Этот мир не выдержит меня. Том 6 (СИ) - Майнер Максим - Страница 54

— Я это тоже не хочу, — поддержал девушку Клоп. — Оно горькое до жути. Мы как-то с Варежкой у дядьки Гийома пузырёк вытащили, пока он спал, и всего по глотку сделали, так слюни у нас потом до самой ночи текли, как у собак бешеных! И думки Варежкины мне в башку лезли, а ему мои…

— Пей! — приказал я. — Иначе расскажу дядьке Гийому, кто у него постоянно подворовывает.

— Так это один раз только было! — возмутился Клоп.

— Ты сможешь рассказать Гийому свою версию событий, — хмыкнул я. — Уверен, он с удовольствием тебя выслушает, пока будет искать розги.

Клоп набрал воздуха в грудь, чтобы продолжить спор, но быстро осознал всю бесперспективность этой затеи. Он сам вложил в мои руки такой козырь, бить который ему было просто нечем.

С шумом выдохнув, Клоп сделал хороший глоток из бутылька, сморщился и, явно подражая кому-то из взрослых, занюхал выпитое рукавом.

Пока юный равк постигал всю глубину знаменитой пословицы о вражеской сущности собственного языка, я посмотрел на Лэйлу.

— Теперь ты.

— Меня розгами не напугаешь, маленький мой, — девушка призывно облизнула губы. — Меня они только раззадорят, разожгут огонь…

— Тушить который будет Фольки, — обозначил перспективы я. — Не хочешь выполнять приказ? Тогда Клоп пойдёт в город один, а ты переедешь в палатку к нашему пахучему другу — он как раз отпраздновал очередную годовщину полного отказа от средств личной гигиены.

— Я говорила, что ты невыносим, малыш? — Лэйла закатила глаза, но забрала у Клопа бутылёк. — А ты, маленький кровопийца, — она наставила палец на всё ещё морщившегося пацана. — Думай потише! У тётушки Лэйлы и своих дурных мыслей хватает, содержимое твоей глупой детской головы не должно её беспокоить, ты понял? Фу, гадость какая!

Последнюю фразу она произнесла уже после того, как приложилась к напитку.

Да, эликсир длинного голоса, против которого так слаженно выступили Лэйла и Клоп, обладал рядом неприятных побочных эффектов, и горьковатый привкус вместе с головной болью были наименьшими из них. Однако возможность общаться на расстоянии сторицей искупала любые неудобства.

Ну а обрывки мыслей, непроизвольно просачивающиеся через этот канал связи, вообще не являлись серьёзной проблемой. Достаточно было немного сосредоточиться, чтобы полностью устранить любые утечки.

— Даю на отсечение левую руку и обе ноги, ты получаешь удовольствие, когда мучаешь людей! — пробурчала Лэйла. — Зачем ты заставил меня пить эту дрянь?

— Найди Йоганна, скажи ему, чтобы тебе выдали лучшую лошадь, и езжай в город. Если увижу тебя здесь снова, то отсечением рук и ног ты не отделаешься.

Я начисто проигнорировал вопрос, заданный девушкой. Впрочем, ответ был ей и не нужен. Она сама прекрасно понимала все преимущества дистанционной связи. Особенно учитывая, что Клоп, который двигался куда быстрее любого скакуна, прибудет в город значительно раньше самой Лэйлы.

— Не люблю лошадей, маленький мой! Я привыкла к удобствам, а после седла задница похожа на раскалённую сковороду. Позволь мне взять краба! Он хоть и пованивает гнилью и мертвечиной, но…

Лэйла вдруг замолчала, округлив глаза.

— Ты чего такое удумал, мелкий гадёныш? — она посмотрела на вмиг покрасневшего Клопа, который судя по виду, собирался провалиться под землю от стыда. — Вот, значит, чего ты хочешь? Я же тебя придушу!

Уж не знаю, что такого неординарного было в мыслях юного равка, но в голосе Лэйлы, помимо злости, слышалось почти неприкрытое восхищение.

Клоп не стал ждать, пока разъярённая магичка приступит к реализации своих угроз. Он пулей метнулся в тень от палатки, стоявшей рядом, и растворился в полумраке, словно его и не было.

— Прибью гадину! — возмущённо выдохнула Лэйла и вдруг добавила: — А он мне нравится!

Не знаю как, но столь полярные мнения легко уживались в одной голове, не вызывая никакого диссонанса.

— Пойду искать лошадь, чтобы она выдала мне лучшего Йоганна, — блеснув зелёными глазами, добавила Лэйла и расхохоталась. — Или наоборот!

Спустя мгновение, фигура девушки потерялась среди шатров.

Так-то лучше. Тем более, отдавать ей Усача я в любом случае не собирался. На него у меня имелись совсем другие планы.

Прежде чем отправиться к Дру-угу, который был следующим, кого я собирался озадачить важным поручением, мне пришлось зайти к Фруасу Суару, чтобы получить кое-какую информацию.

Некоторое время назад я поручил ему, — если безумцу вообще можно что-то поручить, — изучение подземных ходов, по картам, «подаренным» мне Лик-тики. И теперь настал момент выяснить, как далеко гениальный учёный продвинулся по этому пути.

Обитель Фруаса Суара встретила меня полумраком и стопками пожелтевших от времени листов, разложенных тут и там в таком совершенном беспорядке, что в этом бардаке даже проглядывалась какая-то неподвластная обычному разуму система.

Сам старик сосредоточенно записывал что-то в своём «гроссбухе». Свежий воздух явно пошёл ему на пользу. О полном исцелении всех душевных недугов речь, понятное дело, не шла — не думаю, что это в принципе было возможно, — однако он чувствовал себя значительно бодрее. И вместе с бодростью к нему пришла если не доброжелательность, то как минимум умиротворённость.

— Мне нужно найти безопасный спуск под землю, желательно неподалёку отсюда, — негромко произнёс я. — Знаешь такой?

Старик, казалось, не обращал внимания на происходящее вокруг, однако, стоило мне только задать свой вопрос, как он тут же накарябал на бумаге кривоватую, но вполне понятную схему местности со всеми необходимыми ориентирами. И это вместо того, чтобы сочинить какой-нибудь злобный пасквиль в мой адрес.

Безжалостно вырвав лист, Фруас Суар бросил его на пол и, даже не взглянув на меня, с утроенной скоростью принялся строчить что-то на следующей странице. На другие вопросы он уже не реагировал. Видимо, мой лимит его расположения был исчерпан без остатка.

Впрочем, и то хлеб. Я ожидал куда более тяжёлого противостояния с воспалённым рассудком гения, так что грех жаловаться.

Теперь мне предстояло поговорить с Дру-угом. И этот разговор точно будет не из лёгких.

Чтобы дойти до южной окраины лагеря, где стояла палатка или, скорее, шатёр, в котором жил морфан, мне понадобилось всего несколько минут.

Из разговоров бойцов я знал, что Дру-уг уже вернулся с поисков — его «транспорт» привлекал слишком много внимания, чтобы остаться незамеченным. Сам Усач валялся неподалёку, в тени под огромным навесом. Он так и не смог привыкнуть к ярком солнцу, поэтому использовал любую возможность, чтобы спрятаться от его жгучих лучей.

Ночные приключения, плавно перетёкшие в утренний забег по окрестным лесам, дались бедолаге нелегко.

Гигантский краб вяло поприветствовал меня негромким щелчком единственной клешни. В этом коротком, отрывистом звуке слышалась невероятная усталость существа, мечтающего о покое и сытном завтраке, а вместо этого получающего один удар судьбы за другим. И это Усач ещё не знал, что вскоре ему предстоит отправиться в очередное путешествие…

— Ты, стоять, — я притормозил проходившего по соседней «улице» бойца. — Каррис, так?

— Так, — удивлённо ответил тот. — Я Каррис… господин.

Тот факт, что я помнил если не всех, то многих своих солдат по именам, неизменно приводил их в замешательство. Те командиры, под чьим чутким руководством им приходилось служить раньше, никогда не забивали себе голову такой «ерундой». И были неправы.

При должной тренировке в этом нет ничего сложного, а польза огромна. С одной стороны, каждый боец чувствовал к себе особое отношение, что хорошо влияло на боевой дух, а с другой, все понимали, что, случись чего, слиться с безымянной массой ни у кого не выйдет. Сплошные плюсы, как ни крути.

— Слушай сюда, Каррис. Нужно раздобыть корову… — я посмотрел в страдальческие глазёнки Усач.

Его взгляд намекал, что одной коровы будет мало.