Дважды одарённый. Том IX (СИ) - Тарс Элиан - Страница 24

А потом рассказал, как вообще происходит процесс «открытия». Когда одарённый «дорастает» до Иерарха, то начинает проводить тренировки с союзниками, которые поочерёдно направляют на него очень слабые и даже «размытые» атаки своими стихиями. В какой-то момент — может быть через год, или несколько — Иерарх замечает, что одна из стихий ему ближе, и начинает тренироваться с её носителем, чтобы лучше прочувствовать особенности стихии. И уже потом пытаться самостоятельно воссоздать её.

Разумеется, ни о каком контроле чужого заклинания через его носителя, как я сделал в случае с огнём Пепла, речи быть не может.

Переубеждать Холода я не стал. Шила в мешке не утаишь. Учитывая, что я творю в бою, люди со стороны давно уже могли считать меня самородком — то есть, уникальным одарённым с крайне высокой степенью предрасположенности к ускоренному развитию Источника и быстрым изучением заклинаний.

А насчёт огня…

Тут ведь он тоже не ошибся. Огонь откликнулся мне. Но придётся ещё очень много тренироваться, чтобы свободно его использовать. А чтобы объединять с ветром…

На этой мысли я удовлетворённо хмыкнул — тарелка немного нагрелась. Просижу так с ней в руках ещё часок, глядишь, и закипит.

Но ждать я, конечно же, не стал и продолжил трапезу. Организм требовал полезных и питательных веществ, и я спешно насыщал его.

Часть моего мозга откровенно радовалась подвернувшемуся выходному дню. Ещё с утра я узнал, что МАУД экстренно закрыли на ремонт в связи с прорывом газопровода. Так что, даже если бы я был прилежным студентом, не пропускающим занятия, сегодня не смог бы пойти на учёбу. Срок завершения ремонтных работ пока неизвестен, но «для безопасности учащихся и сотрудников» всех эвакуировали с территории.

В связи с этим часть студентов в огромном шоке, особенно те, кому ночью пришлось покинуть тёплые постели в своих номерах общежития и отправиться спешно искать себе место для ночлега.

«А ведь учёба может возобновиться в любой момент!» — как писал Коля Лапищев в нашем групповом чате. И многие размышляют в этом ключе, поэтому не спешат уезжать из Москвы на малую Родину.

Кстати, о групповом чате… Медведев утром спросил у старосты, что делать, и она не ответила. Только после этого ребята заметили, что и её, и баронессы Завьяловой уже давно не было в сети, и даже волноваться начали — все, кто жил в общежитии, стали свидетелями большой суеты, что развернулась на территории МАУД. Да, барьеры скрывали бои и большую часть бойцов, но и увиденного за пределами барьеров хватало, чтобы всерьёз задуматься: а был ли прорыв газа?

«С Анной и Зинаидой Константиновной всё в порядке, — решил отписаться я. — Просто домой поехали. Может быть, со связью проблемы возникли».

Вспомнив об этой беседе, я не сдержался и взял в руки телефон. Пролистал групповой чат и список участников.

Ни Анна, ни Зина до сих пор в сети не появлялись. Если первая вполне может до сих пор спать, то вторая…

Надеюсь, врачи в Кремле не угробят ни ту, ни другую.

Раз уж телефон оказался в моих руках, я просмотрел все полученные сообщения — ничего критичного не произошло.

В глобал лезть не стал — глаза снова слипались, так что, убрав телефон, я вновь провалился в сон.

Проспал часа три. На сей раз рана на руке не открывалась. Проснувшись, я снял повязку и направился в душ. Потом наложил свежий бинт, глянул на экран телефона… так-то я с утра предупредил всех, что звонить мне можно только по срочным вопросам, а писать по существу.

В общем, никто меня не беспокоил. Разве что княжич Пермский отправил сообщение:

«Ты собираешься идти завтра на церемонию?»

Значит, продолжает собирать обо мне информацию?

«Да», — ответил я.

«У меня есть родовое приглашение. Тоже постараюсь быть», — отписался он.

Любопытно, его интерес ко мне упадёт, когда я окончательно откажусь от возможности стать графом Резановым? Или даже в таком случае ему от меня что-то всё-таки будет нужно?

Примерно на этой мысли я, одевшись в чистое, вышел прогуляться. Служанки дома Резановых, встреченные мной по дороге, учтиво кланялись.

А меня вёл вперёд нюх. От запаха жареного мяса, идущего откуда-то с улицы, сводило живот, а во рту бурлили слюни.

Я вышел на задний дворик и увидел возле ближайшего мангала старика с татуировкой на затылке. Граф Резанов самолично жарил шашлыки возле беседки и любовался красивым закатом.

Я спустился к нему ближе.

— Выспался? — не оборачиваясь, усмехнулся дед.

— Чуть-чуть, — отозвался я. — Поздно уже, скоро опять ложиться.

Он фыркнул и только сейчас обернулся. Взгляд его стал серьёзным, когда зацепился за бинты на моей ладони.

— Всё так серьёзно, что даже зелья не помогают? — спросил он. — Холод говорил, ты во время вылазки периодически держался за руку. И это несмотря на то, что вы столкнулись сразу с пятью носителями Чёрного Дара. — Он громко хмыкнул.

— Вылечим, — махнул я здоровой рукой и попытался встать рядом с мангалом.

— Эй! — возмутился дед и толкнул меня бедром. — За мангалом стоит только один — остальные пускают слюни, держат свои советы при себе и терпеливо ждут.

— У тебя сейчас слева подгорать начнёт, — уклонившись от удара бедром, отозвался я и указал на край мангала. Пока дед смотрел туда, я взял шампур с правого края и вместе с ним направился к беседке.

Мясо было идеально прожарено.

— Эй, мелкий! Не доготовилось ещё! — возмутился старик.

— Если «готово», по-твоему, это когда мясо похоже на подошву — то да, сырое, — отозвался я, впившись зубами в сочный шашлык. — Но мне пойдёт.

Несколько секунд он смотрел на меня хмурым взглядом, а затем цокнул и покачал головой.

— Приятного аппетита, — буркнул дед, начав вдумчиво крутить шампуры.

— Спасибо, — легко ответил я.

Несмотря на то что я поел относительно недавно, в животе вновь была бездонная дыра.

— Но, раз пришёл, лучше бы с семьёй поел! — фыркнул дед. — Скоро Алиса подойдёт!

— Меня на всех хватит.

Он усмехнулся и вскользь покосился на меня. Снова зацепился за мой бинт и нахмурился:

— Почему Раку не показался?

— Потому что ему ещё наших с тобой людей лечить нужно, — в тон деду ответил я. — А запасы Источника не бесконечны.

Старик свёл брови к переносице, продолжая буравить взглядом мою повязку. Он даже не пытался скрыть, что переживает из-за непонятного ранения.

— Нормально всё будет, — улыбнулся я. — Если до завтра не заживёт, Леонид поможет. Да и дядька Велеслав завтра тут будет. Ты же не дашь ему от ворот поворот?

Я вопросительно посмотрел на графа Резанова.

— Ты меня совсем за полоумного старикашку-то не держи! — возмутился он. — Резановы никогда не забывают тех, с кем сражались бок о бок. Да и враг у нас один!

— Был, — сдержанно добавил я.

— Был… — согласился дед. Но тут же не выдержал и выпалил: — Есть и будет! То, что ОКЖ заставил нас заключить перемирие с Эпштейнами и взял под личный контроль составление мирного договора, вовсе не значит, что эти мерзкие баронишки не попытаются взять реванш.

Дед сверкнул глазами, а затем глянул на меня, будто пытаясь разобраться, понимаю ли я ситуацию полностью или нет.

— Согласен, — кивнул я. — Но в целом всё прошло в рамках моих расчётов. В ближайшее время Эпштейны точно нас не атакуют. Это и по договору нельзя делать открыто, и возможности у них не будет. Им сейчас бы раны зализать да решить, как жить дальше.

Да, Эпштейны побежали жаловаться в ОКЖ, стоило только Резановым официально заявить о захвате их земель под Раменским. Ведь за несколько часов до этого графский род Распутиных официально объявил земли Эпштейнов в Угличе своими.

В юридическом плане имперские аристократы делятся только на две группы: дворяне и бояре. Бояре — высшая аристократия, дворяне — нет. Имперские бояре могут вообще не иметь дополнительного титула, а могут иметь один из двух — либо барон, либо граф. Так вот, юридически разницы нет, но по факту титул даёт дополнительный почёт и уважение твоему роду. Титул нужно заслужить, а затем быть способным удержать. Например, как-то Алиса обмолвилась, что, если бы Резановы продолжили «пребывать в забвении», их вполне бы могли лишить графского титула через пару лет.