Отбор мужей для принцессы Айсары (СИ) - "Молли Н" - Страница 3

В таком виде меня точно не узнают.

Аима удовлетворённо кивает и протягивает мне бутылочку со специальным раствором, стирающим макияж, и два пузырька с каплями: для поддержания темно-синего цвета глаз и возвращения моего родного. Понятливо прячу их в сумку. Цвет глаз продержится неделю, придется капать ещё, а цвет кожи, губ и бровей — примерно месяц. Если всё пройдёт удачно, до Клана Незримых Тайн я доберусь за три недели. По пути туда мне ни в коем случае нельзя раскрывать свою личность, а вот для встречи с главой клана нужно, наоборот, вернуть истинный облик. Конечно, я могу доказать свою личность даже в замаскированном состоянии, но прибегать к этому не хотелось бы.

Пока я надеваю штаны и рубаху и повязываю волосы косынкой, Аима переодевается в моё домашнее платье. Грудь и попа у меня пышнее, так что ей приходится воспользоваться специальными вкладками. А вот то, что моя талия гораздо уже, она маскирует, выбрав одежду с завышенной линией талии. Снимаю кольца, браслеты, кулон и передаю их Аиме. Теперь наше превращение можно считать завершённым.

Подхватываю сумку, затем крепко обнимаю Аиму. Я бы не согласилась на эту авантюру, если бы мы не продумали всё так, чтобы свести к минимуму риск её разоблачения. Но всегда есть место случайности, поэтому мне всё-таки неспокойно. Аима ободряюще улыбается и показывает в сторону потайного хода. Киваю и ухожу, плотно прикрыв за собой проход.

В условленном месте меня ждут две сумки с вещами. Из одной вынимаю невзрачное серое платье из грубой ткани, добротные кожаные башмаки, льняное нижнее бельё, шерстяные чулки, штанишки и коричневый плащ. Бельё совсем не того качества, к которому я привыкла, но это то неудобство, которое стоит перетерпеть. Аима говорила, что попадаются на мелочах, поэтому перевоплощение должно быть полным. Ботинки оказываются очень удобными и моего размера. Платье достаточно широкое, чтобы скрыть все особенности моей фигуры, и застёгивается под горло. У плаща не только глубокий капюшон, но он ещё и сделан из какой-то хитрой ткани, которая снаружи выглядит непроницаемо, а вот изнутри через неё всё отлично просматривается.

Перекладываю в опустевшую сумку шкатулку с драгоценностями и белоснежное платье, расшитое мелкими бриллиантами. Его мы выбрали даже не из-за цвета или того, что оно выгодно подчёркивает все изгибы моей фигуры, а потому что это платье оказалось самым компактным и лёгким из всех, что у меня есть. Если попрошу, то главы кланов наверняка предложат мне красивую одежду, но кто знает, как она будет на мне сидеть и смотреться. Если я собираюсь говорить с главами кланов как правительница, то и выглядеть мне нужно соответственно. Но это не отменяет того, что у девушки в моей одежде и с моей внешностью подобной роскоши быть не может, поэтому шёпотом зову Тень, а когда он проявляется, отдаю сумку с платьем ему. Он молчаливо кивает и снова исчезает, сумка исчезает вместе с ним.

В детстве, после того как я впервые познакомилась с Тенью, какое-то время пыталась проследить, как он появляется и исчезает. Даже пробовала не моргать. Но даже когда смотрела в упор, всё равно это происходило внезапно. Вот никого не было, а теперь он стоит, словно всегда тут был, и только сейчас я его заметила. Вот он был, но больше его нет. И по ощущениям не было никогда. Словно он не появляется, а проявляется для зрения. Тень для меня — загадка, которую я так и не смогла разгадать. За эти годы он сказал хорошо если два десятка слов. Самую длинную речь я услышала от Тени, когда мы встретились впервые — он поймал меня во время моего падения с дерева. Поймал, поставил на землю и поклонился:

— Я Тень. Я буду вас защищать. Вам не стоит никому обо мне рассказывать.

И исчез, словно всё это мне привиделось. Но стоило его позвать, проявился снова. Выжидательно замер. Я попробовала откинуть с его лица капюшон, чтобы рассмотреть, кто передо мной, но Тень уклонился и исчез. И сколько я ни пыталась его коснуться, у меня так ни разу и не получилось. Попробовала расспрашивать, но Тень молча проигнорировал вопросы. Со временем я заметила, что он совсем не оставляет признаков присутствия: ни запаха, ни следов; причём даже если перед этим стоял на свежевскопанной рыхлой земле или на грязи.

Но при этом заподозрить его в том, что он бесплотный дух, не получалось. За эти годы дядя раз десять подсылал ко мне наёмных убийц, и благодаря Тени ни одному из них не удалось ко мне подобраться. Причём убивал Тень обычными предметами, которые потом бросал рядом с телами: кочергой, подносом, графином, подсвечником, одного даже задушил поясом. Моим любимым поясом! Я его, конечно, поблагодарила, всё-таки Тень мне жизнь спас, но не от всего сердца. И попросила впредь использовать для убийства что-то, что мне не настолько нравится. Тень в ответ посоветовал обзавестись кинжалом, что я и сделала, закрыв тему порчи ценного имущества раз и навсегда. А о том, что представляли окружающие, когда я в четырнадцать лет заверяла всех, будто сама задушила здоровенного мужика, я решила не задумываться. Списала всё на сильный испуг и что «оно как-то само получилось». Доказательств того, что в комнате был посторонний, не нашлось, поэтому всем пришлось принять такое нелепое объяснение. Дядя после этого переселил меня в другие покои и повторил попытку от меня избавиться. На этот раз Тень воспользовался кинжалом, и это стало последним случаем в череде покушений. То ли дядюшка отчаялся, то ли новых убийц не нашлось.

Как бы то ни было, но со временем я всё-таки смирилась с тем, что узнать, кто или что такое Тень, не получится. А когда дядя в очередной раз отобрал у меня котёнка, поинтересовалась у Тени, мог бы он прятать котёнка там, куда уходит. Тень ответил, что нет, что он может брать с собой только неживые предметы. С тех пор я использовала эту его способность, чтобы прятать книги, которые брала почитать из библиотеки. И вот сегодня его умение пригодилось для другого.

Натягиваю капюшон поглубже, оставляю снятые вещи в потайном ходе и настороженно прислушиваюсь. Рядом с сараем, куда я вышла, тихо. Миную маленький заброшенный дом и подхожу к калитке. Застываю, прячась в тени, и снова прислушиваюсь. Предосторожность оказывается не лишней — по улице проходит пьяная компания мужчин, которые громко смеются, топают и что-то увлечённо обсуждают заплетающимися языками. Дождавшись, пока они отойдут подальше, выскальзываю из калитки и, стараясь держаться в тени, быстрым шагом сворачиваю направо.

В доме номер пять горит свет. Калитка открывается без скрипа, собак нет, так что спокойно добираюсь до обшарпанной двери и стучусь. Заранее вхожу в образ робкой сироты, придуманной для меня Аимой: чуть горблюсь, на лицо цепляю заискивающую улыбку и снимаю капюшон плаща.

На стук выходит рыжебородый мужчина. Окидывает меня хмурым взглядом:

— Саэн?

— Да, господин, — кланяюсь я.

— Хорошо. Проходи. Комната для тебя готова. Кобыла в стойле, как только рассветёт, я тебе её заседлаю. Всё как договаривались.

— Спасибо, господин, — снова гну спину я.

Его взгляд добреет:

— Да какой я тебе господин! Игнатом меня зови. Проходи, — он пропускает меня внутрь. — Жена с дочкой у матери ночуют, слуг я отпустил, так что не боись — никто тебя не увидит.

— Спасибо, Игнат.

За прихожей оказывается короткий коридор с тремя дверьми, аркой, ведущей в кухню, и лестницей на второй этаж.

Мужчина открывает первую дверь справа:

— Это гостевая спальня. Изнутри можно закрыться на крючок, так что не переживай… Есть хочешь?

— Нет, спасибо.

— Ладно... Ты это, не засиживайся допоздна, вставать рано придётся.

— Спасибо за заботу.

Зайдя в комнату, закрываю задвижку. Моё убежище на эту ночь выглядит скромно: из мебели только узкая кровать и двустворчатый шкаф, рядом с которым обнаруживается дверца в туалет. Меня это полностью устраивает.

Усаживаюсь на кровать и шепчу:

— Тень, осмотрись, — Аима учила меня никому не доверять, поэтому убедиться в собственной безопасности не помешает.