока еще в недостроенном состоянии.

Возможно, тебе, как и мне сегодня, будет любопытен экскурс в историю… Как это ни парадоксально звучит, но первые укрепления Севастополя появились еще за пять лет до рождения самого города. Шло очередное обострение отношений с Турцией, причиной которого являлось Крымское ханство, в то время уже принявшее (нашими усилиями) дружественную нам сторону. И, дабы упредить агрессию со стороны Турции, Российская империя ввела в ханство войска под командованием генерал-поручика Суворова. Под его руководством и были возведены первые укрепления - батареи с полевыми пушками, прикрытые земляными валами на манер фортов. Ныне их уж нет, но есть другие – спустя пять лет Крым был официально присоединен к России и почти сразу же на берегах Ахтиарской бухты было начато строительство города и последующих каменных укреплений – фортов. С повеления императрицы город сразу же получил статус крепости и имя… хотя логичнее было назвать как раз его Херсоном – здесь совсем рядом на месте древнего Херсонеса имеется небольшой поселок этнических греков, занимающихся добычей камня.

Нынешние укрепления имеют величественный вид и что-то значат – безусловно. Но полный план оборонительных сооружений, утвержденный еще в конце прошлого века, так и не был реализован. Из-за недостатка средств, полагаю. В ближайшее время намереваюсь начать знакомство со строителем-фортификатором, проектантом Михайловской батареи, а именно – инженером-полковником Бюрно.

Кстати… в России почему-то всегда преклонялись перед западным, чего я не понимаю вовсе. Строительство севастопольских укреплений шло многими этапами с самой даты основания города, и все фортификаторы при этом были исключительно иностранцами. Я не умаляю их заслуг, но проект так и не доведен до ума. А посему… к весне я имею намерение затребовать в Севастополь грамотного инженера-фортификатора с русской фамилией. Это не так принципиально… но пускай соединили бы усилия с Бюрно. О нем, напомню, я еще не составил собственное мнение, но от коллективного подхода к решению укреплений не откажусь. Тем более, что проектировать придется и восточные, задача которых будет состоять в том, чтобы умерить угрозы, предполагаемые тобой…

Таис! Я еще не наблюдал осенние шторма на Черном море – в этом году они припозднились, но говорят они также составляют определенную проблему, потому что бывают весьма жестокими к береговой линии. При сильном норд-осте волна, входя в бухту по глубокой воде, резко бьет в береговой откос в месте нахождения Николаевской батареи. Так что, возможно, следует думать и о постройке отрезающего волну мола… Строить его предстоит посредством сброса с барж огромного количества камней. Таким образом сузится и вход в бухту, сделав ее более защищенной.

Прожектов море! Мыслей безумно много и дельных в основном, смею предполагать.

Но, хорошенько подумав… я понимаю, что распыляться на все сразу было бы глупо и следует сосредоточиться на решении какой-то одной задачи, доведя ее до требуемого результата… попутно готовя фундамент решения прочих. Я решил, что первоочередным должно стать строительство завода по строительству паровых винтовых судов. Подготовка к этому на базе Охтинской верфи уже ведется под Петербургом, первый проектный номер будет осуществлен на мои личные деньги. Но сегодня нарисовались дополнительные возможности изыскать средства…

Дело в том, что адмирал Лазарев также понимает необходимость для России в военном паровом флоте, только видение пути к этому у нас не совпадает – заказы на строительство кораблей размещены им в Великобритании. К тому же опять не винтовых. А нынче меня убеждал и Корнилов Владимир Алексеевич – мол Россия неспособна решить проблему ввиду промышленного отставания. Он, кстати, на днях убывает к бриттам курировать это самое строительство, чему я намерен помешать, отозвав средства и вложив их в строительство самого современного местного завода и привлечь к нему Максимилиана Лейхтенбергского – мужа Мэри. Он находится сейчас на излечении в Крыму и весьма разумен в отношении организации строительства с нуля… Что еще по этому поводу? Я категорически не согласен с мнением о том, что мы хоть к чему-то неспособны. Отставание существует, так следует устранить его как можно скорее!

Мне не с кем поделиться всем этим, пока еще нет рядом единомышленников. Поэтому и выплеснул на тебя в этом письме все свои ожидания и надежды, которые честно намереваюсь исполнить. Уверен – поймешь и поддержишь меня. Пиши об этом! Буду ждать с нетерпением…»

Кажется, все...

Нет, еще же пулемет! Таис должна знать, что дело здесь движется – беспокойный Шкурятин жизни никому не даст, но дело сделает. И Заверюгин с его минами… планами массового использования их с заградительной целью. И Пестель с огромным желанием помочь. Дубельт, активно интересующийся татарской проблемой и целеустремленно изучающий местный язык… Ахтырцев, с коим – Костя уверен был, вполне возможно будет обсуждать «сырые» еще прожекты, доводя их до состояния годных к изложению. Максимилиан еще… и Сергей Загорянский. И корабельный инженер Глазырин, и управляющий Охтинской верфи генерал-майор Кишкин. А где-то там... слишком далеко, но так близко к сердцу - безусловно верящая в него Таис.

Почему он один? Нет, уже далеко не один!

Рука летала по листу… листам, машинально выводя каллиграфические знаки, делясь с их помощью мыслями и чувствами тоже…

«Я люблю тебя и невероятно счастлив этим. То, что является только нашим с тобой, придает мне сил. Я чувствую в себе такую мощь, Таис! И обязательно справлюсь со всем, что задумал. Ты дала условный срок на это - семь лет… и хотя я понимаю, что говорить о каком-то сроке в подобном случае сродни гаданию, вместе с тем принял его на ум и отталкиваюсь в своих прожектах от него. Это будет невероятно сложно, времени безумно мало, но у меня есть ты… Ты ведь веришь в меня? Но можешь не отвечать – я уверен в этом. И скучаю безумно...»

Никогда еще Константин не испытывал такой потребности в женщине. Запах яблок в буза-хане, маленькое аккуратное ушко незнакомой дамы, выходящей из коляски… корона из кос на чьей-то головке, мелькнувшая в переулке… Все это очарование, присущее только женщинам, присутствовало и в других, но сосредоточено было в ней.

Как справиться с собой? Как выжить без ее глаз, рук, кожи… смеха, горячего шепота, тихих стонов?..