Фрейлина. Предотвратить (СИ) - Шатохина Тамара - Страница 13

Глава 7

- Боюсь, Марию Дмитриевну сложно удивить, Ваше высочество, - грустно констатировал обер-гофмаршал, - у Нессельроде лучшая кухня империи, даже придворные мундкохи (*повара Семьи) не сравнятся с умением кохов Марии Дмитриевны. И даже горящее мороженое у них, поговаривают, готовят особым образом – запекая меренговую корочку при помощи утюга.

- Утюга... – помолчал Константин, - Александр Аггеевич, но разве меня интересуют способы приготовления? Мне нужно приятно удивить женщину – всего лишь.

- Лучшие повара – у Нессельроде, - расстроено признал мужчина, - сложными рецептами ее не удивить. Может стоит исходить из простого? Возможно - шоколад? Его обожают все женщины.

Не только его – пронеслась в мозгу Кости мгновенная ассоциация.

- Тогда сделайте клубнику… с хвостиками и макните ее в шоколад, что ли? Куда уж проще, - предположил он осторожно.

- Куда прикажете доставить сей продукт?

- Заберу сам. К шести часам должно быть готово.

Повара постарались и, открыв за столом нарядную коробку, Мадам Нессельроде восхитилась:

- Удивительно! Замечательная идея для срочного набора – белый, молочный, темный шоколад… и он мягкий?! Здесь жирные сливки, должно быть. А клубника с листиками… это должна быть самая первая свежесть… и один размер. Но здесь есть еще что-то… и настолько мелкой фракции, что шоколад лег гладко. В чем секрет ароматных примесей, Константин Николаевич? – радовалась женщина, - я правильно определила – ваниль и перец в белом сорте? А здесь… неужели мята?

- Не имею понятия – этот десерт пробуете вы первая, он создан для вас. С вашим вкусом и полетом воображения, Мария Дмитриевна, подобрать великое множество идеальных вариантов не станет проблемой. Развлекитесь нам в удовольствие, - не так уж и льстил довольный результатом Великий князь.

Идея со съедобным подарком была не так, чтобы новой. Да и все знали, что Мария Дмитриевна старается именно для мужа. Не просто вкусная, но изысканная еда была семейным увлечением – родственник канцлера Александр Гурьев также был знаменит своей кашей и не только.

В этот раз высокого гостя угощали фирменным консоме – крепким бульоном из рябчиков с профитролями с начинкой из каштанового пюре и протертого мяса дичи. А также грибным дюкселем – мелко порубленными белыми грибами, луком и неведомыми до этого Константину травами. В императорской семье повседневная пища была вкусной, но простой, а уж на корабле… с тонким вкусом и привередливым желудком, как у канцлера, там было бы просто не выжить.

После ужина, который завершился знаменитым каштаново-сливочным «пудингом Нессельроде», запеченным в стеклянных креманках и поданым с медовыми сотами, мужчины перешли в курительную. А, скорее, переговорную – табак не употреблял ни один из них.

- Для вас, Карл Васильевич, у меня также имеется сюрприз. Велите внести, мой человек ожидает в экипаже.

Звякнул колокольчик, канцлер отдал распоряжение и вскоре Константин расстилал на столе карту Крымского полуострова с прилегающими территориями.

- И что значит сие подношение? – удивился хозяин.

- Штабная игра, не так давно получившая популярность. Вскоре о ней узнали бы и вы в том числе, пока же это занятие - прерогатива морских офицеров. Все свободное время кают-кампании отдано ей.

- Любопытно, - оживился канцлер. Офицер в прошлом, он имел представление о штабных играх.

- Подобные карты в книжных лавках Петергофа и Кронштадта все разобраны, что вынудило совершенствовать игру – ныне поверху крепят кальку и чертят уже по ней. Также придуманы наступательные фишки, а еще карточки прикупа. Вначале же использовались только листы бумаги, как при игре в буриме - участники записывают свои действия, скрывая их и загибая для этого лист. Одновременно оглашается действие на карте.

Если противник опротестует манёвр, как невозможный, открываем запись – в ней наши тузы в рукаве. Но каждое записанное действие следует грамотно обосновать, оно должно быть реально исполнимо, иначе маневр не засчитывается. Здесь у меня калька… - зашелестел небольшой рулон в руках Константина, - фишки и карточки не стал брать, мы с вами сыграем по старинке – суть не изменится. Игра называется «Защити Севастополь». Я буду агрессором, вы – защитником. Приступим?

- Ну давайте… попробуем, - усмехнулся канцлер.

- Еще одно, Карл Васильевич - заранее прошу прощения, но это будет эмоционально, потому что спуску я вам не дам. Не держите в себе… помним, что это всего лишь игра и не более того.

Через час где-то мужчины пили «холодную мяту с лимоном», успокаивая взволнованное дыхание. Воспитание и выдержка не изменили - голоса не сорвали и на личности не перешли, но понервничали оба знатно.

В это время, привлеченная громким разговором и уже ознакомившаяся с условиями игры, Мария Дмитриевна сличала записи последнего раунда. И забив, что называется, на игровой момент, сразу задала вопрос по существу:

- Насколько реальна угроза нападения такой коалицией?

- Таковое считаю принципиально невозможным, - отрезал муж.

- Обоснуйте, будьте добры, Карл Васильевич, - предложил Константин, - я уже слышал, но… для Марии Дмитриевны.

- Бритты не так глупы, - не желал канцлер углубляться в детали.

- Так они и поедут на дураках, - задумчиво произнесла дама, - и насколько реально их преимущество над нами?

- Оно существует, - вынужден был признать муж, - но я не вижу причин для такого демарша со стороны Великобритании.

Константин кивнул, соглашаясь:

- Причин… то есть, поводов пока действительно нет, но их всегда можно создать, а вот цели и интересы Великобритании давно и ясно прослеживаются. Кому это знать, как не вам. Я не стану убеждать в реальности угрозы – сам поверил в нее с огромным трудом. И это правильно, ум сопротивляется новому видению ситуации. Здесь следует даже не размышлять, а мыслить по-новому. И признаюсь вам… настоящее беспокойство во мне пробудила не сама игра – отнюдь, а вот такая… бессильная реакция на нее всех без исключения участников. Я и сейчас чувствую это - внутреннее опустошение. Уверен, что и вы тоже.

Нессельроде тяжело промолчал.

- Я крайне обеспокоен, Карл Васильевич. Более того - просил для себя у императора должность севастопольского губернатора, попутно собираюсь возглавить Черноморскую флотилию. Надеюсь мирно поделить Николаев и Севастополь с Лазаревым Михаилом Петровичем. Каждый из этих городов требует отдельного, особого внимания. Николаевские верфи способны производить паровые корабли не хуже британских – уверен.

Нессельроде отрицательно мотнул головой и, придержав полы домашнего сюртука, устало присел в кресло. Спокойно заметил:

- Вы даже не представляете всех сложностей такого предприятия и речь не столько о деньгах. Но и с ними будут сложности - у Николая Павловича иные планы на вложение капиталов. С подачи фрейлины Шонуровой, - ухмыльнулся он, - намечается расширение научной базы в изучении физики эфира и общей механики. В ближайшее время Московский и Петербургский университеты станут обрастать испытательными и обучающими лабораториями. Уже идет поиск в других учебных заведениях талантов в естественных и точных науках. А благодаря вашему вмешательству, дорогая Мария Дмитриевна, процесс ускорен настолько, насколько это вообще возможно. Государь не намерен делиться ни с кем – скорее диктовать.

Услышав имя Таис, Константин широко улыбнулся, будто получив дополнительный заряд энергии – что еще она натворила и когда успела, если даже отец?.. Но это терпит, да и внимательный взгляд хозяйки отрезвил. Все потом, а сейчас Нессельроде требовалось если не дожать, то хотя бы поселить в нем сомнение.

- Диктовать мы пока еще можем, но не слишком долго, Карл Васильевич. Лет пять… семь от силы. К этому времени бритты построят достаточно многочисленный флот, чтобы угрожать им России не только на Черном море. Балтика, Японское…