Фрейлина. Предотвратить (СИ) - Шатохина Тамара - Страница 40

Он выбрал себе покои на втором этаже: спальня, кабинет и что-то наподобие хоз. комнаты. Мне достались апартаменты в противоположной стороне дома. Муж демонстративно дистанцировался от меня. Можно было расположиться ближе, но нет…

- Даша, ты будешь жить здесь, со мной, - решила я, осмотревшись в комнате с кроватью. Спальня, будуар? Все вместе?

Вторая была меньше и, как кабинет, меня не интересовала. Как Дашина комната – да. Поскольку та храпела во сне, лучше было разместить ее за закрытой дверью, но все-таки рядом. Совместить комнату горничной с гардеробной, как в замке Людвига, кстати…

Захотелось осмотреться снаружи, подняться на склон – вид оттуда должен был быть шикарным.

Попросив прислугу поднять и разобрать мои вещи, я потащила за собой и Дашу – сейчас она казалась единственной близкой душой здесь. Замороженная физиономия Фредерика считать его таковым почему-то уже не располагала. Придется перетерпеть пока у него что-то там перекипит и уляжется после разговора с родственником – расспрашивать бесполезно, это понятно. А дальше или он разморозится, или придется мне наводить мосты заново.

- Присядьте, барышня, что ж ноги-то трудить? И так еле выползли, - не особо радовалась Даша красотам Неметчины.

Я послушно села на узкую скамью и принялась зачарованно рассматривать окрестности Штутгарта.

Город расположился у реки на холмах. Застроены они были не все, некоторые укрывали виноградники - будто зеленое полосатое одеяло. Цент города был ближе к реке - совсем в долине и, по прошлым ощущениям, там было гораздо жарче. На возвышении же, где мы сейчас находились, приятно гулял ветерок.

Вдали горный массив Швабский Альб резко обрывался к долине. Но горы не закончились так просто, не сдались – в долине виднелось множество скальных выходов, впечатляли часто разбросанные природой валуны разного размера и яркая зелень, досыта напоенная влагой речной долины. Крыши города выглядели или веселыми из-за красного цвета черепицы, или строгими – крытые темной фигурной дранкой.

В общем и целом… красиво это было до одурения! Тот случай, когда слова слабы, разве что матюгнуться от избытка чувств, как в том анекдоте? Жаль, не мой стиль.

А если серьезно? Побывать бы там, в этих горах… сладко заныло что-то внутри.

Это плато потом будет объявлено наследием ЮНЕСКО – скалы, уникальные леса, горные озера, карстовые провалы, пещеры… Но не только природные красоты стали тому причиной – пещеры эти служили убежищем для древних людей, после которых на стенах остались интересные фрагменты наскальной живописи. Как искусствовед, я помнила, что именно где-то там – в глубинах Швабского Альба, найдена была женская фигурка, названная Швабской Венерой – одна из многих подобных ей «Венер». Но это произведение искусства верхнего палеолита признано самым древним образчиком доисторического фигуративного искусства – ее возраст оценили почти в 40 тысяч лет.

Как и все фигурки, символизирующие плодородие, она изображает женщину с гипертрофированными половыми признаками. Вместо головы (не самой важной части тела в этом случае) у нее петелька. Очевидно, владелец носил ее на шее.

И вот что странно… глядя туда и представляя все красоты и тайны Швабского Альба, я поняла, что именно больше всего щекочет воображение - пока еще ненайденность этой штуки. Лежит она сейчас в пещере спокойненько и лежать так будет до 2008 года… Того – моего года. Это странным образом роднило меня с фигуркой – наша общая будущая история, то мое знание о ней.

Беда, да и только… неужели очередной виток ностальгии? Учитывая, как складывается все остальное, не первый ли шажок к депрессии?

Когда мы вернулись, довольно долго просидев на вершине холма, вещи были уже разложены и постели застелены. Выпив горячего молока, я сняла уличную одежду и набросила на нижнюю рубашку капот… Что-то нужно было делать с одеждой и срочно – животик потихоньку рос. Я не так, чтобы поправилась, хотя уже и посвежела после дороги, а вот он рос…

Фредерик как-то обещал помочь мне с одеждой здесь. Понятно, что удовольствие дорогое… да и в любом случае, мне пора было узнать размер денежной части моего приданого. Кажется, Хофбанк?

Я успела подремать, не засыпая полностью. Слух улавливал незнакомые посторонние звуки, адаптируясь к ним и потихоньку привыкая. Прилегла у себя и Даша. Наконец в дверь постучали и пригласили Ее светлость откушать.

Я объелась, всерьез опасаясь, что желудок не справится и я опозорюсь, но было так вкусно!

Оказалось, что одним из самых знаменитых блюд швабской кухни были маульташены. По внешнему виду почти точь-в-точь русские пельмени. Вкусное блюдо еще и со своей историей - согласно легенде, их рецепт изобрёл один монах, который хотел обойти запрет на употребление в пищу мяса во время Великого поста. Он завернул мясо в тесто, чтобы скрыть его от Бога. Поэтому маульташены называли еще – нerrgottsbscheißerle. Слово переводится как «способ обмануть Отца небесного».

Другое традиционное блюдо, которым нас кормили - шупфнудель, плотная такая лапша с хрустящими шкварками, приготовленная из теста на картофеле с яйцом. К ней подали чечевицу, сваренную в бульоне и слабо заправленную уксусом.

- Кто оплачивает жилье и еду? – всерьез запереживала я, - у нас достаточно средств? Если что, давайте наведаемся в банк…

- Ваше приданое по контракту, подписанному мною и вашей матерью, принадлежит исключительно вам, - ровно отметил Фредерик.

- Хорошо бы ознакомиться со всеми бумагами, которые есть у вас на руках и относятся к Моей светлости, - процедила я.

Что там еще за сюрпризы могут всплыть?

- Контракт не означает, что их не могу тратить я. Мне нужна одежда, эту уже некуда расставлять, - попыталась я оттянуть на талии платье, но сидело оно плотненько.

- У меня достаточно средств…

- Да я просто хочу знать, насколько достаточно их у меня, – возмутилась я, - в конце то концов! Я понятия не имею о сумме.

- Пятнадцать тысяч русских рублей серебром, но наличность в империалах, - увидев выражение моего лица, чуть помолчав, муж осторожно объяснил: - Золотой империал, это десять рублей серебром.

- А в… здешней валюте? – пыталась я вникнуть.

- Один вюртембергский гульден это шестьдесят крейцеров или сорок семь российских копеек. В банке для вас все сосчитают и поменяют сумму по вашему желанию.

Кивнув, я сломала веточку, расчистила туфелькой место на дорожке и записала курс. Отступив, принялась рисовать цифры, умножая и деля в столбик. Колонка цифр на дорожке все росла… закусив губу, я старательно выясняла свою платежеспособность здесь.

Глава 21

Банк находился в центре города и понятно, что к нему надо было не идти, а ехать. Наемный экипаж вызвали, но возникла еще одна проблема.

Непонятно взглянув на меня, Фредерик сказал:

- Перед посещением банка необходимо зайти в шляпный магазин, Таис. Для выхода в город шляпка или шляпа обязательны.

- Но Оуэн… - вспоминала я городок гера Людвига, а заодно и Петергоф. В России, насколько мне помнилось, обязательным атрибутом и показателем приличия шляпы еще не являлись. В это время точно.

- Оуэн большая деревня. Селянки там носят капоры, а вам нужна шляпка, - настаивал муж.

Мне гардероб менять пора, а к нему уже подбирать шляпки – едва не выдала я в сердцах. Кстати, и Фредерику тоже не помешало бы. Кроме формы, у него было всего две смены одежды. Та, в которой он был сейчас и еще одна, не считая домашней. Возможно, на летний период этого и достаточно, только рубашки меняй. Но что-то мне подсказывало…

Для всего этого нужны будут деньги, чтобы не жаться, выбирая. А значит - банк. Вначале он.

И все-таки пришлось вернуться в комнату...

Последнее время я всегда делала одну и ту же прическу – коса короной вокруг головы. Даша просто не умела ничего другого, я, впрочем, тоже. Скрутив тонкий полосатый шарф, я уложила его вокруг короны из волос, завязав на затылке бантом. Белый с голубым, он шел к платью. Белые перчатки. Белый зонт…