Ухорез. Тетралогия (СИ) - Горъ Василий - Страница 23

— Ну да: элитный жилой комплекс — это хорошая охрана… — согласилась матушка и снова превратилась в слух.

— Не только… — буркнул я. — Нам с тобой нужен еще и очень серьезный спорткомплекс, дабы минимизировать количество необязательных выездов за охраняемую территорию. А все остальное пока в тумане: я понимаю, что буду учиться, но в нашей семье два человека, и учитывать твои интересы надо еще на этапе поиска квартиры.

— Для Ухореза, без особого труда нейтрализовавшего и сломавшего профессионального ликвидатора, а потом заставившего обмочиться нового главу рода Державиных, ты слишком рассудителен… — пошутила она и опять посерьезнела. — Впрочем, я тобой горжусь. И мысленно называю Защитником. Кстати, о защитниках: как ты себя чувствуешь?

То, что у этого вопроса имеется второе дно, я чувствовал кожей. Так что дал заранее подготовленный ответ:

— Судя по тому, что прибавил в росте два сантиметра, набрал почти пять килограммов веса и отжимаюсь на двадцать с лишним раз больше, чем в конце позапрошлой недели — матерею на глазах.

Ее отпустило. Видимо, от мысленного «перевода» объяснений в фразу «Раз расту и становлюсь сильнее, значит, организм в норме…» Поэтому легче стало и мне. И я напомнил ей о вопросе, на который так и не получил ответа:

— Так чем ты планируешь заняться для души?

— Сначала восстановлюсь. Потом налягу на тренировки и начну учиться стрелять. Чтобы не позориться на твоем фоне. А через какое-то время вернусь в юность, куплю еще один «Гепард» и займусь делом мечты — экстремальным вождением.

— Намек понял! — улыбнулся я и встал с пола.

— Какой намек? — недоуменно нахмурилась она.

— На необходимость немедленно провести тебе обещанную экскурсию…

Глава 12

10 августа 996 г. от ВР.

…Петр Романович Ремезов, личный помощник генерального прокурора, оказался на редкость пробивной личностью. Да, серьезнейший статус позволял добиваться желаемого силой, но этот юрист предпочитал использовать очень быстрые мозги, обширнейшие знания, дьявольскую хитрость, врожденный артистизм и великолепно подвешенный язык, так что наблюдать за тем, как он «решает вопросы», было и чертовски интересно, и безумно познавательно.

Он пытался подобрать ключик и ко мне. Перед самым началом анабазиса похвалил «Кошака» и признался, что когда-то бредил мощными спортивными машинами. Почувствовав, что эта тема меня нисколько не зацепила, отложил поиск подходов эдак часа на два. А после того, как помог эмансипироваться и получить весь комплект документов, зашел со стороны универсальных боевых искусств, техники работы холодняком и практической стрельбы накоротке. Не ощутив ожидаемого отклика и тут, сделал вторую «паузу», за время которой поспособствовал получению полноценного водительского удостоверения. И снова «атаковал». Мимоходом поделившись своим отношением к настоящим воякам и «для примера» упомянув названия всех трех самых прославленных спецподразделений, одним из которых, естественно, оказались Бешеные Медведи.

Само собой, не забывал и поздравлять. С каждым новоприобретенным статусом. А по дороге к жилому комплексу «Золотые Ключи», в котором мы с матушкой решили приобрести квартиру, порассуждал о разнице в менталитете горожан и жителей суровой Сибири.

Да, я мог порадовать его хоть искоркой интереса к поднимаемым темам, но так и не стал. В основном из-за того, что переживал из-за родительницы, оставшейся в больнице в гордом одиночестве и наверняка рвавшей себе душу переживаниями. Впрочем, после того, как Петр Романович проверил договор купли-продажи, дал добро на совершение сделки, проконтролировал переход права собственности на сетевой страничке соответствующего реестра и от души поздравил с обретением собственности в столице, я поблагодарил его за помощь и пригласил отобедать в одном из ресторанов ЖК. А после трапезы отвез к зданию генеральной прокуратуры и даже коротко кивнул в ответ на предложение при необходимости звонить, не задумываясь. Хотя понимал, что без особой нужды этого не сделаю. Чтобы не обзавестись «неоплатным долгом» перед настолько хитрожопой личностью.

Пока возвращался в «Ключи», позвонил матушке и рассказал последние новости. А после того, как загнал машину на одно из двух своих парковочных мест, прервал разговор, пообещал набрать еще раз, но попозже, и отправился на поиски управляющего жилым комплексом.

Нашел. Представился. Сообщил, что приобрел двести вторую квартиру и что собираюсь установить в ней профессиональный оружейный шкафчик. А потом попросил содействия в плане транспортировки, установки и подключения этой приблуды к системе контроля СБ.

Управляющий оказался человеком дела — поинтересовался, выбрал ли я уже конкретную модель, выслушал односложный отрицательный ответ, влез на сетевую страничку оружейного магазина, с которым «давно сотрудничает», дал время определиться с желаниями, предложил очень неплохую скидку и… ненавязчиво впарил достаточно навороченный сейф. Потом выкатил мне счета на покупки и весь комплекс услуг, убедился в поступлении средств на счет юридического лица, получил разовые коды доступа в квартиру, выяснил, где монтировать приобретения, и пообещал, что все работы будут закончены уже к десяти вечера!

В общем, следующую задачу — аренду небольшого грузовичка — я решил через него же. И тоже не разочаровался — уже через полчаса после того, как был оплачен очередной счет, к служебному входу в жилой комплекс подкатил симпатичный светлый «автомат»-пятитонник,на удивление легко и быстро «привязался» к моему «Кошаку» и бодренько покатил следом. И пусть кортеж из двух настолько разномастных автомобилей со стороны выглядел забавно, мне было плевать — я делал то, что требовалось, и не комплексовал от слова «вообще». А с половины дороги позвонил Артему, сообщил ориентировочное время и цель прибытия, предупредил, что приеду на двух машинах, и попросил решить вопрос с незамедлительным въездом на территорию поместья.

СБ-шник пообещал сделать все, что в его силах, и доложить о решении вышестоящего начальства даже в том случае, если ему запретят это делать, сбросил вызов, набрал меня буквально через пять минут и виновато вздохнул:

— Олег Леонидович, ворота откроют. Но есть ненулевые шансы на то, что не сразу — могут вмешаться ваши братья…

…Позволять экс-родичам строить из себя вершителей моей судьбы я не собирался. Поэтому набрал матушку, попросил у нее прямой номер Алексея Юрьевича, «постучался» к нему, заявил, что подъезжаю, и дал понять, что на попытку помурыжить меня у ворот или где-нибудь еще воздам ему лично.

Воспоминания об испытанном унижении еще не выветрились из памяти без пяти минут нового главы рода, а повторять испытанное очень не хотелось, так что на территорию поместья меня впустили без проволочек. Правда, Павел со Станиславом, обнаружившиеся рядом с КПП, проводили мои автомобили ненавидящими взглядами, но я их проигнорировал — объехал особняк против часовой стрелки, подогнал «автомат» к окну своей бывшей гардеробной, закрыл «Гепард» и потопал к ближайшему входу. А уже через полминуты обнаружил, что дверной замок, еще недавно настроенный на мою биометрию, уже перепрограммирован, а дверь открыта.

Я собрался, было, смертельно обидеться и как следует разойтись, но оружие оказалось в шкафу. Да, стоящим не на своих местах, но в том же самом количестве. Тем не менее, я поддался требованиям паранойи и решил провести неполную разборку всех стволов, чтобы убедиться в том, что не пропало ни одной детали. Начал с отцовской «Точки». Обнаружив патрон в ее патроннике, не на шутку разозлился, поднял верхний цинк, наткнулся взглядом на второй, вскрытый, и… получил прекраснейшую возможность сорваться — возникший на пороге Павел Алексеевич — восемнадцатилетний студент владимирской академии искусств — поинтересовался, с чего это я вдруг такой наглый. При этом имел глупость использовать обсценную лексику, поэтому поймал левый боковой в печень, сложился в три погибели и прилег отдохнуть. Из-за чего его шестнадцатилетний братец Станислав Алексеевич — кстати, тот самый, который пытался наложить лапы на мой «Гепард» — и потерял дар речи. Ну, а я воспользовался возможностью толкнуть речь в тишине и сообщил, что пишу все происходящее на телефон, соответственно, был в своем праве. А после того, как заметил в глазах парня бессильную ярость, сделал провокационное предложение: