Истинная для четырех драконов (СИ) - Иак Алатея - Страница 10

Я посмотрела ему в глаза и увидела, как он ждёт признания, не торопит, а просто стоит рядом и смотрит так, будто от моих слов зависит что-то очень важное, но я не нашла нужных фраз и вместо этого просто протянула ему руку.

Даркмур сел на край кровати, одним движением снял пиджак, показывая мне перекатывающиеся под тканью рубашки мышцы, после чего медленно и осторожно взял мою правую руку. Мужские пальцы трепетно скользнули по коже, где было написано его имя, словно боясь стереть надпись. Но даже после нескольких молчаливых минут разглядывания символы старого драконьего наречия никуда не исчезли. В какой-то момент мне даже показалось, что инквизитор специально тянет время и хочет подольше ко мне прикасаться.

— Покажешь свою, — попросила я, желая продлить романтичный момент.

Андер Даркмур расстегнул пуговицу на манжете чёрной рубашки и задрал ткань до локтя, подставляя мне то, что я попросила. Я провела кончиками пальцев по древним рунам и почувствовала, как он вздрогнул. Мы смотрели друг на друга невыносимо долго, и я не знала, кто сделал первый шаг, но вдруг наши пальцы переплелись.

— У меня в инквизиции есть лаборатория, — сказал он хриплым от возбуждения голосом. — Завтра сделаешь там антидот.

— Я не буду делать антидот, Андер. Я не хочу, — ответила я, понимая, что и он этого не хочет, иначе потащил бы меня туда уже сейчас.

Инквизитор посмотрел на меня долгим и изучающим взглядом, пытаясь усмирить свой пыл, который прятался внутри и только еле заметными признаками проступал наружу.

— Разве тебе не хочется освободиться от этой привязанности? — спросил он тихо.

— Мне достался достойный дракон, даже если это вышло случайно, я не хочу отказываться от любви, о которой грезила всю жизнь.

Даркмур молчал, и лишь уголок его губ чуть заметно дрогнул.

— Жаль, что мне досталась такая невыносимая драконица, — сказал он мягко и почти нежно. — Тебя же придётся запирать, чтобы ты не натворила глупостей.

— В твоём доме? — уточнила я, чувствуя, как внутри разливается тепло и плещется от груди к низу живота, от живота к горлу и щекам.

— Конечно.

Я медленно потянулась к нему, давая возможность отстраниться, но он не отодвинулся. Я приподнялась на руках, упирая их в кровать, и поцеловала своего дракона. Легко, неумело, первый раз в жизни.

— Аннабель… — выдохнул инквизитор мне прямо в губы, когда я отстранилась на пару сантиметров.

— Накажешь меня за мой первый поцелуй? — прошептала я, глядя в его глаза.

— Это не считается поцелуем, если я не ответил, — сказал Даркмур, провоцируя меня попробовать ещё раз соблазнить неприступного дракона.

Я поцеловала его снова — на этот раз смелее и требовательнее, вцепившись пальцами правой руки в ворот его рубашки и притянув к себе. Я чувствовала, как он сдаётся. Я отвлеклась всего на несколько мгновений, чтобы перевести дыхание и усмирить бешено бьющееся сердце в своей груди, только Андер уже не мог ждать. Дракон впился в мои губы так, будто ждал этого весь вечер: никакой осторожности, только дикий голод и желание получить то, что он хочет. Ни антидот, а меня, прижатую к постели и постанывающую ему в губы. Мы целовались долго и жадно, истязая друг друга и награждая одновременно.

В какой-то момент у меня закружилась голова от переполняющих меня чувств, и я взяла паузу отдышаться.

— Андер… — простонала я мольбу, когда на мою щеку и подбородок обрушился шквал поцелуев пылкого инквизитора.

Он взял моё лицо в свои большие и горячие ладони и продолжил целовать губы, не давая мне опомниться. Мои тихие стоны, кажется, сводили его с ума, потому что он завис надо мной, как коршун, и с каждым движением становился всё отчаяннее в попытках зацеловать меня до смерти. Я гладила голодного зверя руками по спине, натягивала ткань рубашки, впиваясь пальцами, прижималась ближе и показывала, как сильно хочу, чтобы он не останавливался. Счастье разорвалось глубоко внутри и просилось наружу через каждую клеточку моего тела.

Андер отстранился первым, тяжело дыша, с расширенными зрачками и мокрыми от моих губ собственными губами.

— Не надо пачкать белый лист так быстро, — сказал он хриплым от возбуждения голосом, сдерживая прежде всего себя. — Давай хотя бы сходим на свидание.

— А ты уже думаешь про мой белый лист? — удивилась я, ещё не придя в себя.

— Как снять с тебя одежду и лишить невинности? Нет, что ты, я же не влюблён в тебя без памяти, — усмехнулся собеседник, быстро лёг рядом и переложил меня себе на грудь. Я слушала, как его сердце колотится быстро и гулко, совсем не сдержанно, а ладонь гладит меня по волосам от макушки до плеч.

— А где будет свидание? — спросила я, уткнувшись носом ему в ключицу.

— Надеюсь, в моей спальне, — ответил он мгновенно, а затем недовольно сжал зубы, меняя ответ кардинально. — В любом ресторане на твой выбор.

— Мне нравится первый вариант, — прошептала я, улыбаясь. — Думаю, твои слуги прекрасно готовят.

— Я запятнаю твой белый лист по самые края, — выдохнул он мне в макушку угрозу и обнял крепче.

Я подняла голову, поцеловала дракона в уголок губ, сразу получая одиночный сладкий поцелуй в ответ.

— Спи. Иначе я достану краски прямо сейчас, — сказал Андер тихо, растягиваясь в обворожительной улыбке.

— Надо написать Элис, что я задержусь до завтрашнего вечера, потому что пойду на свидание с самым шикарным драконом.

— Хорошо, но после того, как я немного остыну...

Я посмотрела туда, куда неприлично смотреть юным драконицам, и даже приоткрыла рот.

Андер Даркмур прижал мою голову к своей груди, ограничивая мой кругозор на его бёдра с чем-то подозрительно выпуклым под тканью.

Глава 10

Проснулась я оттого, что полуденное солнце пыталось пробраться сквозь мои веки прямо в глаза. Я перевернулась на бок и свалилась с кровати, больно ударяясь локтем.

— Вот же зараза... — выругалась я в сердцах, целуясь с полом.

— Она уже проснулась, вы сами слышали! — с этим звуком в мою спальню ворвался наглый дракон в синем камзоле, один из тех, с кем я танцевала на балу. Кажется, его звали Генри. В его руке был огромный букет алых роз, а вот на лице — полное удивление. Слуга дома выглянул из-за плеча дракона посмотреть, почему меня нет в постели, а розовое пятно растянулось по полу.

— Вот же зараза... — снова выругалась я и поползла под кровать.

— Куда же вы, Элис, я же только пришёл, — произнёс нахал уверенно, будто я ему должна гору золота.

— Мне и тут хорошо, уходите, я не ждала гостей, — пробубнила и попыталась продумать план побега. Только если через окно.

— Боюсь, от вас мало что зависит. Я намерен пригласить вас на свидание, и если вы хотите провести его под кроватью, значит, так тому и быть, — выдал Генри Рид, ни разу в себе не сомневаясь, и мне под кровать, разобрав букет на отдельные цветки, начали просовывать подарок.

— Это вам, самые лучшие розы в столице, — заверил меня собеседник. Аромат был чудесный, и романтический жест хороший, если бы у меня не было четырёх имён на запястье.

— Что здесь происходит? — спросил новый гость. Я выглянула и увидела только штаны белого цвета.

— Себастьян, что ты здесь забыл? — сразу встал в защитную позу Генри.

— В этом доме живёт моя истинная пара, я пришёл пригласить её на обед. Где она? В ванной? — ответил Себастьян и отворил дверь в уборную.

— Ты что-то перепутал. Здесь живёт моя истинная, моя отметка на руке это подтверждает, — начал выяснять отношения Генри, не уступая сопернику.

— Твоя отметка ложная, я слышал, такое бывает. Покинь этот дом... по-хорошему... — перешёл на угрозы Себастьян.

Мне крышка.

Я лежала под кроватью, сжимая в руках алую розу и притворяясь пылью.

— Ложная? — Генри рассмеялся, но смех вышел каким-то слишком резким. — Я, может быть, и не разбираюсь в твоих интригах, Хоук, но свою истинную я чувствую нутром. А ты здесь лишний.