Трон галактики будет моим! Книга 10 (СИ) - Скоробогатов Андрей Валерьевич - Страница 46

— Тогда предлагаю не сразу за ним идти, а сначала на склон взобраться, чтобы по высоте сравняться.

— Сразу видно — опыт пехотной подготовки, — хмыкнул я.

Ну, мы так и сделали — прогулялись сперва, как ни в чём не бывало, вверх по склону холма, а пастушок так и стоял и глазел на нас. И лишь потом свернули в его сторону. Вот тут-то пятки и засверкали! Бросил несчастную скотину в количестве пяти штук, коей оказалась какая-то странная желтоволосая помесь козы и овцы аж с четырьмя рожками, и помчался за холмы.

Ну, мы ускорили шаг. Нагнать специально не пытались, оставляли фору в сотню метров. Миновали один холм, затем второй, третий. И наконец-то вздохнули с облегчением, увидев тоненькие струйки дыма, уносимые ветром Вдалеке, в километрах трёх, за небольшой рощей, спряталась обнесённая частоколом деревенька.

Да. Вокруг поля зерновых, виноградники, вдалеке — гавань небольшой бухточки, ещё какие-то овечки пасутся — пастораль, в общем.

— Теперь я спокоен, — сообщил я Даше.

— Это почему? Ты думаешь, у них там есть стоянка челноков? Тут же какая-то дикая древность!

— Древность — не древность, но ты вот это видишь? — я указал на достаточно высокую башню вдалеке, на мысе глубоко вдающегося в море полуострова.

— Это какое-то культовое сооружение? — предположила Даша.

— Возможно. Но, гораздо вероятнее, что это маяк. В самом изначальном его значении — как средство навигации у морских кораблей. А раз есть навигация морских кораблей — значит, есть и какая-то местная цивилизация. А раз есть местная цивилизация…

— Пошли, — Даша бодро зашагала вперёд. — Не терпится узнать уже, что за цивилизация.

— Дашенька, только ты это… — намекнул я ей, не без удовольствия взглянув ещё раз на точёную фигурку.

— Да-да, понятно, — сказала она и скомандовала своему гиацинтовому скафандру вернуться к прошлому состоянию, покрыв всё тело целиком.

Ещё полчаса минут пути, сопровождаемых разбегающимися в разные стороны крестьянами и пастушками. И вот, мы уже стоим у крепко закрытых ворот посёлка, внутри позвякивает колокол, а с двух башенок на нас боязливо поглядывают мордахи двух стражников в доспехах из незнакомого металла.

— Ну, постоим. Подождём, — предложил я.

Какая-то знакомая форма доспехов… Как будто бы видел где-то. Где-то в Пантеоне, явно. А вот цвет лица странный. Я даже такой расы никогда не видел. Не то мулаты, не то — метисы какие-то. Очень, очень интересно.

А за воротами то и дело слышались голоса, крики, детский плач — и всё на незнакомом языке.

Я на миг даже испугался. Подумав, что нас Лорд-Протектор не просто в пространстве закинул — но и во времени. Назад, в прошлое. Но тут же взглянул на тушку убитого птеродактиля на плече и понял — не, вряд ли. Энергия Большого Взрыва особенно с путешествиями во времени не играет, это вам не Тёмная Богиня какая-нибудь с её хроноклазмами.

— Что-то я уже устала ждать, — сообщила Даша через минут десять. — И кушать хочется. Может, штурманём ворота?

— Можем и штурмануть, — кивнул я. — Но лучше подождать, я почему-то верю в знаменитое средиземноморское гостеприимство.

И средиземноморское гостеприимство не обмануло. Ворота открылись. Натруженно загудело две три дудки, застучал глухой барабанчик.

Нас встречала процессия — несколько пожилых господ, облачённых в стёганные и кожаные доспехи, три дамы в белых туниках, дети, которые несли цветы. Все очень маленького, по сравнению с нами, роста — на голову ниже Даши.

Центральный из пожилых господ упал на колени, вскинул руки к небесам, а затем зашёлся в длинной возвышенной тираде на незнакомом языке.

И упал ниц.

И тут же поползли строчки во Внутреннем Экране.

«Производится лингвистический анализ»

«Обнаруживается сходность к архаичными докосмическими языками»

'Примерный перевод:

— Приветствуем тебя, о спустившаяся с небес, Антея, Диндимена, Идейская мать, Великая мать богов Кибела, и тебя, лучезарный спутник ея, убийца гарпий, на грешную ромейскую землю! Падаем ниц перед тобой, пощади.

А упали они в сторону Даши, разумеется. Не меня. Ну, как же ещё!

— Ты ж моя богиня, — ласково сообщил я Даше. — Ну и чего делать будем с этим всем?

Глава 22

А ты сегодня думал о Римской империи?

— В первую очередь я хочу поесть, помыться и приодеться во что-то местное, — сообщила мне Дарья. — О, перевод подогнали! Щ-ща я им скажу…

— Погоди! — я остановил её. — Давай лучше я сперва с ними буду говорить. Как переводчик. Не подобает богине общаться с плебсом.

— Мысль верная, — кивнула она, вздёрнув нос и изобразив божественное негодование.

Я же начал грозным тоном бормотать.

— Primum omnium, mihi opus est…

Толпа охнула, отшатнулась, поражённая тем, что спустившиеся с небес разговаривают с ними на одном языке. Снова началась суета, неровно задули в дудки, девушки убежали за ворота — видимо, чтобы подготовить желаемое.

Имплант что-то переводил, текстом, разумеется, потому что в его конструкции звукового канала не предусматривалось. Но пока вчитываться времени не было, а на слух, конечно, ничего такого я не мог воспринимать.

Мне языки давались не то, чтобы очень легко, но давались. В Империи давно уже один-единственный человеческий язык, наследник русского. В Пантеоне, правда, приходилось изучать парочку вымерших языков, чьими наследниками пользуются разные «деградировавшие народности» на грунте.

Я был категорически против того, чтобы называть местных аборигенов столь жестоким канцеляритным термином. К тому же, я уже заметил признаки цивилизации. Шлемы у стражников, копья — явно стальные, хоть и из какого-то кустарного сплава. Замок на дверях, украшения и прочее — не, это не были прямо-таки варварские племена. Какая-никакая цивилизация.

Уже только после того, как прочитал свою реплику — я вспомнил название этого языка. Это ж латынь! Ну, такая, не совсем правильная, возможно, народная.

И буковки характерные на воротах сверху — SPQR.

«Сенат и народ римской империи».

У нас тут что, римская империя⁈

— Как давно ты думала о римской империи? — зачем-то спросил я Дашу.

— Я всегда думаю об Империи, — как-то на автомате ответила она, видимо, не поняв, о какой империи я имею в виду.

Старик кое-как поднялся с колен, снова принялся кланяться, и бормотал что-то бессвязное, из-за чего имплант едва выхватывал слова.

— Просим благословения… спасения… помощи, о великие небесные жители, явите нам свою силу…

— Силу, говоришь, явить, — хмыкнул я.

Никогда не было привычки разбрасываться Энергией Большого Взрыва просто так, для дешёвых иллюзий. Но раз хорошие люди просят…

Я обернулся и пустил назад по дороге силовую волну, чтобы изобразить ветерок.

Ну, я-то думал, что пущу на самой низкой мощности. Но с моей энергией творилось что-то невероятное — ударная волна ударила в грунтовку, прокатилась по ней метров двадцать, подняв облако пыли.

Послышались визги, вопли, не то благоговейного ужаса, не то восхищения.

— Я ещё крестиком вышивать умею, — довольно сообщил я, но переводить не стал.

— А я вот так не могу, — хмыкнула Даша. — Разве что…

Она торжественно повела рукой и пустила два огонька из сопел плазменных резаков своего гиацинтового скафандра.

Снова восхищение, благоговение радость.

— Ну, может быть, закончим уже цирковое представление и пройдём внутрь? — предложил я.

И твёрдом шагом, через мигом расступившуюся толпу, зашагал через деревню. Ещё на ходу взял из дрожащих рук испуганной девицы краюху хлеба и перекусил. Вкусный хлеб. Натуральный.

Хотя, может, и зря, испортил о себе божественное впечатление. Мало ли чем там по мнению местных должны питаться обитатели Олимпа.

Старик бормотал что-то вроде:

— Это точно спасение, Кибела смилостивилась и явилась к нам в обличии сияющей девы, и возлюбленный ея, Аполлон, здесь же.