Путь трёх совершенствований (СИ) - Крам Дмитрий - Страница 16

Но клыкастые тоже не дураки. Один укрылся тушей козла, другому меж двух копий натянули всю кожаную сбрую, что у них была, так прикрываясь они и двинулись вверх по склону.

Стрелял особо не целясь. Неприкрытые только голени немного, да руки. Не попасть мне. Так я думал, но практика показала, что из тридцати выстрелов два нашли свою цель. А потом я выскочил из дота, схватил круглый валун и под хруст какой-то запчасти моего тела, всё же скатил его.

Укрываясь, орки не сразу увидели опасность. Камень влетел в правого со шкурным щитом и в двух за ним. Почти страйк.

Я снова схватил лук и добил подранков. А потом принялся без затей разбирать свой дот и зашвыривать увесистые булыжники с высоты, выбив резвую клыкастую псину.

А вот крайнего я намерен был победить честно. Мне нужен этот опыт схваток. Да, раскалённый, скорее всего, уже подустал и собрал коллекцию гематом, но он вон какой шкаф, а я доходяга.

Я атаковал первым. Враг легко отбил прямой выпад и ударил в ответ. Ожидаемо. Я отскочил, разрывая дистанцию, и тут же снова напрыгнул. Орк опять отразил, только я отпустил древко и впечатал ногу ему в грудь. Противник отшатнулся, давая мне возможность схватить копьё.

Обманка в голову и перевожу в живот. Попал лишь в руку. Но кровь пролита мной!

Кто сказал, что нельзя пройти миссию в одного?

Можно!

Раз! Раз! Раз! — ещё три выпада, и враг попятился. Четвёртый удар он перехватил, закручивая древко своим. Но я снова его отпустил, врезая ногой по разрезу на руке.

Противник уронил оружие, и я опрокинул его на землю. До копья тянуться далеко, схватил нож и довершил дело.

— Пацаны из гетто, засранец, — устало проговорил я, скатившись с противника и раскинув руки.

Ни одной раны! Меня захлестнула эйфория. Я воин, мать вашу!

Отдышался и поднялся.

На привязи у подножия осталась ездовая орчиха. Она фырчала и пыталась меня укусить, здоровенные груди гипнотически болтались при движении. Я всё же проскочил и перерезал верёвку.

Орчиха начала гоняться за мной, но быстро выдохлась, взбираясь в гору. Я проскользил по траве, дёрнул за уздечку и направил её прочь, шлёпнув по исполинской заднице.

— Вали! — добавил голосом, и она всё же поплелась восвояси, что-то гневно рыча.

Следующим этапом решил подкараулить группу у порталов. Выбрал место для укрытия неподалёку, залез во время пересменки прямо на скальном выступ возле арки, ещё полдня ждал удачного момента, и вот портальное окно загорелось. Долго целился, не решаясь выстрелить, зато, когда всё же разжал пальцы, стрела прошибла противника насквозь, выскочив из груди.

На платформе показались новые ушастые беженцы, просто кинул им оружие. Лук, дубинки, копья, пусть выбирают.

Сделал ещё пару выстрелов, отгоняя орков, и спрыгнул.

Три на четыре — не самый худший вариант.

Клыкастые были ошарашены. Расслабились. Не привыкли видеть сопротивление.

Мы кинулись на них, сшибая своим напором. Я не столько сам нападал, сколько пытался не дать убить остроухих. Меня ранили в руку и ногу, но это царапины. Я уже привык к травмам и похуже.

Один из противников оступился, я помог ему упасть, просто толкнув наконечником в нагрудник. Два укола в ноги, посиди подумай. Цели убить нет, есть цель победить.

Ждал ошибки. И вот одного из эльфов пронзили, резво кинулись добивать, и я поймал орка на копьё, короткий укол, лишь на пять сантиметров вошло, но этого хватило, чтоб раненый остроухий вонзил своё копьё в другой бок раскалённому, фактически выводя его из боя.

Последнего добили вдвоём.

Единственный выживший эльф не опустил копьё. Настороженно смотрел. Я, боясь его не меньше, всё же воткнул своё оружие в землю.

— Я не враг. По крайней мере, не сейчас.

Он что-то ответил.

— Меня зовут Эхо.

— Эльтаву, — мягко проговорил он, причём «в» была очень странная, между «ф» и «в», мне так и не сказать даже.

Как-то нашли общий язык. Я повёл его к лагерю. Показал собратьев и сосестёр. Попросил помочь в подготовке к атаке. В первую очередь побыть спарринг-партнёром.

После цикла тренировок много часов мы караулили случай сделать подлость. Всё же он выдался. Орк с вязанкой хвороста остановился поднять ещё одну палку. Я успел подойти и сунуть в кучу посох шамана.

Раскалённый занёс это всё в поселение и кинул в костровой круг, где уже тащили всё для общей трапезы. Прошло минут двадцать, когда шарахнуло так, что все вокруг костра начали кататься и орать.

Эльф с охапкой оружия понёсся к клеткам и начал всех выпускать, я с другой стороны ворвался, сходу убив в спину одного раскаленного. Началась грандиозная битва за посёлок!

— Вождя не трогать! Он мой! — заорал я, понимая, что меня не понимают. Но вот Эльтаву, я с ним договаривался, помаячил ему всей своей скудной мимикой, пытаясь не сдохнуть под стремительно мелькающим у лица копьём краснолицего воина. Соратник что-то крикнул своим, и они отступили от вождя, переключившись на других.

Я же, отбив летящее копьё низкорослого орка, ударил древком в пах, выхватил нож и вбил в глотку, оттолкнув врага. Поднял копьё и помахал вождю.

— Есть должок, засранец.

Мы кружили напротив друг друга.

Я почти справился. Почти выполнил миссию. Сколько я уже здесь? Кажется, целую вечность. Будто и не было другой жизни. Только я, лес, горы, руины и долбаные красномордые твари.

Он проверил мою реакцию парой ложных выпадов. Но я на чеку. Я прогонял этот бой в голове много раз. Тренировался на раненых орках. Замучил спаррингами эльфа. Я просто не могу проиграть.

Моё понимание копья уже шагнуло за рамки, выданные навыком. У меня оно, по крайней мере, появилось. Не просто физика движения, не только рефлексы, а чувство орудия. Мне нужен новый навык. Новая сила. Только клыкастый урод отделяет меня от мечты.

— Давай! — заорал я, легко отбивая удары. Понимал, что слишком горю, и запала может не хватить до конца поединка, но ничего не мог поделать с собой. Это выше меня.

Битва вокруг уже затихла. Несколько выживших остроухих стоят и наблюдают за нашей схваткой.

На древках уже полно засечек. Моё ухо свисало на коже, плечо распорото, на лбу рассечение, из которого сочится кровь, застилая обзор. Сквозь красную пелену я пошёл за противником, не давая ему и секунды передышки. Так гиена загоняет раненого зверя.

У него нет уже пары пальцев и пробита стопа. К тому же несколько раз я крутился, пробивая плашмя, чтобы отбить мышцы. И это работало, копьё в его руках подрагивало.

Удар. Второй. Третий! И вот он не успевает вернуть ногу на место. Доля секунды задержки, и я вонзил наконечник. Провернул и выдернул.

Вождь лишь морщился, но не более. Смотрел мне в глаза всё с тем же презрением. А потом упал, так и не выпустив своё копьё из рук.

Я уважительно поджал губы, а потом тело подвело и начало заваливаться.

Несколько часов мне понадобилось, чтобы прийти в себя, залечиться и выбрать место для призыва другого путника.

Я был на возвышении. Не стал призывать его сразу возле ямы с кольями, сдаётся мне, такой банальный способ фарма лута пофиксили. Взял в руки дубинку, копьё замаскировал в кустах. Это так, в качестве мер предосторожности.

Я нарисовал мелком печать призыва. Как умел. Тут главное не итог, а намерение. Положил руку в центр, и как только оторвал ладонь, письмена вспыхнули.

Прошло минут десять, и путник появился в двадцати шагах от меня, вообще не там, где я ждал. Что и требовалось доказать.

Я внимательно разглядывал гостя.

На глазах была чёрная повязка с прорезями, лицо покрыто антрацитовой роговой кожей, короткие волосы словно каменные. Щека у него дёрнулась. Глаза хищно блеснули. Это не человек, но что-то гуманоидное.

Из-за спины гость вынул меч. Провёл рукой по лезвию, и оно вспыхнуло.

Твою мать! Куда я влез? Бедный мой лут. Он же всё найдёт и стащит, если победит.

— Может, сначала поговорим? — спросил я отступая.

— О чём говорить с такими оборванцами?