Скрытая Нота (ЛП) - Аларкон Нелия - Страница 70

Ее брови сдвигаются к переносице:

— Видишь? Вот поэтому я и пыталась спать в другом месте. Ты ненавидишь это так же сильно, как и я. Позволь мне спать на полу.

— Даже. Не. Думай, — отрезаю я.

Какая часть моего лица выдает, что я «ненавижу» это? Неужели она не видит, что я держусь за свое самообладание из последних сил?

Лицо Джей покрывается пятнами, она фыркает и снова поворачивается ко мне спиной.

Но теперь она ближе.

Аромат сирени стал сильнее.

Мне следовало отойти, пока была возможность.

— Ты сам приказал мне пододвинуться, а теперь бесишься, что я послушалась, — ворчит она.

Справедливое замечание.

Назову это «Парадоксом Джинкс».

Если честно, это происходит уже давно, но со временем становится только хуже. Раньше я предложил высушить ей волосы. Она сидела в кресле, и ее голова была как раз на уровне моих брюк. Время от времени она дремала, и ее голова задевала меня.

Было терпимо.

До тех пор, пока я не обошел ее, чтобы подсушить челку, и она не подалась вперед, прокладывая путь, который мне понравился бы куда больше, будь она в сознании.

Но она спала.

А я должен был стоять и терпеть, пока ее рот в нескольких дюймах от моей молнии.

Затем она проснулась, совершенно не осознавая, как пытает меня, и издала стон, когда я запустил пальцы ей в волосы.

То, как мое тело отреагировало на этот низкий, чувственный звук, было неконтролируемо.

Желание сорвать с нее штаны и войти в нее причиняло мне физическую боль. У меня не было выбора, кроме как сбежать, пока я не сделал что-то, что превратило бы меня в настоящего монстра.

Парадокс Джинкс.

Я не доверяю ей и хочу ее одновременно.

Возможно, я слишком сосредоточился на якудза, предвыборной гонке Джарода Кросса и похищении Кейденс и Грея. Этот период «засухи» в личной жизни заставил мое тело сходить с ума по человеку, к которому я не должен ничего чувствовать.

Вдруг я слышу тихий храп.

Мои глаза расширяются, я резко сажусь.

Она что…?

Заглядываю к Джей и издаю тихий, недоверчивый смешок. Она спит без задних ног.

Пока я напряжен до предела и удерживаю себя только усилием воли, она пребывает в другом мире. Не знаю, почему меня это раздражает, но могу сказать со стопроцентной уверенностью: чувства, переполняющие меня сейчас, гораздо неприятнее, чем раньше.

Попытайся поспать, Финн.

Завтра важные дела. Рен и Хаято, вероятно, доложили о том, что случилось с «Grave City Crew». Куросаки вызовет меня для личного отчета.

Датч и Зейн должны через несколько дней вылететь на поиски того, куда мама увезла девочек. Сомневаюсь, что Куросаки будет доволен, но я планирую присоединиться к ним.

Лучше последовать примеру Джей и поспать.

Я закрываю глаза и медленно дышу.

В тишине слышу низкое жужжание. С закрытыми глазами тянусь к телефону. Уведомления из банков, соцсетей, но звонков нет.

Жужжание продолжается.

Проведя рукой по волосам, я вскакиваю с кровати и топаю к стороне Джей. Ее телефон на тумбочке — полностью выключен. Пароль подобрать невозможно, и если я попытаюсь взломать его больше одного раза, устройство отправит ей уведомление.

Я знаю.

Я уже пробовал и отступал прямо перед тем, как сигнал отправлялся.

Но звук вибрации определенно исходит от телефона. Где он?

Внезапная догадка — и я бегу к гардеробу. После драки в лифте я приказал Хаято обыскать палату Джей с особой тщательностью. Она была без сознания и ничего бы не заподозрила. Идеальная возможность получить больше информации.

Он принес коробку с подозрительными вещами, но я был так занят бандой, что не заглядывал туда.

Бросаю взгляд на Джей — ее грудь мерно вздымается.

Опустившись на колени рядом с коробкой, я отодвигаю крышку и копаюсь внутри.

Вибрация исходит отсюда.

Перебираю содержимое, пока…

Вот.

Среди вещей Джей замечаю маленький «одноразовый» телефон — такие обычно используют пожилые люди, не дружащие с технологиями.

Нажимаю на экран — конечно, под паролем. Это же «Джинкс». В уведомлениях один неизвестный номер, который звонил сорок семь раз за день. Мои брови ползут вверх. Тут же приходит сообщение с того же номера:

Покажись, ты, гад. Ты доставал моего мужа, а теперь хочешь уйти в радиомолчание?

Приходит еще одно сообщение:

Если мой брак рухнет, я приду за тобой, Джинкс.

Мои пальцы сжимают телефон, я провожу большим пальцем по слову «Джинкс». Это тот самый телефон, с которого «Джинкс» отправляла сообщения? Кого она преследовала в последнее время и почему? Я думал, ее приложение закрыто?

Шторм странных, противоречивых эмоций вихрем проносится в груди. Беру телефон, фотографирую уведомления и отправляю снимок Рену.

В груди странно сжимается.

Становится трудно дышать.

Я выхожу через стеклянную дверь на балкон, чтобы глотнуть воздуха. Газон простирается насколько хватает глаз. На аккуратно подстриженной траве лежит роса, покрывая мою кожу влажным холодным блеском. Звезды исчезли, уступая место рассвету.

Рен отвечает на звонок немедленно, несмотря на время:

— Оябун.

— Я отправил тебе номер. Узнай, чей он.

— Будет сделано.

Поворачиваюсь к дверям балкона и вижу, как Джей ворочается во сне. Она сбрасывает одеяло и слегка улыбается. Ее светлые волосы рассыпались по подушке, как нимб, мягкие манящие губы приоткрыты. Уткнувшись щекой в подушку, с закрытыми глазами она выглядит такой хрупкой и невинной.

Безупречный обман.

Желудок скручивается в тугой узел. Она каким-то образом околдовала меня. Я постоянно забываю, кто она такая.

— По поводу другого дела, которое я тебе поручил, — говорю я Рену, отворачиваясь от вида Джей, — что ты выяснил?

— В больнице никто не знает ее настоящего имени. В записях она числится как «Джей». Она пациентка с двенадцати лет. Никаких посетителей. Никаких контактов для экстренных случаев. Она — призрак.