Студент: Долгопа (СИ) - "LikanTrop" - Страница 21

— Да ни у кого нет! Сами крутимся, как можем! — выпалил он, не в силах отвести взгляд. — У нас чего того богатства-то? Два видака на весь личный состав, да и те, как зеницу ока бережём, — Он горька вздохнул. — Хотя вру… не два. Три. Недавно Вовке Сержанту видеодвойку в хату ставили. И это всё, на двадцать человек богатства! Ну нет у пацанов денег, нет! Соберу, как смогу. Слово офицера! — в отчаянии выкрикнул он, снова срываясь на крик.

— Тише будь. А Вовка ваш — это типа начальник? — лениво уточнил Кисляк, вычленив из истерики Василия самое для него важное.

— Ага! — вклинился молчавший до этого Артём. — С тридцать седьмого дома. Тут рядом. Сержант Вова. С весны на районе рулит. Борзеет потихоньку.

— Ага… — задумчиво протянул Кисляк, сверля Васю взглядом. Потом вдруг улыбнулся, но улыбка вышла нехорошей, одними губами. — Ну чё, пацан, кисляк смондячил? Гуляй пока. Потом найдемся, — хмыкнул он, переглянулся с Артемом и, развернувшись, неспешно двинулся со двора. Артём, бросив на Васю короткий, ничего не выражающий взгляд, поплёлся следом. А Вася так и остался стоять на месте, еще не веря, что от него неожиданно отстали. Он не совсем понимал почему, но был рад, что хотя бы сегодня беда прошла мимо.

Подписывайтесь на телеграмм канал автора: https://t. me/RodomIz90ih

Глава 9

25 ноября 1988 года, г. Химки. Святослав Степанович Григорьев

В Химки я ехал в сопровождении Чижа, Медвежонка и Пельменя, попавшегося нам под руку буквально в последний момент и совершенно случайно. Тот решил зайти к Чижу, чтобы вместе потусить, а потом дернуть на тренировку по боксу, и был замечен нами в окно. В итоге сумка с амуницией была заброшена ко мне в зал, а Петя присоединился к нашей веселой гоп-компании.

Несмотря на не поздний час, из-за низких серых облаков на улице было сумрачно, а еще сыро и слякотно. «Пельменная» в Химках оказалась небольшой кирпичной одноэтажной пристройкой к дому с соответствующей вывеской над входом. Внутрь сквозь запотевшие окна пробивался неяркий свет.

— Только попробуй! — зло зыркнул с заднего сиденья Петя на Чижа, который с ухмылкой уже тыкал пальцем в вывеску и разворачивался к Пельменю, чтобы пошутить на тему забавного совпадения названия на витрине с ненавистной Пете погремухой.

— Да я чо? Так просто. Смешно же, — развел руки в стороны Чиж и отвернулся от приятеля.

— Здесь тогда меня подождите! — сказал я пацанам и полез наружу.

— Так может, вместе? — приоткрыл дверь и высунулся наружу Петр.

— Ага. Завалимся толпой, наедем, а потом терпилы заорут «милиция!», и мы весело умчимся обратно в Долгопу, — с иронией посмотрел я на приятеля. — Сидите, — махнул я рукой и зашел в теплое помещение.

Внутри пахло горячим тестом, уксусом и лавровым листом. Интерьер спартанский: плиточный пол в мелкую трещинку, стены, окрашенные в светло-зеленую масляную краску до половины, справа стойка, а в зале — тяжелые столы с пластиковой крошкой и табуретки. Гардероба не было — верхнюю одежду оставляли на себе или вешали прямо на крючки у входа.

Моих аферюг еще не было, а потому я встал в маленькую очередь из пары человек — обеденные часы только-только прошли, клиентов было немного. Кинул на поднос ложку и компот и двинул к паре женщин в белых халатах и косынках. Одна из них ловко черпала поварешкой пельмени из большого котла, а вторая взвешивала на весах порции.

— Пельмени жареные, отварные, сметана, масло, кефир? — буднично продиктовала мне полноватая мадам нехитрый ассортимент.

— Двойную отварных и двойную сметаны! — попросил я, и у женщин закипел процесс.

Заплатив на кассе два с лишним рубля, я сел с подносом за свободный столик в углу зала, ближе к окну. Приступая к трапезе, огляделся. Тройка работяг сидела в десятке метров от меня и с жаром обсуждала статью в газете, которую как раз держал в руках один из них в развернутом виде над столом. А вон одиноко сидящий мужичок отпил компот, достал аккуратно, чтоб не заметили, пузырек водки и долил в стакан. Короче, классическая советская пельменная конца 80-х. Аж ностальгия пробила.

Внутрь кто-то вошел, и я поднял глаза, продолжая пережевывать вкусные, сочные «мясные ухи». Мои «клиенты» пришли. Пухловатый Гена с фингалом под глазом (наша работа), в свитере, брюках и коричневом пальто, показал рукой в мою сторону своему товарищу, по всей видимости, Андрею. Этот был постарше своего компаньона, на вид лет сорока пяти. Лицо с крупным носом и усами щеткой с сединой, короткие волосы. Одет в темно-синий костюм и полосатую рубашку. Сверху — серое удлиненное пальто.

— Вот, Андрей! Знакомься, это… — Геннадий замялся, пытаясь припомнить мое имя.

— Слава! — я протянул руку и пожал широкую ладонь мужчины. — Приятно познакомиться. Кушать будете?

— А то! Голодный как черт, — признался Андрей, извиняющееся улыбаясь. — Гена, тебе взять чего?

— Двойную отварных и сметаны три порции, — облизав пухлые губы, попросил Геннадий.

— Смотри, не лопни, — хохотнул Андрей, хлопнув товарища по плечу, и двинулся к стойке, а Гена присел на табуретку у стола.

— Что сказал ему? — указал я ложкой в спину Андрея.

— Ничо такого. Только, что клиент есть. Готов денег дать на покупку видеомагнитофонов, — зачастил Геннадий, испуганно посматривая в мою сторону, а потом, перейдя на шепот, спросил: — А как там моя ласточка? А?

— Стоит, скучает по хозяину, — хмыкнул я и отпил компота.

— Вот! Вячеслав, угощайтесь! — поставив на стол поднос, вернувшийся Андрей выставил передо мной стакан с горячим, идущим паром чаем. — В такую погоду грех не согреться.

— Спасибо! — кивнул я, не став поправлять мужчину на счет своего полного имени.

— Ага, — кивнул Гена, принимая свою тарелку и стакан.

На фото Геннадий и Андрей

Андрей сел, крякнув, поправил на коленях пальто, чтоб не мешало. С минуту молчал, прихлебывая компот, потом отставил стакан, пригладил усы и уставился на меня тяжелым, оценивающим взглядом.

— Слышь, молодой, — начал он без предисловий, и голос у него стал другой — погрубее, поусталее, что ли. — Ты это… Ты дело наше понимаешь? Тут, понимаешь, не базарный треп. Серьезное дельце-то.

Я молча кивнул, продолжая жевать.

— Ну раз понимаешь, — продолжил Андрей, доставая из пальто заныканный пузырек водки и на глаз плеснув себе в компот содержимое, — я тебя сразу спрошу, ты не обижайся только. Ты парень вродь не старый, а уж больно шустрый. Денежка-то у тебя какая водится? А то может, чего зря языком молотить?

— Водится, — спокойно ответил я, сунул руку во внутренний карман «аляски» и показал пачку купюр. В последнее время я всегда носил с собой тысяч пять — просто мало ли зачем пригодятся.

Глаза у Андрея блеснули, но лицо осталось серьезным, даже уважительным.

— Во, это по-нашему! — довольно крякнул он, снова огладил усы и поднял стакан. — Ну, будем! Для аппетиту, значит.

Он сделал несколько крупных глотков, а я кивнул:

— Ага. Приятного аппетита. Так что у вас есть?

— Дык, много чего, — Андрей отодвинул полупустой стакан, взял вилку, но на пельмени не набрасывался, говорил обстоятельно. — Смотря что интересно. Сами понимаете, время какое — сейчас пустоватей, чем раньше. Но, можно сказать, и кое-что имеется. Я, видишь ли, заведующий складом «Березки», — он сделал паузу, давая мне осознать масштаб.

Я вопросительно смотрел на него, продолжая жевать.

— Телевизоры есть, — начал загибать пальцы Андрей, — «Панасоники», «Шарпы», «Сони» опять же. Двухкассетники иностранные, кофемолки, бритвы японские, видеомагнитофоны, видеодвойки. Ну и по мелочи: джинсы там, меха, дубленки. Алкоголь, сигареты импортные — но этого, сам понимаешь, кот наплакал, товар ходовой, — развел он руками и наконец нанизал пельмень на вилку.