Последнее дело Громова (СИ) - Вольт Александр - Страница 6

Пальцы быстро застучали по клавиатуре. Я открыл веб-версию закрытого мессенджера, попытавшись инициировать аудиовызов. Интерфейс на секунду завис, появилось кольцо загрузки, а затем выскочила красная плашка: «Соединение сброшено».

Попробовал еще раз. Тот же результат. Набрал Лидию, затем Алису, но результат был одним и тем же. Как говорил мой отец: балалайку тебе, сынок, семиструнную. Система безопасности военного шлюза рубила все попытки установить голосовую связь по сторонним протоколам. Для передачи пакетов данных — пожалуйста, читай новости. А вот несанкционированные звонки — ни-ни.

Глухо выругавшись сквозь зубы, я с силой отодвинул стул и поднялся, чтобы выйти из помещения прямиком наружу. Ветер окончательно стих. Я подошел вплотную к ограждению и поднял голову. Точки в небе больше не казались далекими звездами, поскольку приобрели объем, став похожими на воздушные шары, что медленно, но неотвратимо приближались к земле, прорывая космическое пространство.

Смотря на стремительно приближающиеся огни, я физически ощутил, как время, отведенное этому миру в его привычном виде, утекает сквозь пальцы, хотя что случится, когда наступит время «Ч», до сих пор оставалось загадкой.

Мне нужно связаться с Крымом и пообщаться с Торбиным. Как можно скорее.

Император Российской Империи Федор II стоял у панорамного окна личных жилых апартаментов.

Руки монарха были крепко сцеплены за спиной в замок. Внешне фигура правителя казалась абсолютно неподвижной и лишь одна физическая деталь выдавала внутреннее напряжение: четыре пальца правой руки раз за разом отстукивали барабанную дробь по тыльной стороне левой кисти.

В стеклопакете отражался профиль императора, который на фоне происходящего за окном безумия, оставался излишне спокойным.

Небо, которому в это время суток полагалось быть затянутым обычной осенней серостью, в одно неуловимое мгновение стало иссиня-черным, покрывшись россыпью белых пятен, словно младенец ветрянкой.

Федор стоял на этом самом месте уже очень долго. По его внутренним ощущениям прошло никак не меньше двух часов с того момента как раздался требовательный звонок аппарата правительственной спецсвязи.

Звонили напрямую из центрального аппарата Службы Безопасности Российской Империи. Дежурный генерал говорил быстро и скомканно. Он доложил, что Его Величеству необходимо немедленно подготовиться к экстренной эвакуации, бронированный кортеж уже покинул гаражи, личная охрана стягивается к периметру, и в кратчайшие сроки монарха сопроводят в защищенный подземный бункер высшего уровня секретности.

Когда Федор, привыкший реагировать на угрозы последовательно, поинтересовался, в чем, собственно, заключается причина столь радикальных и поспешных мер, возникла странная заминка. Генерал СБРИ, человек, который обязан был владеть ситуацией при любых обстоятельствах, просто замолчал.

— А вы не видели? — наконец спросил голос на том конце провода и император отметил, что услышал несвойственную генералу изумленность.

— Нет, — коротко ответил император, нахмурившись. — Что именно я должен был увидеть?

— Выгляньте в окно, — только и ответил безопасник, после чего связь прервалась, так как генерал пошел отдавать дальнейшие распоряжения по подготовке эвакуационных протоколов.

Федор подошел к окну, отодвинул тяжелую штору и посмотрел наверх. С того самого момента он больше не произнес ни слова и не сделал ни единого шага вглубь комнаты. Кортеж, охрана, бункеры — все это сразу же потеряло всякий смысл.

Точки на иссиня-черном полотне, которые изначально казались далекими звездами, оказались не тем, чем виделись на первый взгляд. За прошедшие два часа император смог убедиться в этом лично. Светящиеся сгустки однозначно увеличивались в размерах и стопроцентно падали на землю.

Для монарха, чья жизнь состояла из прогнозирования кризисов, управления экономикой, предотвращения пограничных конфликтов и борьбы со шпионажем, происходящее стало… мягко говоря интересным поворотом событий.

Ведь против танков можно выставить артиллерию, выкопать рвы и понаставить «ежей». Против заговора аристократии прекрасно справлялись шпики и тайная полицию. Но что прикажете делать, когда на голову решило упасть небо?

Федор перестал отстукивать пальцами дробь, плотнее сжав кисти.

Где-то на периферии сознания начала формироваться странная мысль, что происходящий за окном глобальный абсурд связан с одним конкретным человеком.

Виктор Андреевич Громов.

Прямой взаимосвязи, конечно, не было. В папках спецслужб не существовало ни единого документа, который мог бы подтвердить причастность коронера к астрономическим катаклизмам. Кроме одного, в котором были предпосылки полагать, что Виктор Андреевич ранее увлекался черной магией. Но тогда почему никто ранее не смог добиться таких ужасных и непонятных вещей, ведь империя пару десятилетий назад сталкивалась с чернокнижниками и пострашнее ранга S.

Да и как человек, отправившийся вызволять брата из плена эльфийских партизан где-то в лесах на западе, мог повлиять на стратосферу? Никак. Это звучало как откровенный бред.

Но чутье упрямо твердило обратное. Слишком уж много аномалий плодилось вокруг этого графа за последнее время. Стоило Громову появиться в поле зрения имперских структур, как следом вскрывались подпольные культы, материализовались монстры, ворующие чужие лица, и переписывались устоявшиеся правила магии. Сам факт того, что взрослый человек внезапно обрел силу управления энергией душ, уже ломал систему. А теперь, когда Громов вместе с элитным спецназом вошел в леса, кишащие радикалами и древней магией, небеса вдруг решили обвалиться на землю.

Федор смотрел на пульсирующие сферы в вышине. Совпадение? Возможно… Тем не менее, без прямых доказательств император не собирался озвучивать свои подозрения вслух. Делиться догадками с тем же Белозеровым или архиепископом Игнатиусом означало бы признать собственную иррациональность. Так что пока… пока стоит повременить с подведением итогов.

С той стороны двери настойчиво постучали.

— Войдите, — ровным голосом отозвался император, не меняя позы и продолжая смотреть в стекло.

Послышался мягкий щелчок замка и звук открывшейся двери. В комнату вошел боец личной охраны. Монарх не оборачивался, но по звуку амуниции безошибочно определил, что гвардеец находится в полном тактическом снаряжении.

— Ваше Величество, — голос офицера звучал напряженно, хотя тот старался держать уставную выправку. — Кортеж полностью готов. Граф Шувалов уже в машине и ожидает на нижнем ярусе. Мы ждем вас. Система жизнеобеспечения в резервном бункере запущена.

Федор последний раз скользнул взглядом по черноте космоса, развернувшейся прямо над крышами столицы. Он расцепил заведенные за спину руки и медленно развернулся, посмотрев на вооруженного бойца. Офицер стоял у дверей, готовый в любую секунду прикрыть правителя своим телом. Вот только от чего именно он собирался его прикрывать, даже император не очень-то мог осознать.

— Уже иду, — спокойно отозвался император, делая шаг в сторону дверей.

Гвардеец остался на месте. Его взгляд на долю секунды скользнул по фигуре монарха, и в глазах офицера мелькнула откровенная растерянность.

— Прошу прощения, но… Ваше Величество… — неуверенно начал боец, запинаясь. Заминка была совершенно непростительной для личной охраны, но ситуация давно вышла за рамки адекватности.

— Да? — спросил император, остановившись на полпути к выходу. Он чуть приподнял бровь, глядя на подчиненного.

— Вы… вы в пижаме.

Федор опустил глаза. Его взгляд скользнул по собственным рукам, затем опустился к ногам.

А ведь и вправду…

Свободные шелковые брюки темно-бордового цвета и такая же рубашка. На ногах мягкие домашние тапочки с помпонами. За эти два часа, проведенные в оцепенении у окна, он даже не подумал о том, чтобы пройти в гардеробную и сменить домашнюю одежду на подобающий статусу строгий костюм.