Последнее дело Громова (СИ) - Вольт Александр - Страница 14

А радикалы… с радикалами все обстояло катастрофически сложно. Мы буквально полусутки назад чуть ли не расстреляли друг в друга в лесу и взяли в плен Сундраила.

Хотя, если судить объективно, это был вовсе не плен. Мы его, напротив, вызволили и спасли из полной задницы. Если бы я не вытащил его оттуда, он бы гарантированно остался лежать в стылой грязи, на растерзание теням и тварям, что начали сползаться к опушке сразу после начала звездопада.

Более того, в этой ситуации Сундраил оказался исключительно по собственной инициативе! Это они взяли моего брата в заложники, они устроили засаду на точке обмена, и они же планировали нарушить все договоренности!

Так что пусть еще спасибо скажут за проявленное нами благодушие и милосердие. Мы, в отличие от этих хваленых «детей природы», своих и чужих на верную смерть не бросаем.

Именно поэтому была надежда, что Сундраил станет нашим козырем. Если нам удастся с ним договориться и объяснить положение дел, то появится шанс наладить с лесом прямую связь. А уж если получится собрать солидную группу городских эльфов, которые согласятся пойти с нами и попытаются вразумить своих лесных собратьев, опираясь на авторитет Сундраила, то шансы на успех возрастали кратно.

Но пока я прокручивал эти геополитические расклады в голове, тяжелые двери переговорной тихо закрылись. Оба генерала и архиепископ покинули помещение, отправившись выполнять распоряжения.

Я остался сидеть за длинным столом. Куда мне сейчас идти и что делать дальше, было совершенно неясно.

В первую очередь нужно было дождаться отчетов от силовиков насчет Лидии, Алисы, а также отца, Григория Палыча и Дмитрия. Оперативные группы уже должны были выдвинуться по адресам, но до момента, пока они не доложат об успешной эвакуации моих близких в изолированные бункеры, я буду мысленно постоянно отвлекаться.

Во-вторых, требовалось срочно добраться до гримуаров и обсудить с этими двумя болтливыми кучами древней макулатуры все произошедшее. Старая книга и эльфмуар просто обязаны были что-то знать о случившемся. Причем на эльфийский фолиант я возлагал особые надежды, ведь уж он-то, будучи хранилищем знаний своей расы, наверняка знал подоплеку.

В полезности моего первого гримуара именно в разрезе эльфийских пророчеств я сомневался, однако он всегда выступал отличным аналитиком. Его критичность и привычка подвергать сомнению любые мои решения были сейчас чертовски к месту. Вспомнить хотя бы момент, когда я учился перекраивать себе лицо: если бы не его едкие, но своевременные замечания о том, что идея с физической трансформацией целого отряда никуда не годится, кто знает, в какой переплет мы могли попасть по итогу.

Решив не терять времени, я попытался выйти с ними на ментальную связь прямо отсюда. Я прикрыл глаза, сосредоточился и отправил мысленный импульс по привычному каналу.

Ответа не последовало.

Вместо четких голосов в голове раздалось лишь невнятное «плям-плям-плям», пробивающееся сквозь толщу эфира, и затем полная тишина, как тогда же, когда я пытался связаться с гримуаром находясь в Москве в первый раз.

Я разочарованно открыл глаза. Кажется, виной тому служили сразу два фактора. Первый —небесные аномалии, которые наверняка искажали не только радиоволны, но и тонкие магические частоты. Второй — глубина и защита самого объекта. Мы находились в правительственном бункере, укрытые десятками метров железобетона, свинцовой обшивкой и, я был более чем уверен, мощнейшим магическим экранированием. Пробить такой барьер мысленным усилием не представлялось возможным.

— Есть предположение, почему все так случилось? — внезапно разрезал тишину голос Императора.

Я даже слегка вздрогнул. Погрузившись в свои мысли, я банально успел забыть, что мы в помещении остались вдвоем. Федор II сидел во главе стола, сцепив руки в замок, и внимательно смотрел на меня.

— Ни малейшего, Ваше Величество, — ответил я ровно.

Это было не совсем искренне. Точнее, совершенно не искренне. У меня была вполне конкретная догадка касательно строк о «человеке с чужой сутью», но рассказывать правителю Империи о том, что я попаданец, занявший тело его подданного, не хотелось ну вот вообще. Для государства я маг с аномальным даром, и этого более чем достаточно. Лишние подробности могли перевести меня из статуса полезного союзника в очень интересный объект для изучений по переселению душ. И не только в этом мире, а между мирами вовсе.

— Я в целом не понимаю ничего из этого эльфийского пророчества, — продолжил я, намеренно смещая акцент с моей скромной персоны на абсурдность ситуации. — И почему именно оно должно было сработать в тот день, когда брат придет спасать брата, а тот вдруг начнет слезно просить прощения. Где тут триггеры с медицинской или физической точки зрения? Механика процесса абсолютно неясна, — Я развел руками. — Ладно бы, если мы проводили какой-то масштабный магический ритуал. Я не знаю… сложили бы восемь частей древнего артефакта, в котором были разделены фрагменты темной сущности. Или пролили бы кровь девственницы на алтарь в полнолуние. Это классика, это понятно, тут есть причинно-следственная связь. Затрата энергии — получение результата. Но нет же! Два человека встретились в лесу, перекинулись парой слов, и из-за этого небеса рухнули на планету? Тот кто создал подобное пророчество явно употреблял что-то очень тяжелое.

Император медленно потарабанил указательным и средним пальцами по лакированной столешнице.

— И ведь действительно, почему так… — задумчиво произнес монарх. — Надеюсь, эльфы-маги, которые пришли к нам в страну, хоть что-то знают об механизме этого явления.

Он тяжело вздохнул, убрал руки со стола и откинулся на спинку кресла. Тень усталости легла на его лицо, разом прибавив несколько лет.

— И к дварфам еще нужно будет достучаться, как ты правильно заметил…

— Я не думаю, что имею право открыто высказывать свое мнение в геополитических вопросах, ведь не я глава государства, Ваше Величество, — аккуратно начал я, подбирая формулировки, чтобы не пересечь грань дозволенного. — Но мне кажется, что в условиях нагрянувшего апокалипсиса нам всем стоит отбросить расовые неприязни и объединиться. Пыли за окном плевать, острые у людей уши, длинные бороды или есть дворянские титулы. Мы либо выживем вместе, делясь ресурсами и знаниями, либо неизвестно что станет с планетой, когда наверху останутся обезумевшие. Я не эксперт, но есть у меня сомнения, что дварфы смогут протянуть на одних только пещерных грибах.

Федор II невесело усмехнулся, глядя на меня.

— Да все, все так, Виктор. Все так. Ты рассуждаешь предельно логично. Только как эту логику объяснить лесным остроухим? Для них само понятие сотрудничества с Империей равносильно предательству крови.

— Думаю, что мы что-то придумаем, — ответил я с долей уверенности, которой на самом деле пока не испытывал. — Возможно, их сородичи из города смогут на них повлиять. Или сам факт конца света прочистит им мозги быстрее любых дипломатических нот.

— Может и так, — коротко отозвался Император, снова переводя взгляд на молчаливые экраны мониторов.

Я прочистил горло, привлекая его внимание.

— Ваше Величество, а раз уж я здесь, то… мне полагается хоть какая-нибудь комната?

Торчать в переговорной в ожидании докладов было бессмысленно. После приключений в лесу, долгим маршрутом из точки А в точку Б, мне хотелось отмыться и хоть немного расслабить мышцы.

Эх, сейчас бы в баньку в пансионате в Москве при коронерской олимпиаде…

— Ах, да… — спохватился Федор II.

Он мгновенно выпрямился в кресле и нажал на кнопку селектора связи.

— Проводите графа Громова, пожалуйста, в его комнату, — четко распорядился монарх. — И покажите, где здесь располагаются душевые, столовая и прочие удобства.

Дождавшись щелчка, подтверждающего принятие приказа, Император снова перевел взгляд на меня.

— Сейчас тебя проводят, Виктор. Располагайся, обвыкайся с местными условиями. Кто знает, сколько времени нам всем предстоит здесь просидеть.