Скрытая Нота (ЛП) - Аларкон Нелия - Страница 86

Это была не я.

Письмо обрывается. Я вспоминаю, что Джей получила звонок от доктора Кенджи, когда яростно печатала в машине. Должно быть, отвлеклась и не закончила. Что она имеет в виду «это была не я»? Это были её губы, её тело. Кто ещё меня целовал?

Двери лифта открываются, люди толкаются, мешая сосредоточиться.

— Это Финн Кросс? — шепчет кто-то.

Я опускаю голову и захожу. Пока лифт едет вверх, звонит Рен.

— Что, черт возьми, произошло? — шиплю я.

— Кто-то вызвал охрану раньше нас, — шепчет Рен. — Как только они поднялись, все огни в больнице вспыхнули, осветив женщин как прожекторами. Мы успели уйти, прежде чем там всё наводнили.

— Что? — я впиваюсь взглядом в красные цифры на табло. — Кто их вызвал? — Это был не доктор Кенджи, он с Джей.

— Не знаю.

— Охрана всё ещё там?

— Нет, они забрали цели. Слышал, как один из них сказал, что полиция уже в пути, — признается Рен. — Та, что постройнее, кричала, что она невиновна, но охранник предупредил, что у них есть запись, где она признается в преступлении.

Запись? Откуда у охраны запись? Всё это выглядит слишком просто. Слишком легко. Как будто кто-то срежиссировал каждый шаг.

Озарение приходит внезапно, и я издаю короткий смешок.

Доктор Кенджи точно знал, какое лекарство нужно Джей. Он не хотел, чтобы я допрашивал Джину. Он уже знал, что делать, потому что Джей ему сказала. Охрана тоже была предупреждена заранее. Возможно, даже полиция получила запланированный вызов.

Я поднимаю телефон, складывая пазл. Это письмо, которое отправилось автоматически, было лишь шестеренкой в механизме, шагом в последовательности, тщательно спланированной Джей. Как она успела всё это сделать в пути от трейлера миссис Кодд до больницы?

Я вспоминаю ту ночь, когда Джей запрограммировала души в ванной. Это здание — её. Не юридически, но цифровым образом. Она тайно захватила контроль над камерами, расписанием обслуживания и климат-контролем.

— Психопатка, — бормочу я, чувствуя, как брюки становятся теснее.

«Парадокс Джинкс» в действии.

Я нажимаю кнопку, лифт едет вниз, к этой полутораметровой гениальной маньячке, которую я, похоже, собираюсь либо убить… либо на ней жениться.

Глава шестьдесят вторая

ДЖЕЙ

Мои глаза распахиваются, и я смотрю в чернильно-черное небо.

Я лечу?

Мои руки беспорядочно машут в воздухе.

Нет, я падаю.

Ветер свистит в ушах.

Всё быстрее и быстрее.

Сердце готово взорваться.

Я не контролирую своё тело.

Время вышло.

Я беспомощна.

Никому нет дела, умру я или нет. Никому.

Большая, грубая рука ныряет в мою, и это ощущается как спасательный трос. Время останавливается. Я зависаю в воздухе, моё отражение мелькает в окнах небоскреба. Медленно открываю глаза: знакомый белый потолок, резкий свет ламп. Неровный писк кардиомонитора приветствует меня в реальном мире.

Я не умерла.

Резко сев, я ощупываю руки и живот. Половина меня ждет, что кишки будут разбросаны вокруг, но я цела. Массирую ноги, двигаю одной, потом другой. Шевелю пальцами ног. Всё слушается команд мозга.

Окрыленная результатами осмотра, я поворачиваю голову и тону в паре безэмоциональных черных глаз. Сердце подпрыгивает. Финн сверлит меня взглядом. Волосы всклокочены, на нем та же одежда, что вчера. Под глазами глубокие тени. Он был со мной всё это время?

— Ч-что случилось? — хриплю я.

Финн выпрямляется в полный рост. Я пытаюсь посмотреть на него, но шея болит — он слишком высокий.

— Ай. — Я хватаюсь за затылок.

— Не двигайся. У тебя хлыстовая травма от падения.

Хлыстовая травма? И это всё? Похоже, гравитация просто погрозила мне пальцем и отпустила с миром. Я медленно моргаю.

— Где доктор Кенджи?

— Делает обход.

Я касаюсь пальцем ранки на шее, куда Элиза вогнала иглу. Теперь там пластырь.

— Кардимонекс вывелся из организма?

Финн долго смотрит на меня, не отвечая. Я ерзаю.

— Что?

— Теперь моя очередь.

Я смотрю на него в замешательстве. Он подходит к койке и наклоняется надо мной так близко, что я вижу, как его глаза теплеют, становясь светло-карими. Это красиво, это смягчает его лицо. Но когда он начинает говорить, я понимаю: в нем нет ничего мягкого.

— Я задам тебе несколько вопросов, и ты ответишь честно, или клянусь, ты пожалеешь, что не разбилась насмерть, когда падала с того здания.

Меня передергивает.

— Откуда ты знала? — шепчет Финн.

— О чем… знала? — я ворочаюсь в кровати, чувствуя боль во всем теле. Хоть надувной батут и смягчил падение, я всё же упала с двадцатого этажа.

— Каким лекарством они собирались тебя уколоть.

Я замираю.

— Ты взломала телефон Джины?

— Нет, — я тяжело сглатываю. — Я навещала тётю Джины некоторое время назад, и её медсестра была очень странной, поэтому я отправила ей фишинговое письмо, чтобы получить доступ к её банковскому счету. На всякий случай.

Брови Финна едва заметно ползут вверх. Рассылка спама — метод запутанный, но самый простой способ взломать личный аккаунт. Пытаться взломать шифрование гораздо дольше.

— Когда Джина настояла на встрече, у меня было предчувствие, что она ударит по моему сердцу и обставит всё как несчастный случай.

Это легкая уязвимость для эксплуатации, слишком соблазнительная для кого-то вроде Джины.

— Но Джина не знает медицины, — объясняю я Финну. — Ей нужна была помощь.

— Как ты вышла на её сестру?

— Я не знала, что Элиза — её сестра, но после того, как миссис Кодд предупредила нас, что Джина заметает следы, я догадалась, что она поручит кому-то, кому доверяет, присматривать за последней родственницей Келли.

— И по выпискам с её кредитки ты могла видеть всё, что она покупала, — тихо произносит Финн.

— Через несколько минут после того, как Келли — то есть Джина — написала мне, медсестра сделала интересную покупку. Я переслала информацию доктору Кенджи и сказала ему подготовить всё необходимое для нейтрализации.

Взгляд Финна становится тяжелее, ноздри раздуваются. Я вжимаюсь в подушки, гадая, накричит ли он. Но он говорит очень медленно и размеренно:

— Ты хоть осознаешь… сколько вещей могли пойти не так вчера вечером?

— Альтернативой было позволить Келли похитить и убить меня, — парирую я.

— Альтернативой было принять мою помощь.

Его голос не повышается, но я чувствую себя так, будто меня выпороли.

— Ты не можешь защищать меня каждый день, Финн. Это нереально. К тому же, я лучше рискну жизнью, чем просто сдамся, потому что моё сердце делает меня легкой мишенью. Я имела в виду всё, что сказала в машине вчера.