Вредная для Снежного, или Вынужденный брак леди райн-Рейвис - Самсонова Наталья - Страница 15

Ее Величество медленно кивнула:

— В этом есть смысл. Мы многое упустили, лишившись возможности учиться в Академии.

Я сочувственно склонила голову, а после улыбнулась:

— Вы были бы лучшей ученицей, а значит, свою первую заглушку получили бы в подарок. Позволите преподнести вам формулу?

Мне было понятно, что королева захочет изучить это заклинание. И можно было бы подождать, пока она попросит. Но что-то мне подсказывало, что лучше всего оформить это в дар.

— Мы были бы признательны.

Через несколько минут передо мной поставили малый переносной писчий столик, на который легла пухлая книжица.

И я, поняв, что там хранятся все знания Ее Величества, не только вписала формулу заглушки, но и добавила простую кровную цепочку, которая надежно защитит тайны королевы. Все, что ей нужно теперь сделать, – это капнуть кровью на колдовской рисунок. И тогда все ее записи превратятся в размышления о кулинарии разных народов мира.

Все это я также записала.

— Но хочу сказать, что такие заглушки легко схлопнуть, — я посмотрела ей в глаза, — поэтому их принято постоянно проверять.

Третья формула легла в тетрадь.

Удивительно, но мне стало искренне жаль королеву. Уж насколько сложна моя ситуация, но я хотя бы имею не только стихийный дар, но еще и великолепное образование. Мои щиты прикроют и меня, и Лукрецию. У королевы же есть лишь ее странный, сложный статус. Вроде бы и жена короля, а вроде бы и нелюбимая, лишняя женщина. Но зато мать наследника, но воспитывают мальчика чужие люди.

«Сегодня я жалею себя чуть меньше, чем вчера», – пронеслось у меня в голове.

Королева приняла из моих рук свою записную книжку, внимательно все прочитала, а после быстро и не задумываясь вытащила из лифа иголку. Капля крови впиталась в страницы, и вместо моего почерка появилась заметка о жареных червях, что готовят на краю мира.

— Прочитайте последнюю кулинарную заметку, — приказала королева и протянула книжку одной из своих фрейлин.

Пока бедная леди читала, остальные зеленели. Королева же лишь снисходительно улыбалась и нет-нет да и приговаривала:

— Мы любим на досуге изучить кулинарию далеких стран. Когда-то мы мечтали путешествовать. И в этих путешествиях изучать алхимию. Составлять яды и противоядия.

Она бросила задумчивый взгляд на ту сторону, где царила леди Ассари. Я посмотрела на Ее Величество и тихо спросила:

— Разве зелье плодородия не решает такие проблемы? Дарованное магией дитя забирает у матери все, включая красоту. После родов здоровье, конечно, восстановится. Но времени пройдет достаточно.

— А бастарды на трон претендовать не могут, — королева хмыкнула, — простая и изящная мысль. Нам нравится.

Задумывалась ли я, к чему могут привести мои слова? Не слишком. Просто Ее Величество удивительным образом располагала к себе.

«Кто знает – быть может, мне предстоит за это поплатиться, – подумала я и пригубила согревшийся сок. – А может, и нет. Глупо думать, что у королевы нет других советчиков».

— Знаете, что самое забавное? — По губам Ее Величества скользнула грустная улыбка. — Наш наследник дарован магией. А эликсир нам был подан рукой королевы-матери. Кто бы смог отказать?

Я смогла лишь сочувственно вздохнуть. Через несколько минут большой перерыв закончился и Ее Величество пространно поблагодарила меня за увлекательную беседу.

— Знаешь, — подошедшая тетушка ненавязчиво подхватила меня под локоть, — Может, и хорошо, что мы покидаем Эрандар. Фаворитка Его Величества тобой явно недовольна.

— Меня это не слишком беспокоит, — серьезно ответила я. — Другое дело, что я бы предпочла остаться незамеченной. Однако же примыкать к свите леди Ассари недопустимо.

Тетушка согласно кивнула:

— Недопустимо. Но публичное осуждение довольно лицемерно, не так ли?

— Весьма, но вряд ли найдется смельчак, способный осудить короля.

В свиту леди Ассари входили младшие дочери, бесприданницы и любовницы иных знатных лордов. Эти змеи смертельно ядовиты, но вокруг них все равно есть незримый барьер. Эти дамы могут войти далеко не в каждый дом. На их мужчин общественное осуждение не распространяется.

— Окажите мне честь. — Обернувшись, я увидела Его Величество.

Ошеломленная и растерянная, я несмело протянула руку, и вокруг моих пальцев вдруг взметнулись снежинки.

— Мой король, — на мои плечи легла рука Хайлена, — моя супруга танцует только со мной.

В этот момент я окончательно перестала что-либо понимать. Во-первых, это всего лишь танец. Во-вторых, глупо отказывать королю в такой малости. В-третьих, я… Я явно чего-то не понимаю.

— Вы готовы противостоять нам, — расхохотался Его Величество, — это так забавно. Мы посмотрим, что произойдет с вашей парой через два-три сезона. Но мне интересно…

Он сделал короткий жест, и к нам присоединилась Ее Величество. Она была немного бледна и явно недовольна тем, что ее подозвали как собаку.

— Герцог Вейарны запретил мне танцевать со своей женой. Пригласи-ка его самого!

Боги, какая нелепая и дурацкая ситуация. И я ведь не могу просто промолчать, Хайлен задрал планку, и я просто вынуждена… О!

— Моя королева, — я присела в реверансе, — молю вас о снисхождении.

— Поднимитесь, леди райн-Рейвис, и не беспокойтесь, — бледно улыбнулась королева. — Ваш супруг пока что принадлежит лишь вам.

Затем она повернулась к королю и положила ладонь ему на руку.

— Наш венценосный супруг упустил из виду маленький нюанс: первый танец на балу всегда принадлежит супругу.

— Они уже танцевали, — нахмурился король, убирая пальчики Ее Величества.

— Они — да, — королева спрятала руки в складки платья, — но мы — нет. Прошу меня простить, мне нехорошо.

— Помогу тебе дойти до фрейлин. — Его Величество грубовато ухватил свою супругу под локоть. — И позволю себе напомнить, что ты уже танцевала сегодня…

Лорды и леди старательно не смотрели на венценосную пару и при этом столь же внимательно фиксировали каждое действие, каждый жест и каждое слово.

— Почему Его Величество столь недоволен своей королевой? — не удержалась я. — Свое содержание Ее Величество тратит на приюты для сирот и больницы для бедных. Она устраивает еженедельные благотворительные обеды, раз в месяц назначает встречи с боевыми магами, пострадавшими от тварей и…

— Люди любят Корринель Эрандарскую, — Хайлен посмотрел на меня, — а леди Ассари не любят.

— Ходил слушок, — тетушка понизила голос, — что Ее Величество была заперта в своих покоях. И чтобы выйти, ей следовало назвать леди Ассари своей сердечной сестрой.

— Эту традицию назвали аморальным пережитком прошлого, — ахнула я.

Хайлен, так и стоявший рядом с нами, тихо проговорил:

— Боюсь, что я не знаю, о какой традиции речь. В Вейарне у мужа есть только его госпожа, а у госпожи только муж. Иное порицается законом, обществом и брачными клятвами.

— В Эрандаре тоже порицается, — хмыкнула тетушка. — Поэтому и придумывают лазейки. Жена, называя любовницу мужа своей сердечной сестрой, как бы возвышает девицу. Разделяет с ней бремя общественного порицания и своим поступком говорит окружающим, что не осуждает девушку.

— Из-за чего осуждать начинают уже жену, — вздохнула я.

— Унизительная традиция, — оценил Хайлен. — Госпожа моя, позвольте пригласить вас на танец.

Я устало посмотрела на герцога, а затем спросила:

— Через сколько мы сможем удалиться с бала?

— Через три танца, — уверенно ответил Хайлен.

И тетушка согласно кивнула. Мне оставалось лишь довериться им. Увы, подобные тонкости прошли мимо меня. Нельзя быть лучшей во всем, но видят боги, от магии проку больше, чем от этикета!

Правда, уже через пару минут я пожалела обо всех упущенных уроках: музыка стихла, люди немного разошлись, и в центре зала осталась одна лишь королева. Она была бледна, ее тонкие пальцы судорожно сжимали тонкую ножку бокала, в котором плескалось что-то насыщенно-алое. Я бы предположила, что это вино, но красное при дворе не подают. Так что же это?