Брачное агентство «последний шанс» (СИ) - Монтан Леон - Страница 3

Мужчина сделал шаг вперёд. Половица жалобно скрипнула.

— Вы — госпожа Тиррен? — спросил он. Голос был низкий, глубокий, с металлическим оттенком — таким голосом, наверное, зачитывают приговоры.

Ванесса кивнула.

— Мне нужна жена, — сообщил он. — У вас есть неделя.

И тут Ванесса совершила самую большую глупость в своей жизни.

Она посмотрела ему в глаза, всё ещё дрожа, но уже чувствуя, как где-то внутри, под слоями страха, просыпается её вечный, неубиваемый оптимизм, и спросила:

— А можно хотя бы имя узнать? Ну, для начала. Для анкеты.

Мужчина чуть прищурился. Тени вокруг него сгустились. Грета на полу тихо застонала.

— Дамиан Мортегар, — произнёс он. — Верховный инквизитор империи.

Ванесса открыла рот. Закрыла, и открыла снова.

Она поняла, что завтрак, даже если бы он у неё сегодня был, всё равно бы не помог.

Потому что жизнь только что подкинула ей очередную неприятность.

Вернее — самого страшного человека во всей империи, которому, видите ли, срочно потребовалась жена.

Дорогой дневник. Сегодня отличный день, чтобы умереть. С уважением, Ванесса Тиррен, королева безнадёжных, с сегодняшнего дня — ещё и королева потенциальных смертниц.

Глава 2. Явился — не запылился

Верховный инквизитор империи.

Верховный. Инквизитор. Империи.

Ванесса стояла, замерев с открытым ртом, и чувствовала, как её мозг — обычно довольно шустрый, способный одновременно следить за кофейником, заполнять анкету и поддерживать светскую беседу с троллем, — пытается переварить информацию и терпит сокрушительное фиаско.

Потому что верховный инквизитор империи — это не просто «важный клиент». Это даже не «очень важный клиент». Это человек, от одного имени которого у самых храбрых генералов седели волосы. Это живая легенда, кошмар еретиков, гроза тёмных магов и — если верить слухам, которые последние десять лет циркулировали по империи, — воплощение всего самого ужасного, что может случиться с живым существом.

Говорили, что он пытает лично. Говорили, что под его взглядом плавится камень. Говорили, что он никогда не спит, не ест и не улыбается — потому что человеческие потребности ниже его достоинства. Говорили даже, что его замок стоит на скале, омываемой реками лавы, а в подвалах томятся души грешников.

Ванесса, конечно, предполагала, что слухи преувеличены. Как минимум — насчёт лавы. Скала — может быть. Души грешников — тоже, наверное, преувеличение. Но вот всё остальное...

Она перевела взгляд на мужчину, стоящего в дверном проёме. Он по-прежнему заполнял собой всё пространство. Воздух вокруг него, казалось, уплотнился. Тени в углах приёмной стали гуще. Магические светильники — три штуки, подарок благодарного клиента-артефактора — начали подозрительно мерцать.

И да, с его мантии действительно срывались искры тьмы. Крошечные чёрные змейки, которые вспыхивали и гасли в воздухе, оставляя после себя запах гари и что-то ещё — что-то холодное, древнее, отчего у Ванессы мурашки побежали по рукам.

Она сглотнула.

— Верховный инквизитор, — повторила она, и собственный голос показался ей до отвращения писклявым. — В моём агентстве.

— Вы наблюдательны, госпожа Тиррен, — заметил Дамиан Мортегар. — Это радует.

В его голосе не было ни капли иронии — и именно поэтому фраза прозвучала как сарказм высшей пробы.

Ванесса открыла рот, чтобы ответить что-нибудь достойное — например, «Я вообще очень наблюдательная, спасибо, что заметили», — но тут с пола раздался стон.

Грета.

Точно, Грета!

Ванесса перевела взгляд на гаргулью и обомлела. Её верная секретарша, существо, пережившее триста лет, две войны, нашествие гоблинов и налоговую проверку, лежала на полу в позе сражённого воина. Её каменные крылья были беспомощно раскинуты, жёлтые глаза закатились, демонстрируя белёсую изнанку, а из приоткрытой пасти вырывался слабый, едва слышный хрип.

— Кофе, — прошептала Грета. — Последний... глоток...

Горгулья затихла.

— Она жива? — осведомился Дамиан Мортегар с интонацией человека, который видел столько смертей, что ещё одна его бы не расстроила, но — из вежливости — поинтересоваться всё-таки стоило.

— Это гаргулья, — слабым голосом объяснила Ванесса. — Они вообще-то бессмертные. Но в обморок, кажется, падают. Впервые вижу, честно говоря. Она обычно даже от налоговой не падала.

— Польщён.

Снова эта убийственная невозмутимость. Ванесса начала понимать, почему благородные девицы империи падают в обморок при одном его появлении. Дело было не только в ауре. Дело было в этом голосе — низком, спокойном, лишённом каких бы то ни было человеческих интонаций. Если бы скалы умели говорить, они говорили бы именно так.

— Проходите, — Ванесса сделала неопределённый жест в сторону кресла для посетителей, попутно заметив, что Грета по-прежнему лежит на полу. — То есть... присаживайтесь. Сейчас я... э-э-э... уберу секретаршу.

Она наклонилась, подхватила Грету под каменные подмышки и с натугой поволокла в угол. Гаргулья весила примерно как небольшой комод — целиком состоящий из мрамора. Пока Ванесса пыхтела и тащила, Дамиан Мортегар наблюдал за ней с тем же выражением лица, с каким, наверное, энтомолог смотрел бы на редкий вид жука, проявившего неожиданную живучесть.

Наконец Грета была прислонена к стене в позе «трагического памятника», и Ванесса, отдуваясь, вернулась к столу. Дамиан Мортегар тем временем опустился в кресло. Кресло жалобно скрипнуло — причём так, будто всерьёз рассматривало вариант развалиться прямо сейчас, не дожидаясь конца аудиенции.

— Итак, — сказала Ванесса, усаживаясь напротив и изо всех сил стараясь, чтобы руки не дрожали, — вам нужна жена.

— Я уже сообщил это.

— Да, конечно. Просто... — она прервалась, взяла со стола чистую анкету и попыталась придать лицу профессиональное выражение. Получилось, наверное, плохо, потому что инквизитор чуть заметно приподнял бровь. — Просто в моём агентстве ещё не было... хм... клиентов такого уровня.

— Уровня?

— Ну, вы понимаете. Верховный инквизитор, это несколько выше моей обычной... клиентуры. У меня в основном гномы, тролли, разорившиеся бароны...

— Бароны, — повторил он. Эмоций в голосе по-прежнему не было, но Ванессе показалось, что слово прозвучало с оттенком брезгливости.

— Да. И, честно говоря, я не совсем понимаю... — она замялась. — Почему вы здесь? То есть почему вы обратились именно в «Последний шанс»? У вас наверняка есть доступ к лучшим брачным агентствам империи. «Идеальная пара», например. Госпожа Фламм была бы счастлива...

— Госпожа Фламм, — перебил её Дамиан, — потеряла сознание через десять секунд после моего появления в её заведении. Её приводили в чувство три целителя. Она до сих пор, насколько мне известно, не принимает клиентов.

Ванесса моргнула.

— Ого, даже так.

— До неё было агентство «Благословенный союз». Владелец — господин Торвальд — увидел меня, побледнел, пробормотал «извините, у нас обед» и выпрыгнул в окно. Второй этаж. Сломал ногу.

— Прискорбно...

— Агентство «Сердечный маг» закрылось на следующий день после моего визита. Без объяснения причин.

Ванесса сглотнула. Список поверженных конкурентов производил впечатление.

— А «Вечная любовь»? — спросила она слабым голосом.

— Сгорело, — коротко ответил Дамиан. — Но это не я. У них были проблемы с противопожарной магией.

— Понятно, — Ванесса замолчала, переваривая информацию. Её агентство, выходит, было далеко не первым. Судя по всему, верховный инквизитор методично обошёл все брачные конторы столицы, оставляя за собой шлейф из обмороков, переломов и загадочных исчезновений. И теперь добрался до неё, до «Последнего шанса».

До самого дна.

Что ж, это хотя бы соответствовало названию.

— Но почему? — вырвалось у неё. — Почему вы вообще ищете жену через агентство? Вы же... вы же верховный инквизитор! Неужели император не может просто издать указ, и любая благородная девица...