Эволюция целителя 5 (СИ) - Харченко Сергей - Страница 45

— Мощность! — выпалила Дарья и кинулась к прибору, выстреливающему сосисками, затем что-то подкрутила сбоку и скорость выхода продуктов сократилась до минимума. Оставшиеся две сосиски лениво выползли из трубок, прямо в чашку, которую держала Настюха.

— Адская машина, чуть меня не угробила, — Захарыч закряхтел, поднялся.

— Захарыч, ах-ха! — загоготал Пуля. — Нифига себе тебя припечатало! Синяк!

— Здесь? — старик потёр лоб, на котором уже расплывалось сине-красное пятно. — Проклятье! Чтоб я её больше не видел, Анастасия! Поняла меня⁈

— Ты ж смотри на мощность, — Даша улыбаясь, взглянула на Настюху, которая побледнела.

Виктория не выдержала и расхохоталась, но затем затихла, под мрачным взглядом старика.

— Дайте посмотрю, Егор Захарович, — Настя в это время кинулась к Захарычу с аптечкой.

— Ой, уйди. Сам залечу. Иди, вон, готовь свои сосиски, — отмахнулся от неё старик, прижимая ко лбу ладонь, которая блеснула энергией. — Ты меня услышала насчёт этой дряни? Чтоб я её не видел больше!

— Захарыч, да всё нормально. Уже отрегулировали мощность. Откуда Насте было знать? — взглянул я на старика, который никак не отреагировал, демонстративно отворачиваясь и плотно сжимая губы.

— А зачем такая мощность на этой… манорубке? — хмыкнул Пуля, осматривая прибор. — Их же нереально было поймать.

— Ролик соскочил с фиксатора, я поставила его на место и убавила мощность, — объяснила Дарья. — На заводе, видимо, не досмотрели. Но в инструкции должны быть написаны все меры предосторожности перед стартом.

— Ещё бы кто-то читал их, — Захарыч покосился в сторону смущённой Настюхи.

Она нервно хихикнула, взглянув на старика. Видно вспомнила, как сосиска сбила его с ног. Да и я сдерживался от смеха как мог.

Карычу вот повезло. Он заливался от ментального смеха как умалишённый.

— Ну да, не посмотрела, моя вина. Теперь буду внимательней, — тихо произнесла моя помощница.

— Было бы сказано, — пробурчал Захарыч, убирая ладонь. От синяка на лбу не осталось и следа. — Ладно, чёрт с ним. Где ваши обещанные сосиски, Анастасия? Мы все ждём.

— Сейчас, — кивнула Настя, закидывая очередную партию мяса в раструб и включая манорубку. Вновь тихо, мерно заработал прибор, а затем из трубок потянулись сосиски, падая в чашку.

Дарья к этому времени собрала с пола те, что вылетели ранее, промыла, дезинфицировала, положив в чашку.

— Это кто у вас сосисками кидается? — услышал я знакомый голос. На пороге показался Степан. — О, да у вас тут прямо цех производственный!

— О, Стёпа, заходи на обед! — обрадовался ему Захарыч. — А где-то, что попало в тебя? Или не попало?

— Да странное дело. Рядом упала сосиска, я хотел подобрать, а тут какая-то бешеная ворона подлетела, — принялся рассказывать Степан. — Я даже понять ничего не успел. Выхватила, стервозина, прямо из рук и улетела.

— Странно, да, — удивилась Виктория-Небула, одаривая меня многозначительным взглядом.

Через пять минут мы сели за стол. И я, наконец-то попробовал домашние сосиски, с соусом вроде тартара и кетчупом. Оказалось так вкусно, что мы съели всё, что было в момент.

— Кстати, насчёт арендной платы, — Степан вытер рот влажной салфеткой, кидая её на стол. — Всё же Шадрин решил дать вам пару недель. Пока будет по старой цене, но после — по той, что озвучил.

— Спасибо тебе, Стёпа, — улыбнулся Захарыч.

— Это не моя заслуга. Сам Шадрин и предложил, — растерянно произнёс Стёпа, затем хлопнул ладонями по коленям и поднялся. — Спасибо вам, друзья. Обед просто восхитительный!

Захарыч проводил замдиректора «Целебника», затем вернулся довольный.

— Удивительно, но это очень хорошие новости, — заметил он. — Зарплаты урезать не придётся.

Чуть позже мы переместились в зал отдыха, врубили телевизор и попали на экстренный выпуск новостей.

— … новый штамм вируса Гаусса, — вещал репортёр на фоне строения, напоминающего администрацию. — Уже зафиксированы случаи болезни в средней полосе Империи, а также несколько человек находятся в подмосковных клиниках со странными симптомами.

— Опять панику поднимают, — проворчал Захарыч. — Вон, как было с этим, конским гриппом. И кто мог в здравом уме такое сказать? Обычным гриппом оказался.

— Захарыч, но симптомы здесь очень похожие, — прочёл я бегущую строку. Синие сгустки, поражение бронхов и лёгких. Вот только ещё сиплый лающий кашель появился и фаза развития более активная.

— Сочиняют, Алексей. Много сочиняют, тебе ли не знать, — хмыкнул старик. — Перестраховываются, как всегда. Один ляпнул — и понеслось. А эти репортёришки, им лишь бы преувеличить. Всё за просмотры борются, да за охваты. Тьфу на них! Я больше мошеннику из подворотни поверю, чем этим негодяям.

— Почему они негодяи? — удивилась Настя.

— Ох, Настюша, обманывают они нас, вот почему, — снисходительно улыбнулся Захарыч. — Ну откуда вирус Гаусса в Подмосковье? Кто его бы пропустил из Китая или Африки? Там на границе так всё проверяют, что ни одна лишняя молекула не проскочит.

— Ой, ладно вам, с вами спорить, Егор Захарович… — хихикнула Виктория.

— А вы не спорьте, послушайте мудрого человека, — улыбнулся старик.

На этом наш обед завершился. Мы с Настюхой вернулись в приёмную, и в этот момент в приёмную зашла целая процессия. Пациента поддерживали два крепких парня, рядом шла скорее всего супруга больного.

Сам же пациент, усатый мужчина лет пятидесяти, в очках и тёмном костюме, выглядел очень плохо. Он задыхался, а его лицо и шея были отёчными. Также я отметил свистящее дыхание.

— Всё хорошо, я просто… ингалятор дома забыл, — просипел он.

— Дорогой, он тебе не поможет, — вздохнула женщина с собранной на голове косой. На её лице размазалась тушь от выступивших слёз.

— Сразу на кушетку, — пригласил я пациента. Когда они довели его, я попросил их покинуть приёмную.

— На что жалуетесь? — спросил я у мужчины.

— Барон Афросимов, — представился пациент, с трудом выговаривая слова. — Горло будто сжалось… не могу вдохнуть… и вот, лицо распухло.

— Глотать тяжело?

— Да… и будто застряло что-то…

Я не стал больше его мучать, решил опросить женщину.

— Вы его супруга? — обратился я к ней.

— Да, жена, — кивнула женщина, вытирая слёзы платком. — Два часа назад поел рыбу, орехи, выпил бокал вина. Затем Володя пожаловался на лёгкий зуд нёба. И через полчаса всё отекло, он начал задыхаться. Хорошо, что у нас машина была у дома…

Барон засвистел, затем принялся кашлять, причём кашель был лающим.

— То есть вы сразу поехали в нашу клинику? — предположил я. — Это важно.

— Да, десять минут в дороге, — закивала супруга и в надежде взглянула на меня. — Вы сможете его вылечить? Он ещё гипертоник. Я грешу на очередной приступ гипертонии.

— Кашель появился давно?

— Ох, давно, да. Долгое время лечились от хронического бронхита. Но вроде всё прошло.

— Понятно. Ваш супруг что-то принимает из лекарств? — поинтересовался я, сплетая диагностический щуп.

— Да, как всегда. Эналаприл, — супруга погладила барона по руке. — Тихо, Володенька, всё будет хорошо.

— И долго он его принимает? — задал я очередной вопрос, ловя себя на мысли, что пока ничего непонятно.

— Последние восемь месяцев. Вот сейчас таблетки пьёт, и нам ещё ингалятор прописали, там тоже эналаприл содержится и какие-то травы, не помню. А мы ингалятор забыли дома, представляете? Так спешили… — призналась супруга барона. — Но ранее подобных эпизодов не было. Это просто… ужас какой-то…

— У него аллергия есть на цветущие растения или продукты? — спросил я на всякий случай, но уже знал ответ.

На лице нет даже малейшего признака крапивницы, кожа нормального оттенка. Но она уже начинает приобретать бледный цвет.

Асимметричный отёк лица увеличивался на глазах. Язык барона уже распух и мешал вдохнуть. Лёгкие почти не поднимались при вдохе и Афросимов дышал часто и с уже более чётким свистом.