Ухорез. Тетралогия (СИ) - Горъ Василий - Страница 210

Страхолюдина выдержала удары, но замедлилась. Причем существенно. А непонятные отростки на морде, остывшие сильнее всего, понуро поникли. Вот я и провел следующий эксперимент – вбил заморозку  в первый правый, всадил туда же кулак  из семи стихий и отломал эту хрень к чертовой матери. Потом на пару с Наташей ушел в двадцатипятиметровый рывок  и с новой позиции лишил «креветку» еще трех отростков и «вибрисс». Да, параллельно принимал на щит  ее плевки  и восстанавливал его плотность, но процесс был привычен и не напрягал.

Кстати, «вибриссо‑эктомия» вывела тварюгу из себя – она рванула к нам на форсаже, из‑за чего пришлось увеличить частоту перемещений. На одном из них нас «креветка» и подловила, ударив не в точку, а по площади. Мой щит  с честью выдержал и эту атаку – она била процентов на пятнадцать‑двадцать слабее плевка . Зато щит  и покров  Природницы как ветром сдуло. Так что она выжила только за счет моего Огня, гревшего ее тушку! Вот меня и накрыло: я вложил в пятнышко  все имеющиеся стихии, включая Пространство, и всадил получившееся заклинание точно между «жвалами» иномирной твари. Само собой, ограничиваться одной‑единственной атакой не собирался – готовился «заточить» «креветку» в «слоеный» кокон , вырастить внутри ледяные шипы  и через них несколько раз ударить заморозкой . Но результат попадания заклинания, созданного в состоянии аффекта, проконтролировал. Находясь под максимально глубоким ускорением . Поэтому, увидев, КАК сминается и деформируется область «жвал», как за ними появляется бесформенная дыра и как монстрика начинает заваливать на хвост, мысленно присвистнул и решил подождать. Хотя бы секунду‑полторы. И, как вскоре выяснилось, не ошибся – искажение  не только продавило покров  обитателя пустынь, но и превратило в гоголь‑моголь почти погонный метр содержимого передней части его тушки!

Впрочем, в жар меня кинуло все равно. Причем два раза подряд: сразу после того, как я осознал, что мое решение порубиться с иномирной тварью шестого класса опасности чуть было не убило Наташу, и в тот момент, когда она, выйдя из рывка  вплотную ко мне, обняла за талию, уставилась в глаза и выдохнула пять предложений:

– Ваш Огонь спас мне жизнь. И я вам бесконечно благодарна. Но своими чувствами поделюсь потом. А сейчас нам надо убить еще одну «креветку». Чтобы избавить меня от появившегося страха перед ними….

Глава 28

        23 ноября 996 г. от ВР.      

…Синие порталы закрылись сразу после завтрака с разницей в каких‑то двадцать минут, а других в этот момент не было, поэтому я приказал личному составу свободных смен как следует выспаться. Хотел отправить отдыхать и матушку, Аню, Валю и Варю, честно отдежуривших всю вторую половину ночи, взявших по три уровня и основательно перегрузивших энергетику, но не успел озвучить это решение – пока я вещал в общий канал «Паутинки», мама набрала и прислала мне сообщение, в котором изъявила желание слетать в Белоярск, чтобы приодеть Глотову с Филимоновой.

Последний абзац, описывавший нюансы этой идеи, оказался достаточно убедительным, так что я коротко кивнул, отправил запрос на подключение к моему личному каналу Дежневу и Рюмину, сообщил им, что они поступают в распоряжение моей родительницы, и умыл руки. То есть, дал ей возможность поставить «телохранителям» боевые задачи. А в десять утра на пару с Наташей проводил толпу из шести человек до ангара, пожелал удачи и подождал, пока «Икар» вылетит на оперативный простор, наберет высоту и встанет на курс.

На обратном пути грохнул какую‑то иномирную хищную птицу, сдуру попытавшуюся закогтить меня‑любимого, поленился рассматривать тушку, в которую вбил пятнышко , и вместе с Красовской отправился инспектировать усадьбу. Вернее, для виду наведался к строителям и убедился в том, что они пашут, как рабы на галерах, затем прошелся по всем «основным» теплицам, поставляющим нам свежие фрукты, овощи и зелень, и ненадолго задержался в «опытной», в которой наши Природницы экспериментировали с растениями. Там‑то очередную стихию и «взял». По большому счету, только ради прироста мощи энергетики.

Кстати, в этот раз прирост оказался совсем небольшим – радиус области контроля вырос всего метра на три. И ощущение «всесилия» приложило очень уж слабо. Впрочем, разделение и слияние магистральных каналов состоялось, новый сектор ядра благополучно слился с остальными, а к «общему» чувству стихий добавился новый «оттенок». Вот я и не стенал – благодарно кивнул в ответ на безмолвные поздравления Красовской, объел куст умопомрачительно вкусной малины и перечислил Природницам премии. За добросовестность.

– Эти денежки точно никто не вернет! – весело хохотнула помощница, поймала мой недоуменный взгляд и поделилась чрезвычайно интересной информацией: – Нинка Пришвина разослала всем магам рода по сто тысяч. Из денег, которые получила за прирученного «тираннозавра». И написала, что не смогла бы начать зарабатывать на Приручении, не защищай ее боевые маги, не помогай тренироваться и так далее. Но все разосланные деньги  вернулись обратно. В «комплекте» с текстовыми сообщениями типа: «Мы регулярно получаем оклады, процент от продажи государству туш иномирного зверья, „боевые“ и премии, зарабатываем намного больше, чем нужно для достойной жизни, и непоколебимо уверены, что в этом роду  нуждаться не будем. А за тебя искренне рады и нисколько не завидуем…»

– И как на эти сообщения отреагировала Нина? – полюбопытствовал я, уложив в голове новое знание.

Наташа улыбнулась:

– Попросила Леньку помочь ей составить список дней рождений. Значит, собирается преподносить хорошие подарки.

– Здорово… – удовлетворенно заявил я: – Род постепенно превращается в монолит.

Природница согласно кивнула, высыпала мне в ладонь половину горсти голубики и всю обратную дорогу до особняка делилась не менее интересными «разведданными». А после того, как мы зарулили в спортзал, и я, закрыв дверь и врубив «глушилку», извинился за решение атаковать «креветку», повторила и дополнила мое давнее утверждение:

– Олег Леонидович, как вы когда‑то сказали, мы разбираемся в магии опытным путем, значит, не застрахованы от ошибок. Да, ваша напугала. Но, в то же самое время, помогла нам сделать очередные качественные скачки в понимании своих стихий и – что самое приятное лично для меня – позволила лишний раз почувствовать,  что я вам дорога. Так что извинения не нужны – я рада, что так случилось, и уже привыкла еще к двум стихиям, которыми вы усиливаете мой покров  каждый раз, когда мы выходим под открытое небо.

Я кивнул и сел на мат. Потом лег набок, подложил руку под голову и съехал на менее «острую» тему – спросил, как ощущаются эти две стихии.

Она отзеркалила мое положение и пожала «верхним» плечом:

– Без Жизни – обычно: Земля еле заметно замедляет, а «Танковая», вроде как, добавляет покрову  жесткости. Впрочем, оба ощущения комфортны.

– Это хорошо… – сказал я, покосился на «подушку», представил себя атакующим, поморщился, решительно завалился на спину и закрыл глаза: – Тренироваться не хочу – нет моральных сил. Экспериментировать тоже не тянет. Хотя разумом и понимаю, что надо. С удовольствием поплавал бы в бассейне, но наш еще, увы, не готов…

– А как насчет моего массажа? – спросила женщина, и ее «силуэт» чуть‑чуть приподнялся на локте.

Тут я приоткрыл левый глаз и посмотрел на нее:

– За предложение – спасибо. Но ты вымоталась ничуть не меньше меня. Поэтому давай отложим массаж на другой день и побездельничаем – вырубим «глушилку», чтобы до меня можно было дозвониться, включим тихую музыку или какой‑нибудь фильм и просто поваляемся.

Она на несколько мгновений расфокусировала взгляд и снова уставилась мне в глаза: