Фрейлина. Предотвратить (СИ) - Шатохина Тамара - Страница 48

Урок этот учли и на провокации больше не велись, смиренно страдая от головной боли и обпиваясь уксусной водой. Мрачный Шкурятин читал стихи…

Вначале пить приятно водку. Долой несносный пессимизм! Она легко прольётся в глотку, Увеселяя организм.

В конце же водку пить отвратно — Она, мешая явь и сон, То вдруг запросится обратно, Грозя увлечь и закусон… То обернётся сумасбродкой, То вдруг предстанет подлецом, Нетвёрдой сделает походку И экзотическим — лицо.

Великий князь согласно вздыхал рядом.

Однако же попойка сделала свое дело, разделив его мировосприятие на «до» и «после». Он достиг желаемого, отрешившись наконец от, казалось бы, безнадежно затянувших в свой круговорот проблем и сложностей.

- Не жалейте, Константин Николаевич… главное – выжили. В том вашем состоянии или вот так, или баба. В себе держать никак нельзя.

- Я не сожалею и не жалуюсь – страдаю молча, как видите, Владислав Семенович.

- Ранее не приходилось настолько увлечься?

- Отчего же?.. – почему-то стыдился признаться в этом Великий князь.

А бабы… В таком тоне речь шла не так о женщине, как о функции. Понято было правильно.

Аспект близких отношений мужчины и женщины так часто обсуждался в военном окружении, что не знать сути процесса Костя просто не мог. Более того - находясь по большей части в отдалении от женского пола, моряки и вовсе… проводили иногда тему полов там, где даже просто упоминалась какое-либо название женского рода. Или возникала подходящая на их взгляд ситуация…

Расстегивая, к примеру, клапан флотских брюк - лацбант, чтобы помочиться за борт, кто-то мог мечтательно вспомнить вслух легенду, связанную с происхождением сего фасона…

Впрочем, флот не был бы флотом, если бы не был овеян легендами. По одной из них, знаменитые морские штаны с передним клапаном, который облегчал раздевание при попадании в воду, появились уже в петровское время. Якобы, прогуливаясь однажды по Летнему саду, Петр Первый увидел в кустах чью-то голую задницу. Приглядевшись, самодержец узрел матроса, пристроившегося к девке.

– Сия задница позорит собой русский флот! – якобы изрек император и повелел немедленно ввести штаны с клапаном спереди, дабы никто не мог зреть задницу русского моряка во время его свиданий с девицами.

Константин пока еще склонен был романтизировать процесс, может потому и сошелся в свое время с Дубельтом, всегда молчавшим о своих похождениях и Загорянским, ни разу пошлым образом не выразившегося ни о женщинах, ни о близком взаимодействии с ними.

В Ростоке сняли два номера в гостинном доме на западном берегу Варнова - ближе к центру города, задержавшись там на пару дней. Здесь в свое время строились первые паровые корабли Германии, и Костя хотел не просто взглянуть, но и дотошно рассмотреть специальную верфь, чтобы иметь свое мнение перед Кишкиным. А может и толково подсказать тому в случае надобности.

Немцы секрета из устройства дока и верфи не делали, так что живо интересующийся подробностями Константин по часу в день вдумчиво записывал потом свои наблюдения и новые знания в отдельную тетрадь. Обсуждали, советовались, спорили со Шкурятиным… Сейчас Константин только радовался, что рядом не Дубельт. Тот мог грамотно посоветовать разве в лошадях, может еще в сабельной рубке и дворцовых церемониалах.

Оба путешественника отъедались после трех дней похмельной голодовки, с удивлением представляя себе объемы собственных желудков.

Наваристый суп из угря - на бульоне из ветчинной кости с добавлением рыбного филе, лука, моркови, яблок, чернослива, корня сельдерея, корня пастернака и петрушки оказался выше всяких похвал. К нему подали круглую булочку, фаршированную вареными креветками в соусе.

Мужчинам понравилась камбала по-финкенвердерски, которую фаршируют жирным шпиком, репчатым луком и мелкими креветками. Затем запекают в духовке.

Оценили и холундерзуппе – горячий суп из ягод бузины с кусочками яблок, груш и манными клецками… и фризентортэ - торт на основе слоёного и песочного теста со взбитыми сливками и сливовым муссом… Много, много вкусной и сытной еды!

И ни капли алкоголя.

С Ростока до Альтенбурга напрямую по карте было чуть больше двухсот шестидесяти сухопутных миль. Следуя дорогам и обходя природные препятствия, путь этот соответственно удлинился… Наняв удобный крытый экипаж, вначале они двинулись по дороге в Берлин.

Здесь Константин и Владислав остановились на постоялом дворе 1 класса, по новомодному называвшегося отелем. В России в это время гостеприимные дворы строились подобным же образом – с открытыми на улицу арками и колоннами, просторными номерами разного уровня удобства и включенным в стоимость кормлением.

Поездка Константина оплачивалась из казны, так что мужчины особо не роскошествовали, но и не отказывали себе в удобствах. Таких, как ванна в номере, к примеру.

В прусской столице дядюшки по матери, короля Фридриха Вильгельма IV не оказалось, как обычно, он проводил время в своей резиденции в Потсдаме. Но делать еще десять миль, даже чтобы увидеться с родственником, взглянуть на благословенный Сан-Суси (который сейчас усиленно достраивался и реконструировался) и даже просто поклониться могиле Фридриха Великого там же… Все это означало время, а его не было.

В результате все оказалось просто – Константин известил о своем прибытии второго дядюшку. С Вильгельмом все оказалось проще – они встретились в пристойном кабаке совершенно инкогнито. Только вдвоем – Костя хотел договориться и купить те самые французские капсюльные штуцеры и желательно партией, но…

- Это к Фридриху… но и то вряд ли. Партия, это всегда ожидание, а времени у тебя нет… Что ж! В таком случае… - залюбовался Вильгельм подарком сестры - изумительным кинжалом. Бережно спрятал на груди письмо от нее.

- Индийский национальный кинжал – катар, - объяснил племянник, - местное боевое оружие, статусность, красивый аксессуар… Здесь золото, рубины и изумруды.

- На Востоке принято отдариваться, - задумался дядюшка, покручивая тонкий ус: - Подумаю, что можно сделать. А пока – давай…

В номер отеля Костю доставили. Состояние его почти повторяло то – предыдущее. Сутки он болел и ждал. Но все было не зря – доставили три новейших штуцера, бережно смазанных и упакованных к транспортировке. Всё, до чего дядюшка смог дотянуться из Берлина за прошедшие сутки.

Дальше их путь лежал в Лейпциг, а там уже рядом и Альтенбург.

*** Индийский "катар", подарок дядюшке:

.

Глава 25

- Все же я был начальником канонирской команды, Константин Николаевич, к стрелковому оружию имею отдаленное отношение. Люблю его, пользоваться умею, но вот конструирование?.. Пушки несколько иное, - крутил Шкурятин в руках очищенный от смазки штуцер, - а почему их три? Не один, к примеру, или же десять?

- Секрета это оружие больше не представляет, потому дядюшка им так легко отдарился. Да и хм… Александра Федоровна угодила ему с подарком – оба ее брата понимают в прекрасном. А почему штуцер не один? Новинки ненадежны, много бракованных экземпляров. Отец всегда закупает партию, чтобы составить мнение, выявив общие недостатки. Копируем потом, совершенствуя, но это время, да и возможности наших оружейных заводов… с ними беда. Ими руководят такие же… имеющие отдаленное представление, как и мы с вами, Владислав Семенович, а должно бы – грамотные мастера-оружейники на более чем достойном жаловании, - осторожно встал Константин с кресла, прислушиваясь к себе.

- Мне не следует пить, плохо принимаю крепкие напитки, как и отец. Ранее я не понимал его умеренности, сейчас же… наследственное по всей видимости, - поморщился он от головной боли, - а вот со стороны мам а явно все в полном порядке, слишком силен в этом деле дядюшка.