Нежданный наследник. Юный бастард. Книга восьмая (СИ) - Москаленко Юрий "Мюн" - Страница 16

— Что по охране? — задаёт главный вопрос Катерина.

— Минимум. Кто рискнёт на усадьбу Великого Князя напасть? Такие дураки давно перевелись на свете. Всего в охране в обычные дни, не больше десяти человек. Сегодня праздник. Просили, чтобы не светились, а потому со мной всего шестеро на весь объект охраны. Но тревожная кнопка есть, видеонаблюдение по всем направлениям. Муха не прошмыгнёт.

— А мы сейчас, где? — подала голос Света.

— На подземной парковке, под главным домом. — охотно отвечает ей парень. — Хотя, сама парковка под всей усадьбой проходит. Выходы из неё в любую точку в усадьбе имеются.

— Тот человек, кто тебя встречал тут, с кем ты разговаривал. Это кто? — уточняет у него Катя.

— Начальник сегодняшней смены, Василий Иванович Петров. Чистый боевик… — вздыхает тяжко пленный.

— Понятно… — тянет задумчиво Катерина.

— Вы меня не убьёте? — ноет испуганный парень.

— Живи. Но ключики от наручников всё-таки отдай. И ещё… оружие какое-нибудь, кроме пистолета, у тебя ещё было в машине? — задаёт вопрос Катя.

— Автоматы. — тут же отвечает парнишка — Укороченный Голицыных, с прицелом и глушителем. Боекомплект, сто двадцать патронов. За водительским сидением. В кабине таких игрушек, две, для водителя и сопровождающего. Обычный комплект компоновки машины, для особых задач.

— Ладно. Светик, снимаем ненужные нам браслеты и будем выходить. Ты, — обращается Катя к водителю — открываешь дверь и остаёшься тут. И прошу тебя, не делай резких движений. Мне очень хочется пустить кому-нибудь тут кровь. И, как бы этой первой жертвой, не стал именно ты. Не подставляйся! Открыл дверь, и назад. Не геройствуй. Или тебя опять обездвижить?

— Нет, не надо. Я вас понял. — пугается охранник усадьбы князя. — Но предупреждаю… там у двери вас точно уже ждут. Камеры… Вы под прицелом будете.

— А это уже не твоя забота. — хмыкает Катерина — Ты просто нам с дочкой двери открой…

Интермедия 2

Интермедия вторая

Ночь опустилась на степь. Город-крепость засыпал. Учебный лагерь уходил в сонную дрёму, одни дежурные исправно несли службу. Но в самом лагере курсантов-то и нет совсем. Каждому нашлось место в одной из усадеб кланов макров. Единственно, кто проигнорировал размещение, как в городе-крепости, так и в учебном лагере, один заносчивый молодой недоаристократ…

— … какой-то приказ был. В канцелярии сказали так. Но не вскрывали они его сами. Он по секретной части шёл. Лично в руки командиру полка, на нём приписка была. — раздражённо говорит исполняющий обязанности командира

— И о нём тебе он и слова не сказал. А сам, как специально, с проверкой убыл по дальним гарнизонам. — поддержал его кто-то из сослуживцев, из числа замов и помощников командира.

В комнате проходило расширенное совещание, близких по духу и по принадлежности к союзным кланам и родам старших офицеров макров.

— А ведь и, правда! — раздался ещё один голос взволнованного и немного обиженного человека… — Внезапную проверку по дальним гарнизонам наш полковник неожиданно замутил. Ой, не спроста он сбежал из расположения полка, перед самым прибытием нового пополнения.

— Он так и раньше делал… — отвечает ему обладатель первого голоса — Хотя так далеко, где нет никакой связи даже голубиной, никогда ещё не убывал. А тут… потом к федералам напросился, наших выпускников проверить.

— Ладно с нашим полковником. Как мы сами теперь выбираться из всей этой ситуации будем? — нервно дёргает головой зам по боевой командира полка. — Пацан психанул… и всех нас послал открытым текстом. Куда не кинь, везде и во всём, виноваты именно мы. И, если завтра его с утра у проходной не будет, это значит, он серьёзно готов свои угрозы в реальности осуществить. Я с сопровождающим их отряда, их временным командиром разговаривал на счёт этого пацана. И много нового о нём узнал. Ты бы Дант прежде, чем к парню лезть, о нём бы слухи собрал и всё то, что о нём его молодые сослуживцы, и бывшие командиры говорят.

— За его фургон, аванец Дерл живыми деньгами даёт, вот так сразу, двенадцать тысяч империалов. — тихим, спокойным голосом говорит главный по хозяйственной части, местный тыловик. — На наши деньги — это сто двадцать тысяч золотых монет. Расчёт сразу… без всяких банков. Вечером отдаём фургон, утром купаемся в золоте. А аванцев вы знаете, те в пустую языком молоть не будут. Их слово в денежных делах надёжнее, чем все банки коротышек и представителей банковских магнатов с Земли. А меня спасло лишь одно… я не говорил им, что достану, а лишь пообещал, что попробую отжать фургон у новобранца. Но теперь меня волнует другое… слова, которые так нагло произнёс о нас с вами, этот щегол. И ведь, королём и тем более близким знакомством с королевой, он козырял. И про наше воровство на молодняке намекал. Вот о чём нужно думать, чтобы его разглагольствования на бумагу не были перенесены и до озвученного адресата не доставлены.

Единственное капитальное здание в лагере. Полевой штаб полка и одновременно общежитие, для высшего начальства, чтобы было командованию, где отдохнуть, когда они по служебной необходимости при лагере с ночёвкой остаются.

Вот, в кабинете заместителя командира полка по боевой, который, на данный момент и исполняет обязанности командира полка, и собрались сейчас все заместители, и помощники главного, но отсутствующего по месту службы, главного местного военного начальника…

— Я тоже общался с молодыми макрами, нового поступления, которые пришли одним караваном с этим выскочкой. — говорит офицер, замещающий, отсутствующего командира полка. — Неутешительные, за него для нас, разговоры идут между новобранцами. За время нахождения в караване он смог громко о себе заявить, причём общался в караване он в основном с начальством, и не только со своим. Вернее сказать, не сколько со своим, а как раз-то с представителями командования других отрядов макров, из других городов. В том числе, и плотное знакомство он свёл и с родственницей командира корпуса. Она нашему командиру полка племянницей приходится. Напоминать надо, кто эта неусидчивая и дотошная дама? Она уже поднимала в нашем штабе, едва ли не вчера вечером вопрос, почему этого Константина Кольцова не пропускают на учёбу в учебный лагерь на своём штатном средстве передвижения, и его же охранника. Вот скажи, Шари… чего ты, с самого первого дня, так неровно к парню дышишь? Дай угадаю… И до тебя дошли слухи, что обожаемая тобой Кристи, ночи проводила в его фургоне, пока добиралась с караваном до нас. Так? Чего взгляд в сторону уводишь? Один, жадностью своей всех уже достал… и подставил в итоге. Второй, чувства свои в узде держать не может. И, что у нас в итоге? Если верить словам командира отряда этого пацана, небезызвестного вам капитана Хайпа… то этого Кольцова к нам на службу, на три года, личным указанием его величества, отправили. А вот теперь ответьте себе, что будет с нами при разбирательствах, почему не выполнен чёткий, ясный приказ короля? Что будет со всеми нами? Наш полковник технично с себя всю ответственность снял. Вот уверен, если его спросят, он все стрелки переведёт на меня и на вас. Соврёт, сказав, что оставлял мне личное распоряжение на счёт этого аристократа недоделанного. И, каким вы все своё будущее видите, как не исполнители королевского приказа?

— Пацан остынет. Поговорим с ним, извинимся, если надо. Уломаем. –неуверенно говорит старший охранного подразделения полка.

— Ты меня слышишь или нет, Шари? Он при всём честном народе столько наговорил о нас… так нагло поносил всё командование полка. И, как ты представляешь теперь у нас его службу? Как мы допустим теперь его до полка, включим в свои ряды? Да на нас потом плеваться все начнут, и не только наши недруги. А охотники с дерьмом всех макров смешают, в глазах жителей крепости. Он же нас в открытую ворами назвал. Надо что-то другое придумывать. — немного успокоившись, произнёс майор Толгеров, на данный момент, самый главный начальник среди всех собравшихся в этом помещении замов командира полка.