Фрейлина. Предотвратить (СИ) - Шатохина Тамара - Страница 36

И в какой-то момент…

Все шло своим чередом, а потом вдруг с ним что-то случилось и стало безразлично… не все, но очень многое. И, выслушав очередной грязный намек, которые раньше списывал на глупость, потому что повода к ним не давал… сейчас он медленно снял перчатку и отстегал ею обидчика по лицу.

Полковой трибунал счел повод для дуэли несущественным, прямого оскорбления нанесено не было, а намеки… Ну что намеки? Не нужно давать к ним повода, то есть… конфликт следовало решить миром со взаимными извинениями и дальше вести себя по-мужски.

- Снимать шлюх, тратить последнее на кутежи, жениться по приказу, - иронично предположил Фредерик.

- Выбор за вами, letnant, - встал из-за стола командир полка, - белая ворона слишком заметна и покоя ей не дадут, пока не подстрелят. Или будьте, как все, или… ищите новое место службы. Все равно в дальнейшем вы продолжите если не в крепости, то на кладбище.

И это случайность, наверное… но вскоре состоялось что-то вроде родственного схода. Это был званый бал в любимом дворце короля Вильгельма Розенштайн, вблизи Штутгарта.

Фредерик рад был вырваться со службы. В полку он чувствовал себя в заточении, уже не позволяя себе дружбы. И даже разговоров не по существу службы. Искать место? Он просто не представлял – где и как. Для перевода на новое место нужны были или рекомендация начальства, или личные связи.

На балу Фредерик познакомился с Карлом, кронпринцем и таким же отверженным, как он сам. Они были похожи, быстро сдружились, а дальше и больше… Это не было для Фредерика такой уж потребностью, скорее вызовом. А еще благодарностью и желанием радовать близкого человека, которым стал для него Карл. Потребность в близости у него была огромной и давно… не телесной - духовной. Но раз для Карла эти вещи неотделимы… к тому же в их отношениях царило равноправие. Особо и ломать-то себя не пришлось – впервые его соблазняли, а он услышал в себе отклик.

Почему это все же случилось... он много думал об этом.

Как вызов, как акт отчаяния или способ не потерять того единственного, кто понимал его… Кто знает? Они были очень похожи. Оба прекрасно образованы, оба хороши собой, из знатной семьи, любители книг и философии… К тому же Карл был намного увереннее в себе, четко знал чего хочет, казался Фредерику и сильнее, и мужественнее, чем он сам. В нем ему ясно виделось то, в недостатке чего его самого так настойчиво упрекали.

Он даже завидовал в этом вначале еще только другу.

Возможно, именно эта зависть и желание присвоить себе черты «недостающей» ему мужественности незаметно переродились позже в желание сексуального контакта, сутью которого как раз и есть обладание партнером, присвоение его качеств и восполнение собственных пробелов в формировании мужественности.

Их свидания случались нечасто, но… о них узнал король, который и раньше подозревал о пристрастиях сына.

До этого Фредерик успел получить перевод в полк неподалеку от Штутгарта и, как водится, слухи догнали его и там. Но уже пошли другие… и они связывали сослуживца с будущим королем. Служба более-менее сложилась, но жизнь стала почти невыносимой.

Разговоры с отцом, его угрозы, обвинения, оскорбления, требования…

В конце концов, их с Карлом отношения были вынесены на тайный семейный совет. Обоих юношей вызвали практически на суд. Там Фредерик будто замерз изнутри, не обращая внимания ни на кого, только обреченно впитывая всей своей сутью отцовское презрение. Чувствуя, как окончательно отмирают внутри сыновние чувства.

Взбрыкнул и Карл, но иначе - отвечая резко и вызывающе. Король грозил написать завещание в пользу племянников, что было принято опять же с вызовом… Тогда Вильгельм просто отправил сына в «ссылку», как и Фредерика в часть, расположенную на окраине королевства.

Но они переписывались и довольно оживленно. Письма перлюстрировались, но ничего предосудительного в них не находили – только общие интересы.

Потом оказалось, что кто-то из присутствовавших на том совете то ли проговорился… а, скорее, так широко слухи разнесли умышленно. Может тот же королевский кузен, в надежде на престол для кого-то их своих сыновей. О пристрастиях кронпринца заговорили в Европе…

В сорок шестом году, зимой, Карл перенес тяжелую простуду. На этом основании и вырвался на время из-под опеки отца в Италию, в Палермо… Препятствовать долечиванию сына король не стал.

В это время на итальянском курорте отдыхали Российская императрица и Великая княжна Ольга Николаевна. И вполне ожидаемо… как эстет и ценитель прекрасного, последней Карл был буквально очарован…

Глава 19

После сговора кронпринца и Великой русской княжны что-то ощутимо изменилось.

Да, собственно, изменилось одно – отношение к ним отцов, но это повлекло за собой остальные изменения, а отцы просто перестали замечать их. И на этом легко выдохнули, пожалуй, все участники конфликта, получив может и временную, но передышку – приличия были соблюдены, дань им отдана.

Теперь оба непутевых сына получали запечатанные, а не демонстративно вскрытые письма. Прекратились встречи и ссоры с родителями… ну да – о них будто забыли. С чьего-то молчаливого разрешения Фредерик даже вернулся в часть подле Штутгарта.

Он был посвящен в подробности договора между Карлом и Ольгой, но как относиться к этому, пока не понимал. Чтобы составить собственное мнение, нужно было знать мотивы девицы, потому что выглядело все более чем странно.

Он внимательно рассмотрел портрет Великой княжны, что только усилило недоумение.

Летом Фредерик взял отпуск и в Россию выехали они оба и сильно заранее. Специально не воспользовались водным путем, предпочтя ему длительное путешествие. Причина была не столько в потребности общества друг друга, как в желании вдохнуть воздух свободы. Иметь возможность дышать им хотя бы во время пути. Атмосфера Вюртемберга оставалась для обоих тяжелой и душной, давила и огорчала, иногда доводя до отчаяния.

После знакомства с императорской семьей и невестой вопросы для Фредерика только умножились.

- Зачем это ей? – недоумевал он.

- Я не знаю… - пришлось признаться Карлу.

- Тогда зачем и начинать?

- Все лучше, чем… это хоть какой-то выход.

Это-то Фредерик понимал – самому иногда приходило в голову… особенно после того суда. Не самоубийство - оно малодушие и грех. Но плюнуть на все и отомстить за оскорбления, возможно попав под чужой удар, иногда казалось единственным выходом. А там как получится, кому повезет... Дуэль, кстати, не самый плохой способ красиво уйти из жизни, в которой ничего толком и не держит – не сложилось, не повезло.

Мотивы Ольги не просматривались для него вовсе. Красива, умна, прекрасно воспитана и образована. Самая выгодная и престижная невеста на этот момент. Странно...

Но Карл находил удовольствие в общении с Ольгой Николаевной, они проводили вместе много времени, оставаясь интересными друг для друга. А вот отношения между юношами прекратились – совсем или на время? Неизвестно. Но, глядя на заинтересованно общающуюся пару, Фредерик стал задумываться, чувствуя в себе крохотную несмелую надежду – неужели можно исправить?

Неужели шанс существует?

Пока он просто наблюдал, а за ними с Карлом присматривал дядюшка.

И поскольку кронпринц был занят невестой, а потом и женой, а в компанию молодых мужчин и фрейлин полноценно Фредерик так и не влился… Он и здесь чувствовал себя белой вороной - от него ожидали комплиментов и флирта, пикантной игры и возможно ее продолжения, но все эти ожидания так осточертели еще дома!

Женщины везде одинаковы, всё повторялось, а некоторые моменты и вовсе грозили убить остатки его терпения в отношении слабого пола – Мария… сестра Ольги и жена Максимилиана Лейхтенбергского.