Ухорез. Тетралогия (СИ) - Горъ Василий - Страница 252

– Ты хочешь сказать, что это покушение – следствие его недавнего вояжа по колониям строгого и особого режимов? – на всякий случай уточнил я и угадал:

– По словам Григория Денисовича, вероятнее всего. Поэтому государь и приказал выжечь эту гниль к чертовой матери.

– Правильно решение… – сказал я, задумчиво оглядел глубинные бомбы и снова переключился в рабочий режим: – Мам, поручи, пожалуйста, Бердяева заботам Жарова, пригляди за ними со стороны и пришли Аню в покои Наташи прямо сейчас: нам не хватает рук.

– Стесняюсь спросить, для чего… – поддела меня она.

Я ответил тем же самым и по тому же месту:

– Расскажем. Наверное. Если сочтем, что доросла…

…Каменный лабиринт, обнаруженный Наташей в мире ящеров, оказался окраинной частью их подводного города. А ближе к центру среди коралловых столбов, мостиков и аллеек появились… хм… мазанки, красиво подсвеченные флуоресцирующими водорослями.

Кстати, «подсветки» было много. И она так удачно подчеркивала сумасшедшие цвета этого мира, что у нас моментами захватывало дух. Впрочем, испытываемый восторг не расхолаживал. Поэтому, наткнувшись на самое крупное «здание», расположенное в самом густом переплетении «аллей», мы «подняли» портал моей напарницы почти к самой поверхности воды, развернули горизонтально – причем и у нас, и в «смежном» мире – «завели» гидростатический взрыватель по инструкции из Сети и провели следственный эксперимент. То есть, сбросили один «подарок» вниз.

Гидроудар от ста тридцати пяти килограммов синтетической взрывчатки оказался настолько мощным, что не только снес все «жилье» и все коралловые «конструкции» в радиусе добрых семидесяти метров, но и взбаламутил воду. Так что нам пришлось ждать, пока слабое течение «сдвинет» облако, местами окрашенное розовым, в сторону и позволит продолжить Воздаяние. Само собой, сделали и напрашивавшиеся выводы – определившись со следующей точкой сброса, оставили в ней один портал, а второй «передвинули» подальше. Поэтому увидели не только разрушение очередного подводного «квартала» и дикую панику рептилий, живших достаточно далеко от эпицентра взрыва, но и появление отрядов то ли спасателей, то ли вояк.

Поставленные ими водяные стены  не пригодились – мы уронили третью глубинную бомбу метрах в двухстах от второй. А потом ненадолго отвлеклись. Из‑за того, что матушка предупредила о своем приходе, и Ане пришлось пробежаться до прихожей, чтобы разблокировать дверь.

Нарисовавшись на пороге ванной и обнаружив нас, два периодически «мигающих» портала и семь «подарков», матушка потерял дар речи. А после того, как вновь обрела, признала ограниченность своей фантазии:

– Я, оказывается, даже близко не представляла, чем, при наличии особо буйной фантазии, можно заниматься в ванной вдвоем или втроем. Поэтому прошу… нет, требую позволить мне поучаствовать в этом непотребстве!

Сообразив, чем она руководствовалась, озвучивая эту шутку, Наташа мягко улыбнулась:

– Мы в порядке. Честно: видели, что ящеры творили во время прошлых вторжений, так что не рефлексируем вообще. Впрочем, за попытку сгладить неприятные впечатления– большое спасибо…

Родительница кивнула и спросила, чем нам помочь.

Помогала чисто символически. Усиливая воздушные стены , которыми мы подталкивали бомбы к горизонтальным порталам. А все остальное время изучала последствия гидроударов, наблюдала за «перемещением» «зеркал» и училась выставлять глубину срабатывания взрывателей. Вроде как, на всякий случай. Кстати, метнулась и к последней, десятой бомбе. Пришлось тормозить – сообщать, что ее мы «выбрасывать» не собираемся.

– И… почему? – полюбопытствовала она.

– Хочу попробовать использовать ее, как образец точки привязки для поиска новой партии… – ответил я и криво усмехнулся: – А то сторожевик, с которого мы позаимствовали эту, наверняка поднимут и лишат нас доступа к халявным «подаркам».

– Грабители… – вздохнула она, растрепала мне волосы, а затем обняла мою напарницу за талию и испытующе уставилась ей в глаза: – Наташ, я посмотрела первые секунд тридцать видеозаписи казни Кавендиша, до сих пор воюю с накатывающей тошнотой и понимаю, через что тебе пришлось пройти из‑за неуемной фантазии моего сына. Поэтому признавайся, что у тебя на душе на самом деле .

Вырываться из ее захвата «Природница» и не подумала. Наоборот, чуть‑чуть подалась вперед, видимо, в знак готовности колоться до донышка, и едва заметно пожала плечами:

– Тишь, гладь да божья благодать: Олег уже помог мне «отпустить» оба неприятных воспоминания, а Воздаяние ублюдочным ящерам окончательно затерло жалкие остатки послевкусия. Кстати, спасибо вам за заботу: я оценила и преисполнена глубочайшей благодарности.

– А попроще изъясняться можешь? – сварливо поинтересовалась мама, по моим ощущениям, не поверившая этому признанию.

– Ага. Спасибо. Большое‑пребольшое! – мурлыкнула Наташа и перешла на заговорщический шепот: – Кстати, одно крайне неприятное и постепенно усиливающееся чувство нас с Олегом все‑таки гложет…

– Голод, небось? – весело хохотнула Аня, напарница «виновато» кивнула и получила по заднице от моей родительницы, «страшно возмущенной» этим розыгрышем. Впрочем, нужный нам вывод все‑таки сделала – пообещала построить Марию Тарасовну. А потом заметила, что я смотрю на последнюю бомбу с «неправильным» интересом и спросила, что с ней не так.

– Все так… – буркнул я. – Но эта бандура лежит на ледяной «подушке», которая потихонечку тает. Вот я и прикидываю, чем ее заменить, чтобы нам не пришлось наведываться в ванную каждые пару часов…

Проблему решили, заиграв в гостевой спальне, выделенной Голицыну, водяной матрас и сразу же заказав новый. Так что со спокойной совестью ушли в большую гостиную, поздоровались с Жаровой, насладились сытным обедом и умяли по два куска бисквитного торта со свежими ягодами.

Кстати, в тот момент, когда я потянулся за вторым, сын экономки, Егор, доложил об обнаружении фиолетового портала и двух варанов километрах в пяти от усадьбы, и в нас с Наташей проснулся нешуточный энтузиазм. Ибо мы уже забыли, когда усиливались, а тут подфартило с энергонасыщенным и, что не менее важно, «долгоиграющим» порталом и зверьем аж седьмого класса опасности. В общем, я радостно взял власть в свои руки – отпустил матушку и Аню отдыхать, выяснил у Антипа Назаровича, на какую площадку загнали строительную технику главного ракетно‑артиллерийского управления, дал команду дроноводам подводить животинок с северо‑запада и пошел одеваться. А на половине дороги принял звонок от Императора, поздоровался, выслушал ответное приветствие и, воспользовавшись представившейся возможностью, сначала выяснил, как идет расследование покушения на Анатолия Игоревича, а затем пригласил Белосельского усилиться «на варанах».

– Спасибо за предложение, но вынужден отказаться – со временем у меня полный швах… – устало сказал глава государства и объяснил, почему: – Этой ночью мои люди немного позлоупотребляли Правом Сильного. В частности, наведались в гости к послу Великобритании и убедили поделиться кое‑какой информацией о деятельности разведки этого королевства на территории моей Империи. Всеми откровениями безвременно почившего делиться, конечно же, не буду, но самое интересное озвучу: диверсию с «Репейниками» провел один из «спящих» агентов британской разведки по личному приказу еще одного безвременно почившего – сэра Уильяма Кавендиша. Кстати, то, что он отдал богу душу, меня не успокоило: я жажду крови и с удовольствием отомстил бы Бенджамину Второму, не умри он этой ночью в своей постели.

– О‑о‑о, так на нашей улице праздник? – восхитился я, и Император сел на мою волну:

– И еще какой: этой же ночью внезапно умерли еще четыре убежденных «орла» большой политики – директор службы внешней разведки Британии Генри Фицрой Сомерсет четырнадцатый герцог Бофорт, кардинал Роберто Марко Марчетти – протоиерей‑коадъютор Папской базилики Санта‑Мария‑Маджоре, кайзер Альберт Пятый, Прусский и Людовик Двадцать Первый! Так что в четырех влиятельнейших государствах Европы начинается сумасшедшая грызня за власть, и им стало не до нас…